want attention

Юнги прижат к стене, его запястья удерживает одна рука Чимина, который принялся уже целовать чужую шею. Парень стонет прямо в поцелуй, когда рука Пака начинает гладить стояк через тонкую ткань юбки от платья горничной, а из его горла слышится подобие рычания. Чимин не злится. Наверное. И в правду. Тут можно только предположить, что он не злится. В голове Чимина крутятся взгляды на задницу Мина, которую было видно из-под ну очень короткой юбки, покрытой рюшами и бантиками. Чимин не разозлился бы, если Юнги просто не согласился на спор с Тэхёном. Ебучее платье. Где они вообще его нашли за три дня? Пак думал бы об этом, если бы не стонущий Юнги с раскрасневшимися губами, что в добавок покрыты вишнёвым тинтом. И Чимина раздражает ещё и это; он хочет убрать эту косметику, потому что ему нужно видеть лишь свои старания, но всё это забывается, когда он отстраняется во второй раз, после недолгого мокрого и очень громкого чмока. У Юнги блестят глаза от слёз, и непонятно, почему они появились: то ли от резких движений (до этого Чимин всегда был максимально осторожным), то ли от удовольствия. Чимин убеждается в верности последнего предположения, потому что Юнги тянется к нему обратно сам. Пак рад этому, но ему нужно наказать своего парня, поэтому он не сильно, скорее немного побаиваясь, придушивает Юнги, прижимая его голову обратно к стене. — Папочка, — еле слышно стонет Мин, оплетая ногами тело напротив и откидывая голову. А Чимину только в плюс: он мигом прижимается губами к местечку за ухом, там, где Юнги слишком чувствителен. Пак медленно всасывает кожу, после чего, как и ожидалось, появляется крупный засос. Затем Чимин понимает, что Юнги касается ягодицами его члена, и толкается навстречу. — П-пожалуйста, Чимин, пошли в спальню, — Пак впечатывает его в стену сильнее. Словно не слыша просьбы, он лезет под это самое платье, чтобы оттянуть резинку чулка с одной ноги, затем тянется к члену Юнги, а тот выворачивается от невыносимого удовольствия.— Я не могу так больше. — Ты вообще не можешь просить меня о чём-либо сейчас, — Юнги уже приоткрыл блестящие от слюны губы, чтобы возразить, но младший кусает его за нижнюю губу, достаточно сильно сжимая её между зубами. — Ты плохо ведёшь себя. Зачем провоцируешь? Чимин прижался головой к чужому плечу, носом втягивая запах каких-то сладких духов. Или цветочных, или фруктовых. Мозг вообще отказывается думать о чём-то, кроме Юнги. — У тебя не было времени на меня, — Мин шепчет это в чужое ухо, улыбаясь своей маленькой победе. — Я нуждаюсь в твоём внимании, папочка, — он прижимает тёплое сильное тело к себе ногами ещё ближе, лишь бы Чимин понял, как сильно он хочет его сейчас. — А ты, видимо, был очень занят проектом, верно? — О боже, Юнги, — Чимин смотрит на него теперь более спокойно. — Прости, у меня правда не было времени. — Я не обижаюсь, — Юнги целует его в щёку. — Но, пожалуйста, не забывай про меня. Пак тянется губами к чужим, ослабевая хватку на запястьях Юнги, после чего последний кладёт руки на шею Чимина, который начал возобновлять свою «игру» с фрикциями. Юнги прогибается в спине сильнее, чувствуя головку члена Чимина сквозь кружевное бельё. Ладони Пака задирают юбку от платья, располагаясь на талии, оглаживая её и немного сжимая. Чуть позже Чимин понимает, что стоять в таком положении около входной двери – как минимум неудобно, а как максимум соседи могут услышать их разговоры, потому то он несёт Мина в спальню. Юнги снова запрещают двигаться. Его руки связаны двумя галстуками, а ноги сдвигать запретили. И не просто запретили, а буквально приказали строгим тоном. Мин не ожидал такого, это страшно, но такой Чимин невероятно бударажит сознание и привычное представление о нём, как о заботливом парне, что в постели не может думать только о себе и собственном удовольствии. Сейчас кажется, что всё будет по-другому. Синтетическая ткань платья заставляет тело вспотеть. Или это виновато не платье, а Чимин и повышенный адреналин в крови, которая, возможно, уже начала закипать. Юнги потерялся в удовольствии. — Ты такой красивый, — нависая над горячим телом, выдыхает Пак. Он гладит ляжки Мина, задирая крайнюю ткань юбки до живота, рассматривая бельё. — Прекрасен. В смущении Юнги пытается свести ноги вместе, чтобы Чимин не видел ничего лишнего, но последний оглаживает внутреннюю сторону бёдер, чуть надавливая на них, лишь бы Юнги не смог спрятаться. — Не нужно смущаться, солнце, — шепчет Чимин, прикусывая хрящик уха Юнги. В следующее мгновение с Мина снимают то самое бельё, которое вдоль и поперёк рассмотрел Чимин; теперь он просто пялится на обнаженный член, кладя на головку пару пальцев, надавливая ими на уретру. Рот лихорадочно открывается, его грудь вздымается вверх, а сам Юнги прогибается в спине сильнее. Пальцы правой руки находят конечности с соседней и сжимают, чтобы их владелец имел хотя бы один шанс успокоиться. — Нравится, да? — Чимин проводит по всей длине органа, растирая выделившуюся смазку. Он резко переходит на быстрые движения, тем самым не позволяя Юнги даже попытаться сформулировать ответ. После громкого выкрика имени Чимина, его рука испачкана в сперме, а перед глазами только размякший, нежный Юнги. Ему, кажется, не хватает только кошачьих ушек на голове. И Чимин хотел бы найти их в самом сокровенном ящике их комода, но не сейчас. Не сейчас, потому что Юнги вновь требует внимания, глядя из-под пышных ресниц на него, стараясь подавить тяжёлое дыхание и отдышку. По его личику растеклась тушь и жидкие тени вместе с подводкой. Косметика, по всей видимости, самая дешёвая, взятая ради спора. — Ты начал плакать, потому что тебе неприятно, м? — Н-нет... Ммм, — Чимин прижимает головку члена Юнги к его же животу, начиная растирать её несколькими пальцами. — Чимин, я не могу, боже... — Терпи. Чимин говорит строго, но смотрит со всей любовью и восхищением. — Я хочу твой член, пожалуйста, — Юнги проговаривает фразу, а затем открывает рот в немом крике, когда Чимин стесняет пальцем розовый вибратор внутри него, стараясь вставить конечность до самой костяшки. — Должен ли я убрать палец сейчас? Или мне просто не включать твою игрушку? — Продолжай. Пак находит маленький пульт от вибратора у себя в кармане, он лежит там давно, и включает на максимальную скорость. Юнги блаженно прикрывает глаза, поднимая копчик вверх, а Чимин снова упирается в него стояком. Орган Мина краснеет почти полностью, скорее всего он скоро кончит. Чимин хочет остановить это, он выключает вибратор и убирает пальцы, испачканные в смазке, под далеко не одобрительный стон. Чимин раздевается как можно быстрее. Он садится на своё прошлое место, потом тянется к верхней полке прикроватной тумбы, чтобы нащупать там тюбик смазки. И он находит его. Быстро наносит содержимое на член и выполняет просьбу Юнги. Пак начал двигаться сразу быстро и не раздумывая. Под ним кричит его любимый парень, и думать ни о чём больше он не способен.