***
Кейн гуляет по-ночному парку. Его совсем не интересует атмосфера вокруг. Не интересует насколько приятный и теплый, летний ветер. Насколько темное небо. Покрыто ли оно звездами или пушистыми облаками. Как шуршат темные листья от редкого ветра. Романтичен ли падающий свет от ярких фонарей, бесконечно идущих друг за другом вникуда. Красиво ли разрисован асфальт цветными мелками. И насколько здесь одиноко. Ему не нужна красота и романтика этого парка. Он в своих мыслях. Погружен в них с головой. Тонет. Захлебывается. Вспоминает прошлое, которое свалилось, как снег на голову, которое пытался отпустить, никогда не упоминать, вычеркнуть из своей жизни. Лишь бы забыть его. Он никогда и не думал, что встретит зеленоглазого вот так просто. Никогда не думал, что будет его спасать. Никогда не думал, увидеть его снова. Думал, что прошлое к нему больше никогда не вернется. Думал, что он никогда не вернется. Но жизнь та еще сука. Она всегда была сукой. Приподносит иногда такие сюрпризы, такие повороты в твою жизнь, что бывает и не выкарабкаешься . А может это будет больно до такой степени, что останется пустота, как черная дыра, которая не заполниться. А может принести и хорошие сюрпризы. Да вот только иногда за них нужно заплатить цену. И не всегда маленькую. И не всегда тебе. Когда там, в том торговом центре, он встретил Лешу, он не поверил своим глазам. Они не виделись больше трех лет и черноволосый уже начинал забывать о нем. Но вот он опять появился в жизни, как будто ничего не случалось. Как будто они и не расставались. Как будто судьба дала им второй шанс. Наверное, правильно говорят, что если вы преднозначены судьбой она вас обязательно сведет. Вот она и свела их. Опять. Да вот только не понятно зачем. Кейн помнит, как беребирая важные бумажки у себя в кабинете, на базе, увидел в окне милую картину. Конечно, он мог бы и сам отвести русоволосого в квартиру, но доверил это Раву. Ему нужно было разобрать целую кучу макулатуры, которой накопилось с момента появления Яла. Откладывать было уже нельзя, тут и так работы на целый день, поэтому пришлось дать задание напарнику. Бумажную волокиту, голубоглазый бы ему ни за что не доверил, потому что, уверен, что блондин сделает ее на отъебись и потом придется переделывать. А вот отвести Яла на новое место проживания — это совсем другое дело. Конечно, он переживал. Как бы Рав дров не наломал с Ященко, ведь от него так и сочился негатив в его сторону, а сейчас он бережно несет его в машину на руках. От чего Кейну становится не по себе. Он и не думал, что Саша додумается до такого. Хотя в этом ничего плохого нет, просто он… Ревнует? Никита всегда знал, что сквозь года настоящие чувства не исчезнут, но… Возможно ли это не видевшись с объектом воздыхания несколько лет? Походу еще как. Если быть честным, то он спас его не только потому что было выгодно. Он просто не мог его не спасти. Не чужой человек.***
Рав просыпается от звука открывающейся входной двери. Открыв глаза, он поморщился от яркого света, что внезапно ударил по глазам. Решив не терять времени, потянулся, разминая затекшие мышцы. За эти секунды, он более-менее привык к свету и взяв телефон в руки, проверил на наличие смс-ок, но ничего не обнаружил. — Ты, че, мне даже на сообщение не ответил? — Блокирует мобильник и кладет на место. — Ты охуел? — Если бы он сейчас не был сонным, то фраза звучала куда грубее, чем она есть сейчас. — Не ответил и не ответил, что взъерошился-то петушок? — Усмехается Кейн, пройдя в гостиную. Он ставит сумку на вторую половину углового дивана. — Сам петух. — Без своей типичной грубости, отвечает киллер. — А если бы я всю ночь ждал? — Равыч поднимается в положение сидя, ставя одну ногу на пол, а вторую подгибает под себя. — Я с тобой давно работаю. Кого ты хочешь обмануть? — Канеусс садиться рядом с дорожной сумкой и откидывается на спинку диванчика, скрещивая руки на груди. — Ой, да ну тебя. — Отварачивается блондин от напарника и ставит вторую ногу на пол. — Как там Ял? — Не знаю. — Пожал плечами и тоже откинулся на спинку мебели. — Я его спать вчера уложил, больше не видел. — Никита кивнул и уже собирался куда-то идти, но кареглазый останавливает его. — Слушай, у меня вопрос. А почему именно он? — Почему именно он, что? — Голубоглазый прекрасно понимает в чем суть вопроса, но решает строить из себя дурачка, стараясь, как можно дольше тянуть с ответом, чтобы не отвечать правду. Он боялся этого вопроса больше всего. — Ну почему ты спас именно его? — Потому что… — Кейн отводит взгляд и делает вид, что думает. — Он профессионал? — Поднимает одну бровь с надеждой, что такой ответ прокатит. — Не верю. — Не прокатит. — Там были и другие люди. Такие же профессионалы. — Рассуждает Алекс, скрестив руки на груди. — Должна быть другая причина… — Тебе еще раз повторить мой план? — А может ты его не просто так спасал? — Наклонил голову блондин, улыбаясь. Он пытливо смотрел на напарника с ноткой азарта. Блять, и какая ему только разница? — Естественно. — Приподнимает уголки губ Кейн, ставя паузу. — Ради плана. — Неее. — Протягивает последнюю букву. — А вдруг он твой… друг например? — Ага, любовник. — Любовник? — Усмехается Рав вместе с Кейном. — А я думал он мой… — Отводит взгляд на телефон. — Ну в смысле любовник. Я его на руках нес. — Перевел взгляд обратно на друга с улыбкой во все тридцать два. Зачем он это сказал? На зло ему? — Хах, твой-твой. Даже не сомневаюсь. — Значит ты мне его отдаешь? — В каком смысле отдаю? — Фальшивая улыбка на лице Кейна моментально меняется на расстерянность. — В любовном, друг. — Начинает тему Рав, про которую хотел изначально поговорить. — Я целый день потратил, чтобы его сюда привести. Мы с ним за это время даже немного сблизились. Мне он правда понравился в какой-то степени. Да, конечно, я негативно относился к нему, но за время проведенное с ним, хоть и такое короткое, я понял, что он не такой уж и плохой парень. А тебе вот на него похуй. Сам же хотел его убить. А мне жалко парнишку. Молодой еще. Никита не знал, что ответить. Конечно, хотелось сказать, что ему на парня далеко не плевать, и просто так он его не отдаст.***
Ял слышит спасительный тихий звук входной двери, а затем и голоса где-то там снаружи комнаты, от чего расслабляется и слегка улыбается. Дверь видимо была закрыта, слишком уж приглушенно звучало, поэтому было непонятно, о чем они говорили. Да и он не слишком-то и вслушивался. Парень не мог уснуть, по ощущениям, будто всю ночь. Нет, боли его не беспокоят, просто мешает тревога на душе. Окно было закрыто, так что он слушал будто звенящую, давящую тишину. Ее прерывали только собственное беспокойное дыхание и учащенное сердцебиение. Сегодня было правда страшно, Леша не мог отвлечься от той гробовой тишины и бесконечной темноты, что окружала его. В больнице хотя бы были звуки с улицы. Честно, он так устал жить в неизвестности. Алексей не знает на какой кровати лежит, в какой квартире, что это за комната, кто эти люди, кто он такой, сколько времени сейчас и прошло, какое сегодня число и что вообще происходит вокруг. Раненый чувствует себя не уютно с парнями, и даже не смотря на множество вопросов, он их не спрашивает, лишь отвечает. Мало ли, они захотят его убить за лишнюю болтливость. Зеленоглазый прекрасно знает, что это его напарники, но всё равно в душе стоит тревога и не уходит ни на секунду. Будто сам разум говорит ему, что что-то не так. Только вот понять, что именно, невозможно. От этого становится страшно. Плоть до панической атаки. А она, ведь, уже у него была. Не самое лучшее чувство, которое испытывал зеленоглазый. На самом деле, Леша давно не испытывал хороших чувств. Он бы сказал, что уже забыл, что их, вообще, можно чувствовать. Он бы сказал, что уже забыл, что такое спокойствие и что такое «всё в порядке». Там в машине Рава, конечно, они разговорились, точнее блондин всё время говорил, а ответы Яла были максимально короткие, но при этом информативные. Просто он старается действовать аккуратно. Хоть они и узнали что-то друг о друге, даже с учетом того, что Александр его вкусно накормил, Ященко не чувствовал себя уютно рядом с ним. Он, вообще, нигде и не с кем не чувствует себя уютно. Алексей не отрицает, что может быть так играет слепота. Ведь, вся его жизнь погрузилась в одну сплошную темноту и бесконечную тревогу. И правда, ему это уже надоело. Леше всегда было страшно прикасаться к каким-либо предметам вокруг. Не узнаешь, ведь, что это на самом деле, пока не прощупаешь и не поймёшь, поэтому он никогда не ходил по комнатам и не старался их изучать тактильно, потому что если смотреть правде в глаза, русоволосый никогда не был смелым. Он бы хотел, чтобы всё это закончилось по быстрее. В комнату кто-то стучится и заходит, и Ял, как всегда, пугается и дергается, от неожиданного звука. Выругавшись про себя, он прислушивается и старается понять, кто из парней к нему явился и по первым словам, он понимает, что это Кейн-спаситель. — Не спишь? — Не громкий, приятный, будто особенный голос раздался по комнате, и весь негатив на эту жизнь у зеленоглазого остался на втором плане. И как только можно обладать таким прекрасным, запоминающимся голосом? — Не… — Леша мотнул головой и выдал фразу почти без звука. Он старался понять, кому из парней доверяет больше. Если это можно назвать доверием. Но все же, наверное, больше Равычу. Без своего злого сарказма он довольно хороший. Однако, Кейн его спас и относился всегда по-доброму. А впрочем, он не желает разбираться с этим. — Как самочувствие? — Никита сел на край кровати. — Отлично… «Наверное…» — Добавляет про себя Ященко. Очевидно, что парень пришел сюда с какой-то целью, потому что так было каждый раз. — По рекомендациям врача, нужно проверить зрение, и за одно, поменять повязку. Ну и думаю, пора снять бинт с некоторых ран. — Ты разве умеешь? — Ял сразу принял положения сидя, скрещивая ноги и подгибая их под себя. Чтож, если надо-значит надо. — Какие-то элементарные знания есть. — Кейн сел ближе к русоволосому. Он изначально притащил всё необходимое в железной коробочке и сейчас просто поставил ее рядом. — Не пугайся, ладно? — Алексей угукнул, и Никита осторожно прикоснулся к нему. Ял заценил аккуратность действий и приподнял уголки губ. Он делал всё будто ювелирно, так уверено, не то, что тот врач. Все же приятно, когда о тебе заботятся и думают о том, как бы не сделать больно или причинить дискомфорт. Да вот только с каждым слоем бинта, которой пропадал, зеленоглазый будто бы что-то видел. Он слегка нахмурил брови, поджал губы и бегал глазами туда-сюда, пытаясь предположить, что не так. Подождите… Он видит свет?!