Реквием по миру

«Ой…» — Синдзи неоднозначно ойкнул, когда послышался треск бьющегося о пол стекла. «Идиот криворукий! — Завопила девочка, лёгким движением подскочив со стула и подлетев к мальчишке, в руках которого сейчас должна была быть баночка с соком, но сейчас она лежала на полу, так ещё и разбилась. — Последняя банка была!» «Но я же… Ай-й-й! — Закричал пилот, когда почувствовал сильный подзатыльник от Сикинами, к тому же, невероятно обидный и ощутимый. — За что…?!» «За всё хорошее! Ты хоть когда-нибудь можешь что-то нормально делать?! Да какой из тебя пилот вообще?!» — Сейчас перед ним стояла именно та самая Аска, именно та, которая выселила его из комнаты, била, насмехалась, злилась, возвышаясь над ним будто тяжёлой тенью и налетая на него словно коршун на добычу, да и взгляд у неё был точно такой же, пронзительный взгляд больших ярко-голубых глаз. «Всего же раз разбил… Всего раз!» — Оправдывался Икари, сделав пару шагов назад, чтобы встать от Аски на безопасное расстояние, откуда ему если не ногой, то хотя бы рукой не прилетит. «И что?! Сегодня банку уронил, завтра оружие, а послезавтра своё достоинство, если у тебя ещё хоть немного его осталось! — Раздражённо кричала Сикинами, уже развернувшись и только через плечо смотря на своего «обидчика», держа в руках портативную игровую приставку, от которой она редко отрывалась, а если и отрывалась, то сильно об этом жалела. — Чтобы через час у меня был мой сок, понял?!» «Ну… Ум… Ладно…?» — Неловко ответил Синдзи, опустив взгляд на растекающийся пятном по полу сок, будто пытаясь спрятаться, не чувствовать на себе строгий взгляд новоприбывшего, но успевшего настолько надоесть, пилота.       Послышались шаги в гостиной, затем и, насколько он был возможен, хлопок задвижной двери, будто Аска жила сейчас не в доме, а в поезде, даже ручки с замком нет! Мисато что-то говорила про то, что японцы больше уважают чужое личное пространство, чем остальные, но сама этому не так уж сильно и следовала. Хоть и к ней она не врывалась, да и вообще боялась просто так дёргать, зато к Синдзи постучаться для неё было будто смертным грехом, из-за чего часто происходили неловкие ситуации. Впрочем, ни он, ни она, рассказывать ей ничего не хотели. Оно и к лучшему, Сикинами не очень-то и хотела знать, что там у этого дурака Синдзи вообще происходило, больно ей это интересно!       Аска плюхнулась на кровать, крепко сжав в руках приставку и прижав её к своей груди, пристально смотря в потолок, будто пытаясь что-то в нём разглядеть. Взгляд медленно перешёл на сидящую рядом на тумбочке куклу, с вышитой на животе надписью «ASUKA». Понять было несложно, что это явно не случайная кукла с чьим-то именем, а именно кукла самой Сикинами, с которой она часто разговаривала, олицетворяя в ней себя. Она хоть и была «взрослой», целых же 14 лет исполнилось, но эта кукла никуда не ушла, как и была, так и осталась, первая же вещь, которую Аска вспоминает, когда у неё плохое настроение. Именно поэтому она и вспоминала её постоянно, ведь такой диалог с самим собой в какой-то степени успокаивал, приводил мысли в порядок, да и ни с кем другим общаться не хотелось, ведь Аска особенная, Аска — не просто человек, она пилот, элитный пилот, первый боевой вылет которой закончился уничтожением Ангела почти за 2 минуты! Мысли о том, что первый запуск Синдзи закончился полным разгромом, и спас его только «Берсерк», теплили душу, хоть и не слишком сильно, чтобы успокоиться.

***

Когда Синдзи прибрался, вытерев сок с пола и убрав осколки, прошло уже несколько минут с такого громкого ухода Аски в свою комнату. Мальчишка совсем не понимал, за что она его постоянно гнобила и обижала, хотя он всегда так сильно для неё старался, что и для себя находил достаточно странным. Зачем стараться для человека, которому ты не нужен? «Ничего не понимаю…» — Вздохнул Синдзи и направился в прихожую, аккуратно проскальзывая через гостиную, чтобы не спот-… «А-А-А!» — Икари с грохотом упал на пол, споткнувшись о мирно лежащего на подушках Пен-Пена. Его взгляд был настолько сосредоточен на дверь в комнату Аски, что парнишка и не заметил преспокойно отдыхающего тепловодного пингвина. Тот недовольно заклекотал и смешно зашагал к себе в «каютку» рядом с холодильником, перед этим обиженно посмотрев на парнишку. Тот поднялся и отряхнулся. Он явно смутился и пулей бросился к входной двери, чтобы Аска в очередной раз не обругала его просто так. В квартире продолжила стоять абсолютная тишина. Странно… Кажется, русоволосая девочка совсем не хотела снова марать руки о незадачливого дурачка, привыкла уже.       Икари обулся и вышел на улицу, прихватив с собой немного карманных денег, которые дала ему Мисато, но, кажется, уже и сама про это забыла, накинув на следующий ещё столько же. «И о чём я только думал?» — Прошептал Синдзи, опустив голову и направившись к лифту вниз, грустно взглянув на медленно открывающиеся затем двери. Он зашёл внутрь, нажал на первый этаж, и лифт, чуть дёрнувшись, тронулся и поехал вниз. Мисато уже давала ему немного денег и сама про это и забыла, дав на следующий день ровно столько же. Он сказал, что она уже давала, поэтому Кацураги передумала. О чём только думала его порядочная голова? Ладно уж, денег было немного, но всё равно ведь обидно.       Парень уже несколько минут шагал по Токио-3, неторопливо перебирая ножками, чтобы подольше не возвращаться в этот обитель террора, хотя и за долгое отсутствие ему тоже прилетит, хотя Аска и сама говорила, что видеть его не хочет у СЕБЯ дома.       Синдзи остановился. Вздохнув, он уже хотел что-то сказать, но тут же раздалась тревожная сирена, до боли знакомая и такая надоедливая, такая пугающая. Да, именно та тревога, которая сигнализировала об опасности из вне — об Ангелах, которых боялся и сам Синдзи даже внутри капсулы Евы, хотя каждый второй житель города, да и вообще мира, продаст душу за то, чтобы оказаться внутри неё при атаке, а не сидеть под землёй. Кто-то к этому привык, кто-то нет, кто-то считает это обыденностью, кто-то паникует… Голову парня переполняли мысли, но он тут же их отбросил, бегом направившись в ближайших вход в комплекс НЕРВ — военной организации, направленной на уничтожение этих Ангелов, спасение для мира…