«Помогите, пропала собака!»

«Помогите, пропала собака! Немножко волк, но это не так важно. Окрас чёрный, карие глазки. Носит брелок на ошейнике в виде клыка с волчьей головой. Очень красивый и ручной, не кусается. Так что если увидите, не бойтесь подойти. (только если вы не один из зажравшихся мудней сверху, он таких чувствует сразу) Отзывается на кличку «Волче», вместо команды «к ноге» можно использовать фразу «Волче, пойдём жечь город», он все сразу поймёт. Если спросит, кто, скажите, Серёжа. Помогите найти, очень люблю и скучаю!»

      Эти объявления были развешаны буквально везде: на столбах, на спинках скамеек, рядом с ларьками и магазинами — и по всему Питеру. Внизу бумажка была разрезана по вертикали, а на импровизированной «бахроме» был написан телефон — для связи.       Серёжа привык просыпаться часов в одиннадцать. Что утра, что вечера — не важно. Но суть была в том, что Олег, в отличие от рыжеволосого, вставал где-то в пять утра, солнце еще даже взойти не успело. Потом делал кучу отжиманий, потом обливался ледяной водой и брался за уборку. Если было тепло — шёл на пробежку. Если холодильник пустел, заканчивалась газировка или что-то — шёл в магазин и возвращался с кучей тяжелённых пакетов, потому что «есть тебе надо больше, Серёжа. Нет, кофе это не еда, энергетики — не еда, кофейные зёрна — тоже не еда, Серёжа, ты не ебаный йог, который берет энергию из воздуха и шума водички, листвы и прочей дребедени». Но всегда, всегда Олег оставлял записку, в которой кратко, четко и по делу изъяснялся, мол, так и так, ушёл в магазин, ушел на час, на полчаса, на двадцать три минуты, на сорок семь минут. Потому что знал — если не оставит записку или не предупредит о своем уходе каким-то другим образом, Серёжа успеет обзвонить все морги и больницы, мол, не поступал ли туда никто, самолично выкопать могилу, напялить «траур» — одежду Олега, которая никакого другого цвета просто быть не могла, а когда Олег вернётся, закатит истерику.       Олег не проверял. И хорошо. Благо, понимал, что если его лучший друг клятвенно обещает немыслимые кары за исчезновение без предупреждения, так оно и будет.       Ну, сегодня, похоже, решил проверить. Или по случайности забыл, кто с ним живет. Потому что сегодня Сережа проснулся черт знает во сколько — ну, солнце точно уже взошло, так что, похоже, близилось к обеду, — по привычке позвал Олега, а в ответ услышал… тишину. И когда позвал во второй раз — тоже.       И вот тогда Сережу накрыло неслабой волной паники. То есть, его, конечно, и раньше штырило от беспокойства так, словно он залпом выпил целый аквариум эспрессо, смешанного с «Редбуллом». Только когда он находил где-нибудь на кухне или на тумбочке рядом со своей кроватью бумажку, на которой неаккуратным почерком Олега было выведено «обнадёживающее» послание, в котором прямо жирно были подчеркнуты слова «скоро вернусь, не скучай», с горем пополам успокаивался. А сегодня что? Где записка, Олежа?!       То ли из досады, то ли из обиды, то ли из беспокойства, а в рыжей голове Сережи начали просыпаться самые разные и максимально безумные идеи, как вернуть своего… сожителя домой. Поэтому он, плюнув на все, достал с десяток листов бумаги и ручку, почесал затылок…       Объявлений Серёжа нацарапал много, пожалуй, даже больше, чем планировал. Красивенько оформил, нужное — подчеркнул. А потом пошел развешивать все это дело. Постарался ни одного столба или лавочки не пропустить, даже кроссовки промочить успел в какой-то луже, но решил по обыкновению наплевать на это. Когда устал и когда объявления… закончились — Серёжа пожалел, что не сделал больше. Впрочем, если бы он решил извести ещё больше листов бумаги, у него бы рука отвалилась, поэтому рыжеволосый присел на скамеечку, посидел пару минут, переводя дух, а потом решил вернуться домой и немного подождать.       Но, увидев рядом с одним из объявлением приписку чёрной ручкой и знакомый неряшливый почерк, Серёжа почувствовал, что облегченно выдохнул и даже улыбнулся.

«Серый, блять, я на полчаса вышел в магазин, у меня всего один вопрос. Когда ты, чтоб тебя, успел?!»

      Олег и вправду вернулся домой. Просто отходил в магазин, как и обычно. Сидел за столом и прихлебывал кофе. Увидев рыжего, он с улыбкой прижал пальцы к виску, опустив глаза и тяжело вздохнув.       — Ты где кроссовки успел промочить, Серый? — проговорил Олег с легкой укоризной в голосе.