Мир МГЧД

— Дамы и господа наш самолет в скором времени совершит посадку в аэропорту Женевы. Пристегните ремни безопасности. Т/И сидела как в трансе. На ее коленях лежал Сережа, недалеко от них сидел Олег. «Все закончилось» повторяла себе девушка. «Все хорошо», «Все прекрасно» как мантру она повторяла себе. Теперь будут хорошие врачи, забота, они с Олегом. Они начнут жизнь с чистого листа, но она не находила покоя. Т/И знала, что это было. Почти год назад она также сидела с Сережей на коленях. Питер. Год назад. Пальцы утопали в волосах похожих на огонь. — Ровно 30 минут назад твои глаза были почти такого же цвета, как и твои волосы, — усмехнулась Т/И, — а теперь ты такой спокойный, спишь. Странное чувство окутало девушку. Страх? Сожаление? Заинтересованность? Или все вместе? Боялась ли она? Да, очень. Она не понимала, что произошло. Что это значило и как теперь изменится ее жизнь. — Но тебя одного я не оставлю. Это она знала точно. Просто не могла. Дело было даже не в бабочках в животе которые так часто возникали у нее, когда он ее обнимал. И не в обещании быть вместе навсегда, которые они дали друг другу на крыше Исаакиевского собора. Нельзя оставлять людей наедине со своими демонами. А был ли это демон? Что это было? ЧТО БУДЕТ ЕСЛИ ОНО ВЕРНЕТСЯ? Красный — красивый цвет. Цвет моих ногтей, а мог бы стать цветом моей одежды, если бы не случайность. Кто мог бы подумать, что гром сможет тебя спасти? Всего одна секунда звука. Именно эта секунда позволила тебе укусить руку того существа и тем самым ослабить хватку на своем горле. Дальше было дело практики. В ход пошел стакан, стоящий на столе. А что, если «оно» сейчас опять проснется? Что я буду делать? Да, именно «оно», а не Сережа. Это был точно не он. Это не мог быть он, так? А может я сума схожу? Подобные мысли занимали мою голову всю ночь. Мне кажется, я даже не моргала. Не могла. Было страшно, но самое ужасное было еще впереди. Питер. Три дня спустя — Т/И все в порядке? Ты, который день себя странно ведешь. Что-то произошло, ты хочешь об этом поговорить? — обеспокоено спросил Сергей. По нему было видно, как он волнуется. Его внешний вид напоминал заботливую мамочку не знающую, что болит ее ребенку. В иной ситуации такая забота превратила бы твоё сердце в лужицу, но не сегодня. Неужели он правда не помнит? Не может же он, притворяется? — Просто погода такая…депрессивная, знаешь. — Да, понимаю. Это же Питер. Хочешь куда-нибудь съездить? Я вот всегда хотел в Венецию, там как раз сейчас тепло. Питер. Спустя две недели. — Не знал, что ты всегда мечтала о швейцарском ноже, — заинтересованно сказал Сережа передавай мне в руки коробку с ножом. — Это была моя маленькая мечта с детства. Не знаю, всегда они нравились. Лож. Я никогда о них не мечтала. Я просто боюсь, очень сильно, но убеждаю себя в том, что этот нож хорошая вещь в хозяйстве. В нем есть штопор, консервный нож, открывалка для бутылок и многое другое. Все очень нужное и необходимое для меня. Мне же никогда не понадобиться его большое лезвие, так? Питер. Месяц спустя. — Привет, мам! Я быстро по делу. Скажи, пожалуйста, может быть, такое чтобы человек нафантазировал себе что-то настолько, что это кажется правдой? — Это называется самовнушение, а что? На фантазировала себе кольцо в коробочке и теперь не можешь его найти? — Что? Нет, конечно. Просто стало интересно. Самовнушение? Но у меня остались следы на шее… Питер. Шесть месяцев спустя. Гугл поиск. «Что такое тульпа?» Тульпа — термин в мистицизме, обозначающий паранормальное существо или объект, созданное с помощью силы мысли. Тульпа может казаться самостоятельным существом и являться собеседником — например, воображаемым другом. Интересно. А может мне все-таки показалось? Многие же любят разговаривать сами с собой. Говорят, развивает интеллект, но он то говорил с Олегом, а его нет. А что если? Гугл поиск. «Что такое раздвоение личности?» Диссоциативное расстройство идентичности, ранее называвшееся расстройством множественной личности, — это тип диссоциативного расстройства, характеризующийся наличием ≥ 2 чередующихся между собой личностей (также называющихся альтер-личностями, эго-состояниями или идентичностями). — Неужели… Питер. Семь месяцев назад. — Ты решила заочно окончить факультет психологии? — спросил Сережа, изящно изогнув бровь — Нет, просто эта тема стала интересной. — Сколько открытий. Вроде бы встречаемся давно, а каждый день узнаю про тебя что-то новое. Судя по чеку, ты скупила весь магазин. Правильно говорят: «Учение свет!» А ты Сережа тогда напоминал тьму или это все-таки был не ты? Питер. Девять месяцев спустя. Это так странно стоять в аптеке с рецептом на покупку Ривастигмина. Лекарственное средство, ингибитор ацетилхолинэстеразы, применяемый в терапии болезни Альцгеймера и деменции при болезни Паркинсона. Неужели я больна? Я уже пятый раз захожу в аптеки и стаю. Думаю. Не решаюсь. Страшно. Брать или не брать? Это как быть или не быть? А ведь Гамлета признали сумасшедшим. Может быть и я? Но если бы я действительно была сумасшедшей, то я наверняка уже была бы в психушке? Так? Не буду брать. Питер. Десять месяцев спустя. Сережа стал поздно приходить в постель. Постоянно что-то прячет. Иногда мне кажется, что он что-то скрывает от меня. Эти мысли не покидали меня. Мы стали с ними единым целым. — Сереж, ты такой уставший стал. Что-то происходит? Мне иногда кажется, что ты ведешь двойную жизнь. — Я двойную жизнь? Я не похож на супер агента, но мне польстило. Спасибо. Ты много работаешь Т/И, тебе нужно отдохнуть. Попей глицин. Глаза. Его глаза. Это были не его глаза. Они были словно огненные, как в тот вечер… Глаза не могут быть такими. Это не естественно. — Да, ты прав. Я съезжу к маме на недельку. Сменю картинку так сказать. Страх, только один страх. Таблетки, надо их купить. Питер. Одиннадцать месяцев спустя. Мне кажется я схожу сума. Он ничего не помнит, а я чувствую присутствие этого существа. Во взглядах, в жестах. Боже мой! Что же ЭТО? Я скупила все книги по психологии, которые есть в этом городе. Я обращалась за помощью к специалистам и в итоге таблетки прописали мне! Хахахахахахахах. Боже, может это все-таки я? Может быть это у меня проблемы? Кто-нибудь вырубите меня, я устала думать… Знала бы я тогда, что мысли бывают материальными. Самолет. Наше время. — Т/и, ты как? — спросил Олег. — Теперь уже нормально, спасибо. — Рана не болит? — Нет, я ее давно не чувствую. Врачи говорят, что даже может шрама не будет. — Да, хорошо он тебя тогда ударил. — Это был не он! Это был не Сережа! Это была Птица. — Теперь мы от нее избавимся. Здесь врачи хорошие, воздух, природа, спокойствие. Купим домик и заживем. — Это было бы прекрасно, — подумала я перебирая огненные пряди Сережи, — теперь все будет хорошо.