Стикс

— «Похоронное бюро «Стикс» с радостью примет вас!» — Торжественно гласит вывеска над тем самым бюро.       Санта-Моника — тёмный и не самый благополучный город. Огромное количество бездомных, наркоманов и торговцев запрещёнкой как в виде оружия, так и чего-то менее материального являются тому прямым подтверждением. Днём это место нельзя назвать жутким или через чур опасным, а ночью… Ночью вылезают все самые отмороженные жители и не факт, что это будут именно люди. Каиниты тоже покидают своё логово с наступлением темноты и принимаются за кровавую охоту. Простые люди называют их вампирами и не верят в существование проклятых, полагаясь на фильмы и книги, где живы крайне глупые стереотипы: страх перед чесноком, крестами и церковью, запрет на вход в дом без приглашения и, самое смешное, наступление окончательной смерти после проникновения в сердце осинового кола. К сожалению, в реальной жизни всё не работает так просто. — Рик, пошли, работа есть. — Из-за двери выглянул высокий худощавый юноша, подзывая работника к себе.       Мальчишка, кивнув старшему, молча оставил рабочий пост и прошёл в здание.       Первое, что бросается посетителю в глаза — гробы. А если точнее, то демонстрационные модели, в которых иногда прячутся старожилы, дабы напугать новичков. Их профессия дело тонкое, порой приходится иметь дело с «пакетиками», потому такие шутки лишь закаливают новобранцев и частично готовят к «чудесам» не самого обычного рода деятельности. Стойка же находилась напротив входа, рядом с дверью, куда разрешён вход лишь сотрудникам по понятным причинам. Клиенты, как и простые посетители, не рисковали туда заходить. Себе дороже будет. — Сегодня на пляже полицейские нашли обезображенный труп. Его подвесили на столб, сняли кожу и после всего оставили несколько укусов. Если верить нашим друзьям — следы слишком глубоки для простого человека.       Эта небольшая инструкция дала понять небольшому кругу лиц, собравшихся рядом, что дело не простое. Глава описывал всё бесстрастно, словно делился повседневными вещами и лишь тяжёлый взгляд синих глаз выдавал всё недовольство сложившейся ситуацией. Почему же с Ватикана не прислали побольше помощи и почему охотников здесь так мало? — Это же из газет, да? — Взволнованно спросил молодой человек, ранее стоявший за стойкой с гробами. — Да. Территорию оградили, полиция дежурит день и ночь, так что неофициально пройти для обследования места будет крайне… Затруднительно. — Отозвался второй участник некого «круглого стола», не поднимая глаз выше уровня пола. — Что же это такое… А ведь говорили, мол, «Санта-Моника — самое мирное место для твоей рабочей командировки, будешь себе сидеть на жопе ровно и в ус не дуть». Тьфу! — Возмущался третий, похоже, самый активный из собравшихся пятерых. — Тише. — Низкий голос главы гулом разнёсся по небольшому помещению, заставив обратить на себя внимание всех присутствующих. — Неважно, что тебе говорили при переводе, Сэм, факт того, что здесь бушуют вампиры очевиден как ясный день. — Предлагаю выйти на место днём, пока никто не повылезал из своих нор. Только, как вы и говорили, нас вряд ли просто так пропустят. — Как раз пустят. У нас же там двое наших человечка есть, забыл? — И что они скажут? «Тут с похоронного бюро пришли, мерки снимать будут»? — Ну… Не знаю. Может быть да? — Пустят. — Вновь раздался гулкий голос главы. — Я постараюсь договориться с начальством, чтобы такую нашу выходку спустили на тормозах, если нет, то будем что-то думать и надеяться на нормальные данные от Вильяма и Ноа.       Сэм с Рафаэлем лишь кивнули. Спорить между собой в присутствии начальства такое себе удовольствие, так что было принято решение перенести на потом разрешение некоторых противоречий. На время, когда это дело решится и всё устаканится.       Да, раньше вампиры нападали на людей, на животных, но чтобы так жестоко — нет. Подобного не было за последние пару лет точно и «бюро» прекрасно об этом знает. Имея на руках данные о нападениях за последние лет пять, о случаях такой жестокости не было известно. Вариант с оборотнями здесь не идёт — на окраинах живут гангрелы, которые их просто не пропускают, да и следы по телу чётко говорили о своём «мастере». Это дело рук вампира и, скорее всего, новообращённого. От пленных каинитов удалось узнать большинство «законов» тёмного мира и один из них: маскарад. Приходится скрываться от таких охотников, который работают в этом бюро, а подобные инциденты ставят их сокрытие под риск. К такому выводу и пришёл тёмноволосый мужчина во время разговора по телефону с местным полицейским департаментом, прося пропустить их на место преступление. — У меня хорошие новости. — Начальник отложил телефон в сторону и направился к своим подчинённым. — Нас пустили и даже дали добро всё осмотреть, но главное не оставить своих следов. Это «пальчики», следы обуви, волосы. Если кратко: абсолютно всё, что может запутать следствие и привести к нам. — Так точно! — Сэм вскочил и кинулся к выходу, предчувствуя скорое дельце. — Вечно ты идёшь вперёд паровоза…

***

— Д-да они совсем страх потеряли!       Багровые пятна вели от контейнеров к трупу, который и правда оказался подвешен за шею на фонарный столб с помощью верёвки. Живот вспорот, а внутренние органы изъяты. С какой целью — непонятно, но первая мысль крайне очевидна. Трофей. Даже среди вампиров есть психопаты, не знающие жалости и поступающие в угоду собственному Зверю. Вскоре нашлось и место убийства. Мужчина погиб за теми же самыми контейнерами, где в металле остались следы борьбы — неглубокие вмятины от когтей, чуть больше, чем у обычного волка. На теле также есть укусы «животного» происхождения, но что-то человеческое тоже оставалось. Челюсть не столь вытянута, но глубина… Это точно дело рук не человека. Кожа со спины и груди оказалась снята. Торопливо, неаккуратно и после смерти, если судить по кровавым следам под беднягой.       Неподготовленного человека подобное зрелище не может оставить равнодушным. Отвращение и животный ужас — вот что испытали юные охотники, остановив взгляды на висельнике, разве что мужчина сохранил самообладание. Перекинувшись парой фраз с офицером, тот подошёл к жертве и принялся просто осматривать. Спутники же, малость отойдя от увиденного, присоединились к осмотру места преступления. Проследовав по пятнам к контейнерам, Сэм и Раф поняли — это наверняка был вампир, а не какая-то уличная банда, как казалось ранее. — Слушай… А это не может быть оборотень? — Прошептал блондин, глядя на своего напарника. — Вряд ли… Они в лесах обычно сидят, а здесь город, который кишит вампирами. — Просто эти следы от когтей кажутся мне знакомыми. — Откуда? — История долгая и говорить об этом не хочу. — Голос зазвучал куда твёрже. Очевидно, тема больная. — Я тебя понял. Это гангрел, скорее всего. Оборотни сильнее будут и вместо небольших вмятин остались бы дыры. К тому же, посмотри. — Тёмноволосый указал в сторону.       Кровавые следы от подошв указывали в сторону огромной лужи, а за ними тянулись длинные «волчьи» лапы, также измазанные в алой жидкости. Была погоня и некоторая игра в «кошки-мышки», но здесь вышла «волк-человек» и победитель давно покинул место их «состязаний», оставив изуродованного проигравшего словно ужасающее знамя своей победы. На земле рядом с дальним контейнером от места смерти лежал бумажник. Заметив это, Рафаэль завернул руку в целлофановый пакет, так к стати оказавшийся в кармане, и подобрал улику, как-то проскочившую от криминалистов. — Похоже, наш «клиент» мстил или просто на голову не здоров, а может всё вместе. — Думаешь? — Да. Не просто же так этот индивид решил нарушить, как его там. — Тёмноволосый юноша пару раз щёлкнул пальцами, вспоминая нужное слово. — «Маскарад», вот. Их же убивают за это, поэтому творить такое — чистой воды самоубийство. — А ты прав… Тут вроде ничего больше нет. Пойдём? — Сэм невольно скорчился, прекрасно понимая, что придётся снова смотреть на висящий изуродованный труп. — Пожалуй.       Рафаэль встал с корточек и вместе с напарником двинулся в сторону висельника. Босс, похоже, завершил осмотр и теперь переговаривал с офицером, который кивал головой почти через каждое слово. Непонятно, за кого их приняли, но, похоже, слова и действия имеют вес. От того, возможно, офицеры внимательно слушали охотников за нечистью. — Что нашли? — Итан перевёл своё внимания на подошедшую парочку, отойдя от небольшой кучки полицейских. — Следы борьбы. Вероятно, убийца играл с ним в «догонялки». Следы там не только от обуви, как вы понимаете. К тому же вмятины от когтей не пробивают контейнер. — Последнее звучало крайне тихо, дабы лишние уши их не услышали. — Ещё был найден кошелёк. Мы его не открывали и неизвестно чей он — жертвы или убийцы. — Очень хорошо. — На лицо старшего наползла лёгкая улыбка, но тут же исчезла. — Думаю, это передадим нашим друзьям для исследования, а мы займёмся поисками «сами-знаете-кого».       «Сами-знаете-кого». Оригинальное обозначение жертвы слежки инквизитора и его подопечных. Обычно поиск начинается на интуицию, а как найдутся зацепки всё станет куда более осмысленным. Приятный плюс — во время розыска кого-то одного, можно найти кого-то другого и, естественно, сделать мир чище, избавив его от очередного кровопийцы.       И снова начало слежки по каким-то сомнительным местам. Особое внимание привлёк клуб «Asylum». Исходя из собственных наблюдений, там крайне много представителей любителей крови, но отличить их от обычных людей та ещё задачка, с которой порой не справляется даже опытный инквизитор, не говоря уже о юнцах, которых легко одурачить.