задохнись.

Утро выходного дня, что может быть лучше? Лучше была бы только рапологающая к себе погода которой, очевидно, в эту субботу не было. Антон проснулся два часа назад и, буквально, сделал всё дела в доме. Мать отправилась в город за продуктами, так как в деревне нет каких-то гипермаркетов, как в городе, а просто обычные магазинчики, а отец, как на зло, уехал на рыбалку с каким-то его другом, который ему часто помогал в делах. Когда Карина уезжала, строго наказала сыну, чтобы тот убрался по дому, что он успешно уже закончил, так как знал, что мать лучше не злить. Олю, кстати, забрали с собой, Антон сам и не понял зачем, мать, вроде говорила, но, видимо, это прошло мимо ушей Петрова. Как и сказалось выше — дома было делать абсолютно нечего, кассеты Оли пересматривать в сотый раз уж подавно наскучило, рисовать не хотелось, а по телевизору не было ничего интересного, Тоша просто сидел у окна и смотрел на поганую метель, из-за нее даже не отправишься развеяться на улицу, не разумно. Все это делало ещё более невыносимым тупой Рома. Из-за этого идиота, в которого угораздило влюбиться Петрова, чувствовал, что выходные будут ужасными. Проще говоря, он скучал. Безумно. Эти два дня без подколов Ромы, без его голоса, рук. Как? Смотря на Рому и себя, Тоша вспоминал высказывание в мамином журнале моды, который он, ещё будучи городским ребенком, из любопытсва решил полистать и его глаза привлекла цитата: «Черный всегда сочетается с белым.» — она так давно засела в его голове, что по сей день ее не забывает. Возвращаясь к Роме и Антону, то Ромку он видел черным цветом, он всегда ассоциируется с чем-то плохими, темным, глубоким, а вот белый цвет — что-то светлое, доброе, чистое. Ума камня не надо, чтобы понять, кто из них кто. Антон так и провел свои выходные тоскуя и дожидаясь понедельника, чтобы скорее пойти в школу, к ним. К нему. Он лежал в своей уютной кровати пытаясь поскорее заснуть и смог это успешно сделать. Утро. Снова звон будильника, одинаков. этот раз уши не резало, Антон был даже рад его услышать. «Наконец-то!» — воскрикнул Петров. Это было слишком громко, что прибежала сестра и спросила в чем дело, на что Антон лишь оправдался, мол, ничего такого, просто по школе соскучился за два дня. Оля вопросительно на него посмотрела, но больше спрашивать не стала, просто пошла кушать хлеб со сгущенкой. Тоша, как всегда, проделав утренние процедуры, начал надевать свою форму, которая, внезапно, стала действительно любимой. И снова не поев, отправился в путь. Снег, на удивление, не шел, а на улице было холоднее, чем в последние дни. Шел быстрым шагом, лишь бы быстрее дойти, быстрее сесть за парту, быстрее, быстрее, быстрее. И вот — школа перед лицом. Зашёл в нее, быстро снял с себя куртку, отнес в гардероб, со скоростью света поднялся по лестнице, и с предвкушением зашёл в свой кабинет. Ждал. С нетерпением ждал, когда же они зайдут. И Антон дождался, вот только… В этот раз с хулиганом рядом шел не Бяша, а Полина. Полина. Петров смотрел на картину: Рядом с Ромой идёт Полина, которая о чем-то болтает, а тот… Красный и застенчивый. С чего бы Пятифану себя так вести? Антон вообще не видел Рому красным, тем более застенчивым. Неужели он? Всё сходится, Полина — скорее всего, предмет воздыхания сердцееда Антона. Тоша сидел в шоке, смотря, как она идёт вместе с ним на Камчатку. Он сел на свою парту, а Полина продолжала что-то говорить. Закончив, она поправила волосы за ухо и ушла к себе за парту. Петров сразу уставился на Рому, смотрел за его реакцией. Было видно, что Рома все ещё смущался, хоть и усердно пытался это скрыть и, внезапно, уставил свой взгляд на Морозову, которая мирно сидела за своей партой. «Зачем она тебе?» Антон ревновал, сильно ревновал, и из-за этого случая он не невзлюбил ее. У него внутри, словно, горел огонь, даже не огонь, а извергался вулкан. Грудь жгло от ревности. Тоша сидел и злобно сверлил ее взглядом из-под своих очков, но разум очкарика, всё-таки, мыслит не только в одну сторону, а что если все это было недопониманием и это ничего не значило? Даже так, Полина ему не нравилась от слова совсем, даже начала раздражать и все это произошло, буквально, за одно действие с ее стороны к Роме. Да и какое недоразумение? Смущение, покраснения на лице и пристальный взгляд на нее. Возможно, Петров бы и вправду принял это за недоразумение, если бы сам все вышеперечисленное не испытывал по отношению к Пятифану, а значит все верно. Бяша не пришел сегодня, кстати, и Антон решил использовать это как предлог, чтобы начать разговор с хулиганом. белобрысый собрался с мыслями, встал со своей парты и подошёл к парте Ромы. Тот уставился на него, как бы спрашивая, что ему надо. — Ром, а где Бяша? — случайно поинтересовался Тоша. — Бяша? Заболел, а чё? — спросил хулиган — Ничего, просто стало, эм, интересно. — очкарик уселся на стул рядом с Ромой, пока договаривал фразу. Повисло молчание. Спустя несколько секунд Рома повернул свою голову в сторону Полины. «Опять она.» — Антон начал играться с пальцами. Сам не знал, от злости или нервов. — Тох. — а… Да? — Вот… Ты думаешь… Полина красивая? — перед тем, как назвать имя Полины, он замялся. — Полина? Ну… эм… да, наверное. — наигранно сказал Антон. На самом деле нет. Она ужасна, отвратительна, противна, она не нравилась ему и, самое ужасное, он ничего не мог с этим поделать. Ревность — страшная вещь. — Я тоже так думаю, Тох, блять! Она сегодня со мной разговаривала, я аж ахуел, честное слово. — белобрысый видел в его глазах огонь. Ещё больнее. Рома резал его без ножа, стрелял без пистолета. Невыносимо. — Ого, повезло. — с натянутой улыбкой ответить тот. Ужасно. — А я о чем. Может че-нибудь да выйдет, хаха. — посмеялся хулиган Больно. Неужели, белый цвет — Полина? Нет, неправильно, белый цвет для Ромы — Антон, ее не должно быть. — Ладно, эм, Ром, я пойду за парту. — Говорил Антон отвернув лицо от Пятифана и паралельно вставая с места. — Пиздуй. — привычно хлопнул по плечу тот. — Ага. Уроки прошли опять никак. Антон просидел все уроки никаким. В этот раз он думал уже не просто о Роме, но и об этой… Полине. Он боится, что он уйдет к Полине. Антон понял, что пора прекращать так загоняться, весь день он не хочет этому посвящать, к тому же пора домой. Спустившись по лестнице, он направился к раздевалке, где его, как оказалось, ждал Рома. Шел все также поникшим, как на уроках, пока, всё-таки не увидел, что его ждут. Тоша удивился, хоть и догадался, что домой они пойдут, наверное, вместе. — Тох… — он подошёл в плотную к Петрову и положил руки на его плечи. Антон заметно смутился, оглянув быстро руки Ромы на своих плечах уставился не него. У него было лицо полное жалости и… беспокойство? Не успел понять Антон как- — Ты чё такой грустный, хуй был не вкусный? — С улыбкой пошутил Пятифан и начал заливаться диким хохотом. — Тц. Дурак. — он сам не понял, почему так сильно разозлился. Возможно, потому что настроение у него сегодня было ну вот вообще не до этого. Он оттолкнул Рому с пути и пошел за курткой. Взял куртку и ушел один, пока Рома до сих пор заливался хохотом.