Хён Богом или я?

***

Чон Чонгук задумчиво заходит в общую гостиную, отодвигая ногой разбросанные настолки, пару пустых бутылок из-под газировки и чью-то чёрную толстовку. Садится на диван, поджимая ноги под себя. Не то, чтобы в общежитии было холодно, просто так комфортнее. Затыкает уши наушниками и жмёт на плей. Голос Ви-хёна завораживающий, низкий, густой как патока. Оседает не только в голове, но и на губах. Где-то в груди расплывается сладким, тяжелым дурманом, заполняет всего Чонгука, до кончиков пальцев. Обычно музыка зовёт макне подпевать. Но пробная запись сольной песни Тэхена, которую Гук слушает на повторе вторую неделю, не зовёт петь или танцевать. Она заставляет прикрывать глаза, прикусывать губу, покачиваясь в такт и желая раствориться в этом голосе, стать послушной глиной в тэхёновых руках. Чонгук почти чувствует сбивчивые прикосновения чужих пальцев к плечам и ключицам, прохладные, но при этом обжигающие, губы на своей шее и шёпот, ласкающий уши. Желание принадлежать. Полностью, начиная с тела, заканчивая… Нет, не останавливаясь ни на чём, принадлежать всем существом. В первые дни Чону ещё удавалось обмануть самого себя, что ему просто понравилась песня. Но спустя полторы недели после того, как он без спроса скопировал на свой телефон аудиофайл с ноутбука Юнги-хёна, и заслушал до дыр, врать себе стало почти невозможно. Песня оказалась жидким сексом, пополам с искушением. И Чонгук был готов что угодно отдать за возможность этому искушению поддаться. У него подозрительно сбивается с ритма сердцебиение и подрагивают пальцы, стоит услышать в наушниках голос Тэхёна. Пожалуйста, пусть хён не выпускает эту песню подольше, а лучше вообще не выпускает. Нельзя допустить, чтобы миллионы фанаток и фанатов по всему миру слушали этот трек. Чонгук закрывает глаза и погружается в свой воображаемый мир, в котором Тэхён поёт ему на ухо свою песню, положив руки на талию и прижимая спиной к своей груди. Они неторопливо танцуют в пустом тренировочном классе перед огромными зеркалами. Если бы Тэхён был духом-хранителем какого-нибудь жуткого, богом забытого озера, Гук не раздумывая шагнул бы в тёмную воду. - Чонгуки, что ты слушаешь там постоянно? - спрашивает подошедший Юнги, но увлечённый макне его не слышит. Сидит, прикрыв глаза и сминая в пальцах край просторной футболки. Тогда старший подходит ближе и забирает один из наушников. - Йаа, Чонгук-а, кто разрешал тебе рыться в моём ноутбуке? - возмущается он, спустя несколько секунд. Чонгук не успел вовремя среагировать и мгновенно поставить на паузу, как планировал на такой вот крайний случай. - Но, хён, ты разрешил мне послушать твои наработки для микстейпа, - возражает младший. - Ага, моего микстейпа, а не всё содержимое ноутбука, - говорит Юнги и краем глаза замечает на чужом экране значок повтора одной и той же аудиозаписи. Понятненько. - Так нравится голос Тэхёна? Чонгук смущённо опускает глаза. Нравится - немного не то слово. Но обсуждать это с Юнги-хёном до ужаса неловко. Впрочем, тот и не ждёт ответа. Плюхается рядом на диван, обложившись подушками и прикрывает глаза. - Мне тоже безумно нравится голос Чимина, я могу его круглыми сутками слушать. Когда-нибудь я напишу для него целый альбом и заставлю записать каждый трек с кучей ремиксов, - мечтательно выдаёт старший. - Юнги-хён, это как-то слишком, - мнётся младший, но продолжает, - ты звучишь как безумец, знаешь ли… - Ну-ну, ты представь целый сольный альбом Тэхёна, который будто поёт для тебя одного, более того, ты точно знаешь, что он поёт тебе и для тебя, потому что написал вместе с ним каждое слово, и там есть всё, что ты хотел бы от него услышать. Ох, лучше бы Гук всё это не представлял. Ещё две недели назад услышав нечто подобное от Мина, да и от кого угодно, он бы решил, что тот просто сошёл с ума. А сейчас с трудом отгоняет от себя мысли о том, как было бы упоительно слушать собственную песню, спетую Тэтэ-хёном. - Хён, - Чон сглатывает и на всякий случай зажмуривается, - ты просто влюблён в Чимина, а я же не… - А ты в Ким Тэхёна, как и подозреваю он в тебя, - смеётся старший и машет рукой в ответ на его удивленный взгляд, - Да брось, ты смотришь на него как на божество не первый год, он носится с тобой как с самым хрупким сокровищем на свете, а вся эта ваша драма с поцелуями, ревностью и засосами. - Откуда ты знаешь, хён? - с откровенной паникой в глазах выдавливает макне, имея в виду поцелуи и ревность. - Ох, Чонгук-а, ну я же не слепой и не тупой, ты поцеловался с Чимини на моих глазах, и на глазах у всей группы на минуточку, после чего Тэхён сбежал чуть ли не со слезами на глазах, вы перестали ладить, не смотря на твои попытки помириться. А засос на твоей шее заметил случайно, когда нуна очень уж усердно его замазывала слоями штукатурки. - Прости, Юнги-хён.. - За что ты извиняешься, ребёнок? - удивлённо. - Ну я… Чимин… - макне делает неопределенное движение рукой и замолкает. - Да брось, забыли. Правда, Чимин тогда полночи просидел у двери моей студии, - задумчиво произносит Шуга, но его расстроенным голосом перебивает Чонгук. - Юнги-хён, ты поступил так с Чимином? Это слишком жестоко. - Я сказал ему уходить, думал он послушается, но быстро заснул, - объясняет старший, - Я ведь тоже немало выпил в тот вечер. Среди ночи проснулся, пошёл в уборную, а у двери сидит грустный Чимин. - Ох, Чимин-хён разбивает моё сердечко даже по рассказам, - шепчет Чонгук. - Моё тоже, - тихо отвечает Шуга, - всегда. - Хён, иди сюда, ты должен мне помочь, - забегает в гостиную шумный и активный Чимин, сразу хватая Мина за руку, - привет, Чонгуки! Старший недовольно морщится, но покорно следует за неугомонным Паком. Чонгук тихо хихикает в ладошку. Суровый рэпер становится совсем плюшевым и мягоньким, когда дело касается Чимина. Единственный, кому позволено липнуть с обнимашками, хватать за руку, класть голову на плечо и даже в шутку шлепать Юнги по попе. Единственный, кого Шуга не прогонит со своих колен, кого всегда обнимет в ответ и разрешит сколько угодно сидеть в своей студии. Впрочем, справедливости ради, Чимин и правда сидит тихо, не пристает с вопросами, не просит дать послушать что-нибудь новенькое, в отличие от того же Чонгука. Но Чону всё-таки немнооожечко обидно. Он трясёт головой и возвращает в уши наушники. «Я потерял себя или приобрёл тебя?» - спрашивает завораживающим голосом Тэхён. Чонгуку кажется, что это именно он теряет себя, растворяется в глубоком баритоне Кима. Он бывал влюблён раньше, в средней школе и сразу после дебюта, в девчонок из своего класса. Хотел радовать их сладостями и видеть застенчивые улыбки, позвать на свидание и покатать когда-нибудь на машине, как только получит права. И никогда его мечты о девушках не были наполнены этим густым, тягучим желанием чего-то гораздо большего. Желанием обладать и принадлежать. Его пальцы не дрожали от предвкушения, а в животе не сворачивалось тугим комком сладкое, запретное, невыносимое возбуждение. Чёртов Ким Тэхён, и когда он успел стать таким искушающе притягательным? Хён, который любил дурачиться и смотреть ночами напролёт аниме. Хён, который нежно целовал в день совершеннолетия. И грубо прижимал к входной двери, оставляя яркий отпечаток на шее. Чееееерт, лучше бы Чонгук не вспоминал о последнем. «Скажи мне, если даже эта боль не является настоящей, то, что я должен был сделать тогда?» Гук тяжело выдыхает, закусывая губу. Тэхён избегает его уже больше двух недель, с тех пор как поцеловал пьяного после дружеских посиделок макне с 97 лайном. Да и до этого они толком не ладили. Где-то с момента поцелуя с Чимином. Что там говорил Юнги-хён? Ревность? Неужели Тэтэ-хён его приревновал к Чимин-хёну? Прям всерьёз? Ему не просто по-дружески неприятно было, что ему предпочли кого-то другого, а прям больно и всё такое? Тэхён ревнует его? И тогда к Ыну тоже, поэтому грубо поцеловал, оставляя следы поверх покрасневшей от чего-то кожи? Кажется, Чонгук расчесал тогда какое-то раздражение, которое Ким Тэтэ принял за засос Ыну? Чёрт, серьезно? Или Чон Чонгук окончательно помешался на Ким Тэхёне и выдумывает несуществующие причины и мотивы?