Present perfect или может любовь?

Что-то холодное коснулось моего лица. Я медленно попыталась открыть глаза. Всё стояло мутной пеленой, но постепенно возвращало свою чёткость. Я видела, как длинные женские пальцы касались моего лица, видимо промакивая его перекисью. Я не чувствовала, как должно было бы щипать раны, вероятно, она промывала их на протяжении долгого времени. Судя по знакомому бардаку я находилась в своей квартире. Спасибо, что хоть не а больницу повезли, там бы и вовсе расспросы начались... Я попыталась сесть. —Лежи, тебе сейчас не стоит вставать. — она осторожно уложила меня обратно. Я видела её голубые глаза полные сожаления, она никогда ещё так по доброму не смотрела... И куда делась та строгая мымра?.. —Долго я... Долго я пробыла в отключке? — После медпункта я отвезла тебя домой. Ключи от квартиры нашла в рюкзаке, прости пришлось полазить. Ты... Куришь? —Да. Многое объясняет, не так ли? Я не знаю вашего ответа, но вы не должны следить за мной. Я девочка взрослая и сама справлюсь со своими проблемами. — Неужели? Тогда почему столь взрослая девочка режит себе руки? М? —А я смотрю, Вы меня уже всю осмотрели. Надеюсь, вы хоть меня не раздевали. —Если бы понадобилось, раздела бы. Я всё таки села на кровать, смотря ей прямо в глаза. — Я ценю вашу заботу, но у вас есть своя жизнь, в которую я не вхожу, потому я настаиваю, чтобы вы не следили за мной. Я могу найти другую квартиру, переехать туда, пойти в другую школу, но я это сделаю одна! —Катерина, это просьба директора, если ты не хочешь провести время в незнакомой семье или того хуже в детском доме. —А с чего вы решили, что с вами мне будет лучше, чем там? И вообще, вы мне не мать, чтобы контролировать ме... — я осеклась. В её глазах была обида, испуг. Я задела её? Чёрт. Она опустила взгляд и ничего не произнесла. Минуты две мы сидели в тишине. Она - смотря в пол, я - крутя кольцо на пальце, скрывая то, как я нервничаю. Всё же, просто сидеть в тишине она не стала. Алиса поднялась и направилась к выходу из моей комнаты. А ведь она не виновата, она лишь хотела, как лучше, а я... А я не умею контролировать свою агрессию, и порой действительно могу обидеть людей, не замечая этого ... Отпустить? Её? Сейчас? Почему я так нервничаю из-за этого? Из-за неё? Кто она для меня? Учитель, или что-то большее? Кто для неё я?... Я не придавала раньше значения тому, как она беспокоится за меня. Уж очень сомневаюсь, что каждый учитель так переживает за своего какого-то ученика. У неё их десяток таких, как я, а то и больше, но она мила только со мной. Сейчас простое "извини" не поможет... Уж сильно больно я её ранила. —Алиса!... —Я не назвала её по отчеству. Почему? Сама не знаю. Не в этом моменте. Я должна сделать то, что вообще никак в мои планы не входило. Она остановилась в дверном проёме, не поворачиваясь, лишь в ожидании моих дальнейших действий. А я струсила, я не сказала ничего. Я решалась. Мне очень страшно, то, что я собираюсь сделать - непозволительно. То, что сейчас я сделаю окончательно изменит всё. Только в лучшую или худшую сторону узнаю я потом. Я сорвалась и побежала к ней. Я остановилась прямо у её спины. Я не видела её лица, потому мне было очень сложно что-либо понять. Я осторожно взяла её за руку, холодная, и она развернулась. Было видно, как на её глазах блестели слёзы. Какая же я дура... Страх отнял у меня речь, но действия были весьма осознанными. Мы стояли и смотрели друг на друга. Она - ожидая моих дальнейших действий, я - решаясь сделать вероятно самую большую ошибку. Я осторожно вытерла её слёзы тыльной стороной ладони, и, опуская руку вниз, задержалась на её шее. Пульс участился. Назад отступать нельзя . Я думала, что она сейчас смахнет мою ладонь с криками "что ты себе позволяешь?!" Но нет. Я приблизилась к ней ближе. На столько, чтобы я могла чувствовать её дыхание. Ровное, даже не смотря на то, что она плакала, как искусно она котролирует свои эмоции... Вторую руку я опустила на её талию, тонкая, словно спичка, а тело горячее, словно пламя. Я осторожно коснулась своим носом её, и прикрыв глаза накрыла её губы своими. Прости, Алиса, помаду придётся подправить. Вишнёвые губы на вкус заставляли внизу живота творить ураган. На моё удивление, она ответила на поцелуй, прижимаясь ко мне и придерживая меня за талию. Казалось, что в этом мире только она и я, я и она. Если бы это зависило от моего желания, то я бы хотела, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Но нам двоим перестало хватать воздуха и мы отстранились. Нет, мы остались также стоять, только теперь мы смотрели друг на друга, пытаясь восстановить дыхание. У меня были поцелуи раньше, но этот... Он словно был давно желанным. Впервые было чувство умиротворения. —Прости... Прошу... Сколько раз мне нужно сказать прости... —Тш...— и в этот раз первой поцеловала она меня. Значит ли это, что она простила меня или нет - не знаю, но очень надеюсь. Она уложила меня обратно в кровать, моё состояние всё так же не стабильно и слабость присутствовала. Она сидела рядом, наблюдая за мной. Мы говорили о мелочах, обсуждали учителей, и, я уснула...