Золотое чудо

Алиса свернулась калачиком на кровати, накрываясь пледом с головой. Она не хотела слышать эти сотни — нет, тысячи — голосов, даже не имея возможности их прогнать. Ей страшно. За окном только светает. Небо всё ещё тёмное, то ли от туч, то ли от уходящей ночи. Тучи немного светятся изнутри, словно где-то в глубине, у них есть сияющая сердцевина. Чернова не может даже пошевелиться, издать тихий всхлип или шепнуть что-нибудь Разумовскому, который спит на второй половине кровати. Голоса становятся громче, отчётливее, туманят разум. Человек внутри неё, который всё ещё живой… Он кричит. Раздирает глотку, рвёт лёгкие, умирает от крика. Оглушает ту Алису, которая снаружи. Всё резко стихает. Девушка смогла пошевелить пальцем и сразу же дотянулась до парня, тыкая его в плечо и шепча: — Серёж… Серёжа, проснись пожалуйста… Серёжа несколько раз недовольно промычал, но потом открыл глаза и посмотрел на Алису. Она смотрела на него своими кофейными глазами, но вместо постоянно отбивающего ритма сердца в глубине — пустота. Разумовский сразу же понял, что происходит. Опять её приступы неизвестности. Всегда что-то разное, но пугает одинаково… — Лиса, я рядом, слышишь? Я рядом. — он положил голову девушки к себе на колени, подкладывая на лоб мокрое полотенце, которое лежало рядом, на тумбочке. Медленно поглаживая волосы и целуя её лицо, Серёжа продолжал: — Лис, ты можешь. Ты умеешь. Через несколько минут, очень долгих для их обоих, глаза вновь ожили, а пальцы начали немного шевелиться. — Я тебя люблю… — шёпот перед тем, как упасть в Царство Морфея и наконец отпустить всех тех, кто мучал её на протяжении часа. Серёжа протёр лицо от пота, но не убрал голову со своих колен, засыпая прямо так. Он рядом, она рядом. Они вместе.