Васильковое море

      Оля приоткрыла глаза только очнувшись от кошмара. Ещё через мгновение она увидела над собой фигуру ребенка. На нем была маска зайца, такие ещё обычно надевают на новогодний маскарад. Девочка улыбнулась, но вдруг заметила в руке у ребенка нож. Испуганно переведя взгляд с него на мальчика она утонула в бездонных глазницах маски. Воспоминания захлестнули ее. Ночь. Она стоит у окна, а Антон шагает к лесу с пакетом. Потом из леса появляется Сова с такими же пустыми глазницами. Страх захлестнул Олю. Неужели все? Она больше не увидит Рому? А как же обещание Бяши покатать ее на велосипеде летом? Она снова посмотрела на лезвие. Оно двигалось медленно, словно кто-то намеренно замедлил время. Но Оля не могла двигаться. Она закричала:       — Антон!       В эту секунду лезвие вонзилось ей в грудь. Боль.       Оля рывком села на кровати. Она жива? Да. Девочка плакала. Кошмары не переставали ее мучить с того дня, как Антон пропал.Он не пришел домой в тот день когда они с Бяшей спасали Ромку. На следующий день тоже не одной вести. Прошло уже три или четыре года, Оля не помнила. А он ей все снился. После смерти Антона... Она чувствовала, что он мертв ...Мама сильно заболела. Заболела горем, и тут никакие лекарства не помогли. Вскоре умерла и она. За этот год ее болезни они с папой очень сблизились. Было видно, что не смотря на многочисленные пережитые ссоры они любили друг друга. Смерть матери добила Олину веру в жизнь. Рома и Бяша поддерживали ее все это время не давая погаснуть огоньку в ее глазах. Без них она стала бы как Антон в свои последние дни. После его смерти дети стали пропадать гораздо реже, но все ещё пропадали. Оля поклялсь себе, что не станет как брат. Она будет жить.       Она должна жить дальше.       Эта мысль придала сил и девочка встала с кровати. Одевшись и позавтракав она собралась в школу. Отец все ещё спал пьяным сном и девочке пришлось идти пешком. Лес больше не пугал ее. В какой-то книжке она прочитала, что организм запоминает боль и не даёт испытать ее ещё раз. Видимо и тут, всю боль что причиняет ей это место она уже не замечает, как Рома не замечает боли утраты отца, а Бяша боли приносимой семьёй. Все они смирились и жили дальше.       Так текли недели и месяцы. Они гуляли вместе, курили. Пока в новом доме Ромы они не нашли маску волка. Девочка заплакала.       — Поклянись, что никогда не не наденешь!— крикнула она тогда. И он поклялся. Тогда в первый раз за время их знакомства она обняла Рому. Они ещё долго ток стояли обнявшись и Оля рассказала ему все. И про сову, и про ночные походы Антона в лес. Только об одном умолчала, о кошмарах.       А недавно пропал Бяша... Как Оля тогда плакала, даже Ромку пробило на скупую слезу. Этот беззубый паренёк был светом их дружбы. Он хитростью мирил их когда они ссорились и всегда был хорошим другом. И вдруг изчез.        А потом пришла она. На ней была маска похожая на маску волка и маску зайца. Она смеясь вручила Оле ту самую маску. Маску Антона.       — Заяц! Волк! Заяц! Волк! — посмеиваясь твердила она переводя взгляд с плачущей Оли на приобнявшего ее Рому, а потом нырнула в сугроб и исчезла. Оставив содрогаться морозный воздух от звонких звуков ее голоса.       — Мне страшно, — прошептала Оля утыкаясь носом в куртку Ромы. Он не знал что ответить. Что все будет хорошо? Нет. Они оба знали, что это не так. Оля подняла на него молящий взгляд с прошептала:       — Не исчезай и ты пожалуйста... Пообещай что не изчезнешь! — она сорвалась на крик.       А он, дурак, смотрел в эти васильковые глаза и тонул. Тонул безвозвратно.       — Обещаю... — шепнул он и поцеловал ее. Сладкий неумелый поцелуй вкуса сгущённого молока и глаза цвета васильков, вот все, что ему сейчас нужно. И он поклялся себе защищать свое голубоглазое счастье.       Они ещё долго стояли так обнимаясь. Он бдыхал ее аромат, сладкий и манящий. А она просто наслаждалась слушая его размеренное дыхание.       Лишь лежащую у их ног маска зайца, чернеющая на снегу напоминала о той боли и страданиях, что они пережили.