Случайная встреча

      Бурундук       Имс вернулся в свой кабинет уже поздним вечером. День выдался совершенно сумасшедшим. Переговоры с японцами — которые в принципе раздражали Имса одним своим наличием в социуме, как невероятно дотошная раса — прошли успешно. И на этом спасибо… Ему спасибо — Имсу, чёрт возьми! — потому что отец, пару месяцев назад неожиданно увлёкшийся каким-то молодым и на редкость амбициозным юнцом, работавшим в их компании, попросту не смог на них появиться. По некоторым физиологическим причинам… Присутствие гонного альфы, которого душили гормоны, в обществе, состоявшем главным образом из бойких, ершистых бет — не лучший способ прийти к всеобщему согласию.       Слава богу и нетривиальным способностям Имса сглаживать углы — японцы, как уже говорилось, на редкость дотошны и помешаны на уважении во всех его проявлениях — всё прошло успешно, и важный контракт был заключён без особых заморочек. Но стоило молодому альфе расслабиться, как вдруг неожиданно нагрянула аудиторская проверка. Не то чтобы у него был повод сомневаться в ком-то из их сотрудников и подозревать их в каких-либо финансовых махинациях, но этих сотрудников было слишком много, а человеческий фактор никто не отменял. Как известно, люди по природе своей склонны к предательству и нечистоплотности. Потому известие о предстоящей работе аудиторов волновало и напрягало Имса, как любого, даже самого добропорядочного, человека, ответственного за благосостояние и процветание крупной компании.       Под конец рабочего дня, точнее, уже гораздо позже, Имс ощущал себя выжатым и опустошённым. И думал только о том, как вскорости он вернётся домой и обнимет своего обожаемого маленького омежку, прижмёт его к себе и… — на счёт «и» планов у альфы было хоть отбавляй. Тут уже его изобретательность поистине не знала границ. Благо, что Артур, несмотря на свою внешнюю застенчивость и благовоспитанность, не уставал удивлять Имса, когда дело доходила до интима.       При одной мысли о голом, неприлично развязном и стонущем Артуре внизу живота всё резко заныло. Иногда Имсу казалось, что вся совместная жизнь с этим невозможным и сладким омегой для него — Имса — один сплошной, нескончаемый гон.       Альфа провел ладонями по лицу и прерывисто вздохнул, приземлившись на небольшой, но комфортный диван. Однажды он планировал трахнуть Артура и на нём. А что? Почему бы и нет? Секс с зашкаливающим адреналином и ощущением, что делаешь что-то запретное — да! — не сказать чтобы фетиш, но как минимум одна из его горячих фантазий. А Имс, как никто, любил фантазировать. Хотя бы потому что знал наверняка — Артур всегда неизменно был за любой кипиш, кроме, разве что, голодовки. С этим определённо не прокатило бы. В последнее время — особенно в последнее — его омега приобрёл на редкость зверский аппетит. Но даже это исключительно радовало поплывшего от любви Имса — он просто обожал смотреть, как Артур ест!       Да что тут греха таить — Имс обожал в Артуре всё, от его чёрных кудряшек до исключительно красивых ступней. А его голос… Боже мой! Если бы не бесчисленное количество голосовых сообщений в мессенджере, Имс давно бы записал его на диктофон.       Имс улыбнулся и наконец смог оторвать от дивана свою пятую точку. Уже через полчаса он окажется дома, в тёплых и таких уютных объятиях Артура. Вдохнёт его запах, услышит этот самый голос — бархатистый и в то же время певучий — который пробирал влюблённого альфу, гипнотизировал и лишал собственной воли.       В кармане завибрировал сотовый, который Имс не успел поставить на звук. Альфа достал его и расплылся в блаженной улыбке: звонил ни кто иной, как объект его любви и извечных самых горячих желаний.       — Детка, я уже выезжаю, — пропел Имс в трубку, уже вовсю планируя расслабляющий вечер в джакузи. Вместе с Артуром, несомненно, по-другому никак.       — Имс, я утром сделал тест, — ответил Артур без лишних предисловий. Имс сразу не смог определить его тон. Уловил только, что омега был взволнован и слегка напряжён. А ещё альфа ни черта не понял, какой такой тест, и почему Артур говорил о нём только сейчас. Мог бы…       — Какой тест? — спросил он, не раздумывая. Замкнул кабинет и вышел в пустой холл — все сотрудники давно разъехались по домам.       — На наркотики, — иронично заявил Артур. Имс нахмурился подобному нетипичному для его омеги тону. — Похоже, я основательно подсел на тебя, — добавил тем временем любимый, — и эта зависимость ВО МНЕ, — про акцентировал он, — растёт с каждым днём!       — Артур, я не совсем понимаю… — растерянно попытался уточнить Имс. Даже остановился, не дойдя до лифта каких-то пары шагов.       — Боже, Имс! — воскликнул Артур. Имс явственно представил, как тот сейчас закатил глаза. — Ну в самом деле! Ты серьёзно?       — Арти, я всё ещё… — начал было альфа, но вдруг неожиданно его словно холодной водой окатили. — Артур, это тест на…       — Господи! Да! — перебил его омега.       Имс едва не выронил сотовый, но вовремя успел поймать его у самого пола. Почти бегом сократил расстояние до лифта и нажал на кнопку с такой силой, словно от её количества зависело то, насколько быстро тот за ним приедет.       — И? — неожиданно робко поинтересовался обеспокоенный альфа. — Что там? Артур, умоляю, не молчи!       — Там две полоски, — выдохнул Артур, как будто это о чём-то могло Имсу говорить. — Я проверил несколько раз. Ждал, пока ты вернёшься, чтобы сказать, но ты так задержался. Я места себе не находил!       Имс раздумывал пару секунд, пытаясь подобрать слова, чтобы не выглядеть перед своим омегой недалёким дуралеем, но ничего дельного на ум так и не пришло.       — Две полоски — это значит, что ты в положении? — снова осторожно осведомился он.       — Нет, блядь, это значит, что я бурундук, Имс! Две полоски. Да, — прошипел раздражённо Артур. — Чёрт, да, я в положении! И мне очень срочно нужно, чтобы ты вернулся домой. Мне нужно тебя увидеть, Имс! У меня коленки трясутся весь день, и… Имс, ты скоро?       Последнюю фразу он уже почти прошептал. Казалось, Артур вот-вот расплачется.       — Я сейчас, малыш! Сейчас… Только шампанское захвачу.       Имс даже не заметил, что омега выругался, впервые со времени их знакомства. Из лифта он вылетел пулей, словно за ним кто-то гнался. До подземной парковки добрался в таком же бешенном темпе, даже чуть не сбил у дверей ночного охранника. Сегодня Имсу было не до вежливости.       — Солнышко, я так тебя люблю! — прокричал Имс в трубку, уже запрыгнув в машину. — Наш котёночек будет самым прекрасным на свете!

***

      Не волнуйся, крошка       — Имс, перестань, — Артур приподнял плечо и поёжился. По спине волна за волной разбегались мурашки, а внизу живота уже тянуло, отдаваясь приятной истомой по всему телу.       — Нет, — коротко прошептал Имс и продолжил вылизывать ухо Артура, крепко накрепко прижимая к себе неожиданно строптивого омегу.       — Я опоздаю, — обречённо захныкал Артур и лихорадочно всхлипнул, когда горячий и чересчур нахальный язык в очередной раз скользнул в ушную раковину. — Я ненавижу опаздывать, И-и-имс…       И эта была чистейшая правда. Артур терпеть не мог опаздывать, тем более на работу, тем более на работу в магазин, хозяином которого был дядя его мужа. Но разгоряченному и уже до предела возбужденному Имсу, похоже, было все равно.       Артур всё никак не мог понять, что происходило с его альфой. Имс словно постоянно находился в нескончаемом хроническом гоне. Конечно, Артур не мог отрицать, что и сам он хотел Имса ежедневно, едва ли не круглые сутки. Перестройка гормонов в связи с его интересным положением давала о себе знать, и омеге хотелось секса практически постоянно. Тем более, что возбуждённый Имс так умопомрачительно пах. Он просто благоухал, казалось, на милю вокруг, и Артур грешным делом даже подумывал о том, не принимает ли альфа какие-либо препараты, чтобы находиться в постоянном тонусе и удовлетворять его — Артура — взбесившийся темперамент.       — Не волнуйся, крошка. Тебе нельзя, — прохрипел Имс в его ухо, мягко, но настойчиво увлекая Артура в сторону их спальни.       Альфа лихорадочно постанывал и тёрся о своего омегу всем телом. Прижимался к его бедру пахом, где уже наверняка всё горело от желания. Артур чувствовал его аромат, ощущал красноречивую твердую выпуклость в домашних штанах Имса и понимал, что если тот его сейчас поцелует — это станет последней каплей. Стоит их феромонам смешаться вместе со слюной, соприкоснуться жадным губам и горячим языкам — и все, без того жалкие, попытки омеги противиться накатившему возбуждению отправятся коту под хвост.       — Имс, мне нужно на работу. Стивен наверняка уже меня ждёт.       — Нет, не ждёт. Успокойся, лапушка.       — С чего это? — Артур насторожился и наконец нашел в себе силы отстраниться.       Когда он посмотрел в глаза своему альфе — те оказались совершенно шальными. Взгляд Имса был затуманен и едва ли тот уже был в состоянии адекватно соображать.       — Я позвонил дяде и попросил у него для тебя выходной, — сообщил Имс заплетающимся языком.       Артур нахмурился и спрятал руки в карманы.       — Вот как, — он сощурил глаза и уставился на Имса осуждающим взглядом. — И как часто ты собираешься так делать? Может, мне совсем бросить работу? А что, здорово ведь. Буду не только твоим мужем, но ещё и содержанцем. Всегда мечтал, знаешь ли, присесть кому-нибудь на шею.       — Пупсик, ты что такое говоришь?       По всем правилам Имс должен был сейчас обидеться на Артура, но всё дело было в том, что он, казалось, совершенно не умел обижаться. Наверное поэтому Артур всегда мгновенно остывал, стоило только Имсу посмотреть на него своим щенячьим жалобным взглядом. Когда на тебя так преданно смотрит брутальный и сильный альфа, красивый до чёртиков и ровно такой же любимый — как тут можно устоять?       Артур сдался. Просто не мог по-другому. Он вздохнул, опустил распрямившиеся плечи и обмяк в тёплых, уютных объятиях.       — Хорошо. Выходной так выходной, — согласился он, делая вид, что неохотно.       Судя по тому, как Имс тут же просиял — тот даже поверил в стойкость своего омеги, которой, конечно же, не пахло и близко.       — Мой сладенький… моё солнышко, — заполошно зашептал Имс, покрывая шею Артура поцелуями и продолжая подталкивать его всё ближе к кровати. — Как же ты пахнешь, Артур! Я с ума схожу… Ты стал… ещё вкуснее.       И тут Артур всё понял. Видимо, это его беременность так влияла на молодого альфу. Гормональный фон перестроился, омега и сам это чувствовал. Как же мог не почувствовать Имс? Их связь крепла с каждым днём, и теперь он научился безошибочно определять по запаху даже настроение Артура, малейшие колебания в его самочувствии. Конечно, теперь, когда омега носил под сердцем его малыша, он стал возбуждать Имса в разы сильнее. И не просто возбуждать: будь того воля — он бы вообще привязал Артура к себе и не отпускал ни на шаг. Об этом Артур тоже знал.       — Это ведь только первый триместр, — напомнил Артур и судорожно хохотнул, когда Имс прикусил кожу на внутренней стороне его бедра, пока стягивал с омеги штаны. — Что мы будем делать потом?       — Возьмёшь академический в универе, — хрипло предложил Имс. — С магазином придётся завязать…       — Нет! Об этом даже не думай! — упёрся Артур, попытавшись выбраться из-под Имса.       Как будто он мог это сделать!       — Ты меня не дослушал, — продолжил Имс. Артур даже не успел сообразить, в какой момент оба они оказались без одежды, и Имс рывком перевернул его на живот. — Как только родится малыш, я устрою тебя в нашу компанию. Нам с отцом не помешает помощник в руководстве лабораториями, — Имс замер позади давно уже безнадёжно текущего от желания Артура и дрожащими ладонями сжал упругие ягодицы.       Артур всхлипнул и рефлекторно вскинул повыше свой зад, чтобы альфе было удобнее взять его таким образом.       — Но тебе же всё равно придётся ходить на работу, — напомнил он, пока ещё мог говорить.       Имс рассмеялся тихо, наклонился и укусил ощутимо Артура за ягодицу. Тот протестующе вскрикнул, но альфа сразу зализал мягким, влажным языком место укуса.       — Ты так много болтаешь, пупсик, — Имс рассмеялся охрипшим голосом. — Я вполне могу большинство времени работать удалённо.       Больше говорить Имс был уже не в состоянии. Как и Артур. Как только ощутил внутри своего тела горячую, пульсирующую плоть альфы — тут же едва не кончил. Все слова и мысли разбежались и попрятались по углам, как разноцветные шарики. Остались только рваные стоны, приглушённое рычание, одуряющий запах секса, пошлые шлепки и скрип кровати, которая такими темпами очень скоро могла развалиться по частям.