Лепестки Чёрного Лотоса

День начался с очередной лекции учителя Чуанли. Сидя за своим рабочим столом, он выразительно рассказывал и внимательно разглядывал своих учеников, а ежели кто-то осмелился нарушить идеальную тишину, тогда учитель Чуанли делал замечание или же хлопал по столу рукой. Озадаченные ученики тут же притихали. Тема сегодняшнего урока было изучение творчества разных эпох. По видимому, эта тема была очень по душе учителю Чуанли, иначе он не был таким воодушевленным, а на его лице не играла бы блаженная улыбка. В конце комнаты, на задней парте прятался неприятный ученик, хоть его золотые одеяния ослепительно блистали под солнечным светом, что бесцеремонно врывался в помещение через открытые окна. Не взирая на то что в этих краях царствие вечная зима, а в весенний период стает весьма тепло.   Ученик в золотой одежде кидая незначительные взгляды на улицу, в своей голове прокручивал некоторые мысли. По частым его зеваниям, из-за которых он чуть себе пасть не рвал, было ясно, что ему очень скучно и поэтому, придумывал новый розыгрыш над учителем или же над своими сотоварищами. Все знают что Танлань из клана Цзинь, очень любит подшучивать над всеми без повода. Хоть всех это очень сильно бесит и порой, некоторым даже хочется врезать по его самодовольной физиономии, но никто не решается причинить вред Его Высочеству, ибо знают, что подобное добром не кончится. Сотоварищи, которые терпеть его не могли, оставалось им лишь помалкивать и из последних сил, терпеть с его стороны различные выходки и унижения. Но, даже при таком раскладе, этот недоумок смог найти группу поддержки в обществе, которая во всем ему потакает и боготворят, словно тот был каким-то небожителем.   Бросая краткие взгляды по сторонам, Танлань раздумывая о своём, теребил в руке нефритовую подвеску янтарного цвета, который имел форму величественного феникса расправившего огромные крылья, словно готовясь вот-вот взмахнуть ими и взмыть высоко в небо. Остальные ученики зевали и через силу слушали учителя Чуанли. На радость всех, он вскоре закончил лекцию которой, казалось, не было конца. Встав из-за стола, учитель Чуанли окинул взглядом всех присутствующих.   - Ты вообще меня слушал, Цзинь Танлань? — задал вопрос учитель Чуанли.   - Конечно! — машинально ответил Цзинь Танлань. — Не пропускал ни единого вашего слова, откладывая всё в своей голове.   - Хм! Да, неужели? — засомневался учитель Чуанли. — Тогда, расскажи, про что я вам говорил?   - Вы говорили про творчество различных эпох.   - Назови мне нескольких людей, которые прославились и вошли в историю. Кто оставил большое наследие в поэзии?   - Самые известные из них, это Ли Бо и Ду Фу. Они были хорошими друзьями, и некоторые стихи посвятили один другому.   - Так. Расскажи мне подробнее о Ли Бо. Что ты о нём знаешь? — спросил учитель Чуанли.   - Ну-у… Этот человек написал около тысячи стихотворений. В свои годы очень много путешествовал. Мечтал стать советником императора, чтобы его наставлять на путь добра и справедливости. Презирал надменную знать. Позднее, Ли Бо был представлен ко двору императора и получил должность в Академии Ханьлинь. На посту придворного поэта Ли Бо провел менее двух лет, а затем покинул двор по собственному желанию. По легенде Ли Бо, был рожден звездой Тай Бай. Для многих он был олицетворением духа звезды, изгнанной за провинность в мир смертных… — промолвил Танлань. Копошась в своей голове и почёсывая свой затылок, он неуверенно ответил.   - Хорошо. — тяжело вздохнул учитель Чуанли. — Тогда, расскажи о важных событиях, которые приключились с Ду Фу.   - Конечно же, я знаю ответ. — сказал Цзинь Танлань с надменной улыбкой. — Но, я думаю, что будет не честно, если же вы будете спрашивать целый урок, лишь одного меня. Я предпочитаю, лучше отдать эту возможность, именно Йэдону Шуанхуа. Шисюн Шуанхуа, — обратился к нему неприятный ученик в золотых одеяниях, — ты ведь знаешь ответ на сей вопрос. Не так ли?   - Да, шиди Танлань. — уверенно ответил Йэдон Шуанхуа. — Если учитель Чуанли меня спросит, я непременно отвечу.   - Ладно, Цзинь Танлань можешь садиться. А ты Шуанхуа, дай мне ответ на мой вопрос. — потребовал учитель Чуанли.   - Начнём с того, что в молодости Ду Фу много путешествовал по разным местам Чжунго. В молодости много путешествовал по разным местам Чжунго. Прибыв в столицу, получил при дворце незначительную должность. Во время мятежа Ань Лушаня бежал из столицы вместе со свитой императора, семья же его осталась в Чанъани, и он долго не имел от них никаких вестей. После подавления беспорядков Ду Фу был приближен к императору и однажды в 757 году, он стал советником молодого императора Суцзуна и даже был наделён привилегией критиковать императора, однако едва он воспользовался ею, как его посадили в тюрьму. Комиссия, расследовавшая это дело, признала его невиновным и император даже простил его дерзость и оставил у себя в той же должности. Однако в 759 году ушёл со службы и жил один в хижине на окраине города Чэнду четыре года. В 765 году переселился с семьёй в южные края, к низовьям Янцзы. Умер в своей лодке-джонке во время очередного путешествия по Янцзы. — твердо сказал Шуанхуа.   - Хм, хорошо. — процедил учитель Чуанли. — Ты ж наверняка знаешь, хотя бы один из ихних стихов. Зачитай его нам.   - Я…   Не успел ответить юный заклинатель, как кто-то дернул за его рукав. Опустив взгляд, Шуанхуа встретился с темно-карими глазами Роу Чванфон. Она словно умоляла дать ей сказать хотя бы одно слово. Задержав на маленькой девочке взгляд, юноша не выдержав подобного, наконец признал своё поражение и сказал:   - Учитель, можно на сей ваш вопрос, ответит Роу Чванфон? Предоставите ли вы ей право на слово? — парировал юный заклинатель.   - Ну-у… — учителя Чуанли, явно, застали врасплох. — Ежели твоя сестра так настаивает, тогда прошу. Интересно, что же она может нам поведать. — раздражённо фыркнул он.   Встав из-за стола, Роу Чванфон окинула молодых людей рассеянным взглядом и нервно сглотнула слюну. Осознав в чем дело, Шуанхуа указал ей жестом что незачем переживать. Ощутив хоть малую каплю поддержки, маленькая девочка набрав полную грудь воздуха, начала рассказывать «песню про хлеб и шёлк».   Говоря твердо и чётко, а интонация спокойна, её голос был мелодичным и приятным на звук, как мелодия арфы на которой играет искусный музыкант. С первых же слов, Чванфон приковала к себе внимание всех присутствующих. Даже те кто умирал со скуки или же спали, устроив поудобнее на столе свою голову, выпучили глаза от удивления, внимательно вслушивались в речь маленькой девицы.   Такое видано чтобы шестилетняя девочка уже в таком возрасте, могла запомнить такой довольно объёмный стих?   Как же были огорчены молодые парни, когда же Роу Чванфон окончила свой рассказ. Учитель Чуанли будучи очарован голосом маленькой феечки, потерял дар речи и не мог некоторое время, произнести ни одного словечка.   - Что ты сказал? — задал вопрос Шуанхуа.   Всё это время, сидящий на задней парте Танлань, понял что это обратились к нему. Не удостоив того ответом, он отворачивая голову, хмыкнул.   - Что ты сказал, шиди Танлань? — повторил Йэдон Шуанхуа.   - Ничего я не говорил. — отмахнулся Цзинь Танлань и закатил глаза.   - Нет, ты лжёшь! — парировал юный заклинатель. — Повтори, что ты сейчас сказал.   - Настаиваешь? Так ладно, я скажу тебе! — фыркнул неприятный ученик в золотых одеяниях. — Ты — ничтожество, и это все знают! Не знаю, почему мой отец назначил Оуян-цзюня великим князем, если он даже этого и не заслуживал! Лучше бы император Бао Цзи не возвращал твоему гнусному дяде его прежнюю должность. Такие отбросы как вы, не должны существовать в одном мире с нами, так как вы попросту не только очерняете имя клана Цзинь, но и имя нашего общего прародителя — Великого Императора Дяо Вейшенг!   Юноша сцепил зубы, а кулаки сжал так, что даже не почувствовал как его ногти больно впились в его кожу. Не смея терпеть подобной дерзости, Йэдон Шуанхуа врезал нахалу прямо в челюсть. Цзинь Танлань ударил в ответ. Воспользовавшись медленностью противника, Шуанхуа одним движением повалил того на пол. Возвышаясь над сумасбродным парнем, он кулаком бил того по лицу. Учитель Чуанли приказал немедля остановиться, и юный заклинатель послушал его наказа. Йэдон Шуанхуа озадаченно взглянул в его глаза.   - Немедленно выйди из класса! — крикнул учитель Чуанли. — И без своего дяди, не приходи!   Своенравный Шуанхуа так и сделал, как ему велели. Вскочив на ноги, он выбежал из комнаты. Ох, какой же нахал, что даже «до свидание» не сказал напоследок. Ни какого уважения! Роу Чванфон будучи воспитанной девочкой, спросив дозволения у учителя, только тогда смогла покинуть класс. Возможно, даже и без его разрешения, эта маленькая девочка в любом случае, последовала за своим старшим братом. Когда же на сцене исчезли инициаторы происшествия, оставшиеся в классе ученики, тихо шептались, обговаривая только что случившееся инцидент. Учитель Чуанли услышав как молодые люди хихикали, вновь хлопнув по столу и пригрозив самостоятельной работой, в комнате воцарилась тишина. Со спокойной душой, он продолжил вести утренние занятия.   После нескольких палочек ладана, поиски не увенчались успехом. Проходя мимо по коридору, Роу Чванфон услышала приглушённый низкий голос. Подойдя к приоткрытым дверям, она стала поглядывать, сгорая от томящего её любопытства. В той самой комнате стоял Оуян-цзюнь с гордо поднятой головой, а его нахмуренные брови были изогнуты, сотворив на переносице небольшую складку. Напротив него, на коленях, покорно сидел Йэдон Шуанхуа. Склонив голову вниз, он поспешно выслушивал лекцию своего разгневанного дядюшки, часто вздыхая и не говоря ни единого слова вслух. Такому запальному человеку как Оуян-цзюнь, если не дашь вовремя выговориться, тогда будет без умолку весь вечер перечислять все твои недостатки, пока у него не закончиться воздух в лёгких или словарный запас, либо пока это ему не наскучит. Стоящие неподалёку слуги, которых можно было спутать со статуями, молча следили за всей этой драмой. Удивительно, как окружающие ещё не сошли с ума, ежели Оуян-цзюнь мог с лёгкостью довести до истерики собственное отражение? Подобному терпению можно только позавидовать!   - Ты понимаешь, что ты натворил? — раздражённо крикнул Великий князь. — Как ты посмел ударить Шестого принца? Как я буду теперь смотреть в глаза Бао Цзи? А что я скажу ему в оправдание?   «Извините, но… Танлань и вправду это заслужил! — взвыла Роу Чванфон. — Как тот только посмел, унижать наш клан перед стольким количеством людей? Будь моя воля, я собственными руками его задушила, прямо там на месте!»   - Что ты скажешь в своё оправдание? — сказал он, после несколько минутного молчания.   - Я признаю свою вину. — покорно ответил Йэдон Шуанхуа. — Можно я задам вопрос?   - Говори! — взмахнул рукавом Оуян-цзюнь.   - Дядюшка, будь вы на моем месте, что вы бы тогда делали, если вам сказали что вы полное ничтожество? Цзинь Танлань проявил свою дерзость, также сказав, что лучше бы император Бао Цзи не призначал вас Великим князем.   - Вот как… — задумчиво произнёс Оуян-цзюнь. — На первый раз, я тебя прощаю. Однако, пообещай, что подобного больше не случиться.   - Обещаю!   - Сегодня, ты остаёшься без ужина. Пусть, это послужит тебе уроком! Ступай! — властным тоном сказал Оуян-цзюнь.   Юноша сложив руки в почтительном жесте, поспешил удалиться из комнаты. Роу Чванфон с трудом успела скрыться в тени, до того момента, как к дверям подошёл её старший брат. Юный заклинатель идя прямо по коридору, направился в свою комнату. Роу Чванфон кинула на удаляющиеся силуэт весьма печальный взгляд. Тем временем, всё ещё находящиеся в зале Оуян-цзюнь что-то пробормотал себе под нос, что эхом раздалось по всему помещению. Маленькая девочка даже не пыталась что-либо разобрать в его речи, ибо это больше её не волновало. «Неужели, я всем создаю лишь одни несчастья?» — задавалась вопросом Роу Чванфон.   Йэдон Шуанхуа находясь в своих покоях, перечитывал трактаты. Рыжий огонёк свечи невольно трепетало, вынуждая теней на стене выплясывать под той же ритм. Отложив на край стола трактат, юный заклинатель так и не мог успокоиться, постоянно прокручивая у себя в голове моменты из сегодняшнего дня. Вытянуть из глубоких мыслей, смогло лишь странное чувство чего-то присутствия.   - Входи или же уходи! — грубо сказал Шуанхуа, смотря в темноту. — Чего тебе надо?   В комнату зашла Чванфон. Поникнув головой, она неуверенно шагнула к своему брату. Виновато глядя ему прямо в глаза, Роу Чванфон выдавила из себя:   - Прости… Сегодня, из-за меня, тебе чуть было, не влетело от Оуян-цзюня. — запинаясь, говорила тихим голосом она.   - Как погляжу, ты не только это хотела мне сказать. — рассуждал Шуанхуа. — Говори!   - Вы ведь заклинатели, которые занимаетесь своим самосовершенствованием? — более уверенным тоном бросила Чванфон. — Я тоже хочу быть заклинательницей, также как и ты!   «… Ведь, я хочу, чтобы ты мной гордился! Я и так сыта по горло тем, что мне постоянно говорили, что я – ничтожество, которое способно выполнять лишь чьи-то приказы. Я хочу стать кем-то более стоящим, нежели так как сейчас! Пожалуйста, дай мне шанс! Обещаю, что я не разочарую и постараюсь оправдать мнение окружающих» — завершила в мыслях свою речь Роу Чванфон.   - Зачем это тебе? — задал вопрос Йэдон Шуанхуа, чем поставил в тупик девочку. — Ты понимаешь, на сколько это очень опасная профессия. Так иль иначе, не каждый человек может быть заклинателем.   - Разве, не из-за этого ты взял меня к себе в ученики? Я по собственному желанию, хочу стать заклинательницей! — топнула ногой маленькая девочка.   - Ты не можешь…   - Почему? Пожалуйста, объясни мне! — потребовала Роу Чванфон.   - У тебя разорваны меридианы. — сообщил Йэдон Шуанхуа.   Неожиданно, по телу пробежался холодок, хоть окно и было заперто. Роу Чванфон оцепенела. Губы дрожали не в состоянии что-либо сказать, а в ярких карих глазах, которые сияли энтузиазмом, ныне, в них засверкали пробивающиеся наружу слезы. Она почувствовала, словно часть неё куда-то резко исчезло. Такая новость её сильно обескуражила, что даже притаила на некоторое время своё дыхание, словно напрочь позабыла как дышать.   Почему её так сильно изумила подобная весть?   По большей степени, когда у заклинателя неожиданно повреждаются меридианы, которые больше не подлежат восстановлению, тогда этот человек, фактически, теряет свою способность как вырабатывать, так и пользоваться энергией ци. Даже артефакты, которые очень тесно связаны с этой энергией, «падший» заклинатель уже не может их использовать, ибо есть великая вероятность что это может его погубить. Поэтому, большинство узнав подобное известие, теряют смысл жизни и медленно угасают. Только малая часть из этих «падших заклинателей», переносят эту печальную весть, и уходят странствовать, дабы полюбоваться красотой неизведанного ими прежде мира или чтобы передать другим людям свой опыт, которые они так упорно добивались все эти тяжёлые годы.   Когда же Роу Чванфон смогла переварить шокирующее заявление, она дрожащими губами произнесла:   - Теперь… ты меня, ненавидишь?.. Я завтра же, покину пределы резиденции Инъин…   - Даже не смей! — прервал её Шуанхуа. — Хоть, ты и не можешь пользоваться светлой энергией. Однако, знай! Если я взялся тебя обучать, то я не посмею отступать, не взирая на что-либо! Ты остаёшься здесь, в любом случае. — убеждал он.   - Спасибо! — заключила в свои объятия брата, радостно воскликнула Чванфон. — Спасибо, что веришь в меня!   - Ну, хватит! Слишком близко! — Шуанхуа облегчённо вздохнул, когда же он смог выпутаться из крепких объятий маленькой девочки. — Пожалуйста, только не говори кому либо. Думаю, они не слишком то обрадуются, ежели узнают эту новость.   - Хорошо!   На её лице засияла лучезарная улыбка, и не прошло ни единой секунды, как след Роу Чванфон уже давно простыл. Шуанхуа оставалось только даваться диву, на сколько была шустра и проворна эта маленькая девчонка, а также каждый раз задаваться одним и тем же вопросом: почему, каждый раз, когда его сестра рядом, у него резко сводит живот?   По коридору укрытым бархатным сумраком, быстро шагал Ю Бэй. Куда он так спешит в такой поздний час? Озираясь по сторонам, его дыхание было сбитым, словно только что пробежал от уезда Сицзу до уезда Динкгксианг и обратно, той же дорогой. Вдруг, генерал Ю остановился, заприметив впереди себя силуэт.   - Куда так спешим? — поинтересовался голос. Темная фигура облокотилась спиной о стену.   - По своим делам, конечно же. — пролепетал генерал Ю. — Почему это интересно молодому господину?   - Ты — нервничаешь, и это очень заметно. Поэтому, мне и интересно. — кратко ответил Шуанхуа. — Неужто, ты сейчас направляешься к моему дядюшке, чтобы ему рассказать свежие новости?   - Почему вы её защищаете? — не пытаясь строить из себя дурочка, который якобы не понял о чём речь, генерал решил спросить напрямую.   - Эта девчонка, в любом случае, останется здесь! — бросил Йэдон Шуанхуа.   - Вы не понимаете! Эта девка очень плотно связана с тем днем, когда ваши родители лишились своих жизней, дабы спасти их единственного сына! — взвыл Ю Бэй.   Посреди гробовой тишины, раздался звонкий шлепок, а затем грохот. Генерал не выдержав такого мощного удара, неуклюже плюхнулся на землю. Он прикоснулся рукой к своей щеке. В следующий момент, генерал Ю зашипел от боли и поднял на юношу недоуменный взгляд, пытаясь найти ответы. Йэдон Шуанхуа подойдя к нему, склонился и окинул оценивающим взором. Голубые глаза, которые так похожи на два прозрачных озера, покрытые тонкой коркой льда, опасно сверкнули во тьме, выражая желание своего носителя. От подобного взгляда, у кого хочешь по спине пробежит целый табун мурашек.   - Пусть, даже если это и так. — наконец заговорил Шуанхуа. — Ежели кто-нибудь узнает об этом, я непременно тебя убью! Ты меня понял? — тихо прошептал на ухо генерала он.   Шею Ю Бэйя обдувало горячим дыханием юноши. По спине пробежал холодок. Больше не в силах выносить подобного, он легонько кивнул. По видимому, юношу удовлетворил такой ответ. Поднявшись на ноги, Йэдон Шуанхуа растворился в пучине темноты, а Ю Бэй жалобно взглянул на одинокую луну, которая стояла посреди ночного небосвода, полностью усеянного маленькими звёздами.