Не игрушка

– Гарри, я уже много раз говорил, что я всецело доверяю профессору Снейпу, – устало сказал Дамблдор. – Как вы доверяли Квиреллу, Локонсу или Краучу под личиной Грюма? Ваше доверие дорого обходится! – ответил Поттер. – Ты забываешься, мой мальчик! – строго сказал Дамблдор. – Я сказал свое слово. И если ты доверяешь мне… – Нет, – пожал плечами Гарри, вставая. – Прости, что? – Я не доверяю вашему мнению. Я не знаю, какие у вас основания для доверия, но у меня их нет. У вас под носом чуть не убили Кэти и Рона, и это только в этом году… И мы оба знаем, кто в этом виноват. – Постой, Гарри, – Дамблдор устало вздохнул… пришло время нарушить еще одно обещание… – Присядь, пожалуйста. Гарри пожал плечами, но все же уселся напротив директора. – Я прошу тебя пообещать, что ты никогда и никому не расскажешь, что я тебе скажу, ведь я нарушаю данную мной когда-то давно клятву. Сказанное мной не должно выйти никогда за пределы комнаты, и профессор Снейп не должен знать, что сегодня я проговорился. – Хорошо, сэр. – Видишь ли, Северус знал твою маму еще до школы… И Дамблдор поведал Гарри историю трагичной любви, грустной и прекрасной, он рассказал, как Снейп любил Лили, как был готов пожертвовать всем, ради нее, как он страдал и как клялся ей в верности на ее могиле… Но, к удивлению старца, лицо Поттера стало лишь суровее, а в глазах появилось презрение… – Вы хотите сказать, что он предал своих друзей, предал все, во что верил, из-за женщины? Он ударил в спину своим братьям по оружию из-за женщины!? Вы смеете доверять предателю, променявшего свои идеалы на “романтические чувства”! Он декан Слизерина, он каждый день смотрит в глаза детей своих товарищей, вместе с которыми приносил клятвы верности, и он готов предать их отцов из-за женщины?! – Гарри уже перешел на крик. Он вскочил так стремительно, что стул позади него упал на пол. – Гарри, мой мальчик… это же твоя мама… – Дамблдор был поражен. – Когда я был на первом курсе, Волдеморт предлагал мне вернуть родителей. Я не знал, что это невозможно, я думал, что он может это, зеркало снова показало мне их… Но я отказался! Я отказался от матери и отца, ради того, что правильно! Вы знаете, как мне было больно?! Поттер устремился к двери. – Куда ты, Гарри? – Мне надо проветриться, я не могу здесь сидеть, сэр. Мне нужно побыть одному. И я не нарушу обещания… – Гарри замер у двери и как-то недобро посмотрел на директора. – Я не нарушу обещания даже ради женщины, сэр. Дамблдор был шокирован, не такой реакции он ожидал от Гарри. Впрочем, в его словах было немало гриффиндорского. Вполне возможно, даже Годрик на его месте мог бы отреагировать также. Гарри же взглянул на карту Мародеров, он сам не знал, зачем достал ее, просто как-то автоматически непроизвольно вышло, он всегда проверял ее, когда оказывался один в пустых ночных коридорах Хогвартса. Взгляд непроизвольно упал на кабинет Снейпа, где он обнаружил самого Снейпа и Гермиону. Что она там забыла в такое позднее время? Хоть идти туда не хотелось, но Гарри чувствовал, что должен морально поддержать подругу, встретить ее у входа. А чтобы не попадаться на глаза Снейпу, он наденет мантию-невидимку. *** Гермиона испуганно вжалась в стену, пытаясь запахнуть мантию, а напротив нее стоял и хмуро смотрел Снейп, только что он заставил ее выпить зелье – фактически приказал, а она лишь староста и послушная ученица… И теперь ее грудь стала невероятно быстро расти, а профессор лишь стоял и нагло ухмылялся. Гриффиндорка чувствовала слабость во всем теле, ей было трудно даже просто стоять на ногах, а в груди она ощущала жжение, кожу больно покалывало. Снейп взмахнул палочкой, и одежда на девушке выше пояса стала рассыпаться, Гермиона судорожно пыталась ухватиться за ускользающие лоскуты. Она звонко закричала, от чего Снейп скривился и наслал на нее силенцио. – Убери руки, я хочу посмотреть на свое творение. Ты, глупая грязнокровка, даже не представляешь, сколько пришлось потратить сил и ресурсов на это зелье, на черном рынке оно стоит огромные деньги, а на легальном его не достать. А теперь убери руки, или я просто обездвижу тебя или свяжу. Но Гермиона вертела головой и беззвучно кричала, у нее началась истерика, тогда Снейп вздохнул и направил на девушку палочку. – В последний раз говорю, что лучше подчинись по-хорошему. Скоро придут мои ребятки, и чем раньше ты привыкнешь и примешь свое положение, тем лучше для тебя… Но Гермиона попыталась добежать до учительского стола, где лежала ее палочка. Но Снейп ленивым движением палочки сбил ее с ног, неизвестное заклятье ее ослабило, она не могла подняться, все тело ныло. Он медленно подошел к ней, встал на корточки и протянул свою грязную руку, чтобы провести пальцем по новой большой груди. – Какая большая развратная грудь, именно такая развратная грудь должна быть у грязнокровки с Гриффиндора. Придет время, и ты поймешь, как она тебе пригодится… Снейп пристально посмотрел в глаза гриффиндорке, хоть он не хотел слышать ее криков, но был не против поговорить. – Зачем? Почему? Как я посмел? Ты задаешься такими глупыми вопросами… уже записываешь меня в предатели, извращенные уроды. Дура, глупая гриффиндорка, ты послужишь нашей общей цели. Таким шагом я добьюсь доверия Драко, он посвятит меня в свои планы, дети пожирателей сразу сообщат своим отцам, что я творю под носом у Дамблдора с верной подругой Поттера, после этого у них не возникнет и мысли, что я проникся идеалами маглолюбца Дамблдора. Понимаешь? А тебя, в конце концов, не убьют, ты же не жизнью жертвуешь. Пусть сейчас ты этого и не понимаешь, но так ты принесешь больше пользы, чем глупые инициативы, исходящие от тебя и Поттера. Снейп подождал, пока Гермиона переварит услышанное, а после снова считал ее мысли. – Привыкай… Ты видела руку Дамблдора? Он умирает, ему недолго осталось. Покинуть страну тебе не даст министерство. А потом очень быстро к власти придет Темный Лорд. Поттер тебя не защитит, он лишь глупый и слабый мальчишка, чтобы вы все не думали о нем, ему даже Дамблдор отвел лишь роль смертника. Темный Лорд, если и падет, то не сразу. Всех грязнокровок ждут тяжелые времена, и тебя просто убьют, если не сочтут полезной или хотя бы занятной, – говоря все это Снейп не забывал массировать и изучать ее огромную грудь. – Возможно, именно эта ночь позволит тебе выжить в будущем, обеспечит тебя защитой. Может быть, именно благодаря этой огромной груди ты сможешь даже доучиться в Хогвартсе и сдать ЖАБА, просто потому что развлечение с тобой для новой элиты будет достаточной причины тебя не убивать. Действия чар постепенно отпускало гриффиндорку, она попыталась оттолкнуть руку Снейпа, но тот отвесил ей звонкую пощечину. – Глупая зазнайка, Дамблдор хочет, чтобы я стал директором позаботился обо всех учениках, и я лишь начинаю это делать. Они смогут убить тебя и других грязнокровок, да и не только грязнокровок, только потому что захотят, и мне надо сделать так, чтобы они этого не захотели. Новый взгляд в глаза, полные ужаса. – Пожалуй, я должен подготовить тебя, прежде чем отдам тебя своим змейкам… Еще есть время, прежде чем они придут, я успею помочь тебе справиться с шоком и пережить ночь… – с этими словами он начал расстегивать брюки, но договорить не успел… В этот момент в спину Снейпу ударила вспышка магии, но прежде чем оглушенный зельевар свалился на гриффиндорку, чары левитации отбросили его в сторону. Новый гость сразу же бросился к Гермионе и набросил на нее свою мантию. – Гарри… – Ничего не говори… – Он хотел… – Не надо ничего говорить, я все понимаю. Вдруг в глазах у Гарри блеснуло что-то нехорошее. Он направился к кладовке Снейпа и стал беспардонно там рыться. – Что ты ищешь, Гарри? – Оборотное зелье! У этого ублюдка обязательно должен быть запасец. Надо спешить, раз уж он говорил, что его змейки должны скоро прийти. Вскоре Поттер обнаружил искомое зелье. Он вырвал один волос у Снейпа, а второй у самой Гермионы. – Что ты собираешься делать? – настороженно спросила Гермиона, все еще всхлипывая. Гарри выпил одно зелье, а второе влил в Снейпа, а затем начал кромсать его одежду чарами до нераспознаваемых лоскутов. И сделал он это вовремя. – Драко, ты с друзьями как раз вовремя, только кляп не вынимай, она слишком визгливая, – мерзко усмехнулся Гарри, имитируя Снейпа. – Можешь забирать грязнокровку. А ты, Гойл, задержись. – Да, сэр, – Гойл расстроенно смотрел на то, как уносят девушку, он не хотел оставаться здесь наедине с деканом, пока там были более интересные перспективы. – Я ненадолго, держи две фляги. В первой специальное зелье для шлюх, давай его грязнокровке раз в сорок или пятьдесят минут. А во второй оборотка, если вам надоест Грейнджер, то можете добавить любой волос, хоть мисс Паркинсон или Гринграсс, чтобы разнообразить вечер. А теперь иди. Как только последний слизеринец ушел, Гермиона скинула мантию-невидимку. Гарри поспешил ее обнять, но она вздрогнула и отстранилась, он все еще был в личине Снейпа. Тогда Гарри снова отправился в кладовку Снейпа, чтобы найти для подруги какие-нибудь успокаивающие и тонизирующие зелья. – Гарри, я не совсем поняла насчет оборотных зелий… – А все просто, Снейп под твоей личиной, и Гойл будет вливать в него порцию за порцией, поддерживая эту форму. А во вторую флягу я добавил кошачий волос, когда им надоест, и они добавит туда волос какой-нибудь девушки и дадут ему, тогда звериная форма и две женских формы наложатся, и он застрянет, почти как ты с волосом кошки тогда, только хуже. Он надолго застрянет в промежуточной форме между телами двух девушек и одной кошки. Взгляд Гарри непроизвольно падал на большую грудь подруги. Заметив это, девушка поспешила закутаться в мантию-невидимку. До башни Гриффиндора Гарри шел, не опасаясь, под личиной Снейпа, ведь никто в Хогвартсе не рискнет встать ночью на пути декана Слизерина, а рядом шла невидимая Гермиона. Шли молча в гнетущем напряжении. Но уже у башни гриффиндорцы немного подзадержались, чтобы время превращения истекло, и Гарри мог войти в гостиную своего факультета в нормальном виде. Только избавившись от внешности Снейпа, Гарри позволил себе обнять подругу, она вцепилась в него и не хотела отпускать, Гарри чувствовал, как к нему прижимается ее огромная мягкая грудь, вверх ее одежды по-прежнему отсутствовал, ее прикрывала лишь тонкая ткань мантии-невидимки. Гарри гладил ее спину и плечи и нежно поцеловал в щеку. – Спасибо, ты спас меня… – А как же иначе? – неуклюже сказал Гарри. – Ты бы тоже сделала все, чтобы спасти меня, я знаю. В гостиной никого не было, что успокоило Гермиону, она не хотела все еще идти спать, не хотела прощаться с Гарри на ночь, и не хотела видеть никого постороннего. – Все прошло, все будет хорошо, я защищу тебя, я больше не оставлю тебя наедине со Снейпом. – Ты не понимаешь, Гарри, он говорил такое на счет и тебя, и Дамблдора… – Мне все равно, что он там говорил. Я тебя буду защищать, – заявил Гарри. – А со Снейпом пусть министерство разбирается. Я этой же ночью отправлю Буклю. Гермиона вздохнула и осторожно ощупала себя под мантией-невидимкой… – Как я буду объяснять это мадам Помфри, когда приду к ней завтра? Мне будет так стыдно. – Зачем? С тобой же все в порядке, Снейп ничего не успел сделать, – удивился Гарри. – Гарри, ты что не видел? Я хочу вернуть свою нормальную гр… грудь. Свой нормальный бюст. – Но зачем?! Ты прекрасно выглядишь! Тебе очень идет. Ты всегда была красивой, но теперь… – Гарри Поттер, что ты несешь?! – Гермиона покраснела. — Это же ужасно! Это унизительно! – Вовсе нет. Возможно, это единственное хорошее, что сделал Снейп когда-либо! – возразил Гарри. – Они прекрасны! – Да ты!.. Как!... Но!... – Гермиона запиналась и не находила, что сказать, она смотрела другу в глаза, но не видела ничего, кроме искренности. – Гарри Поттер, я надеюсь, что ты просто не понимаешь, что говоришь… – строго говорила Гермиона, пытаясь взять ситуацию под контроль, однако взгляд Гарри сбивал ее настрой. – Я хочу коснуться их. Можно? Гермиона хотела возразить, но от шока и неожиданности потеряла дар речи, а рука Гарри уже забралась под мантию-невидимку. Гермиона вздрогнула, рука лучшего друга на груди не способствовали возвращению способности говорить, она не могла пошевелиться, а Гарри тем временем запустил вторую руку. Ладони мягко сжимали ее бюст, поглаживали, стараясь охватить весь их необъятный размер, пальцы уделяли особое внимание соскам. Гермиона чувствовала, как мурашки по коже устроили забег, она чувствовала дрожь и что-то еще… – Гарри… – с трудом выдавила из себя Гермиона, вложив в это слово всю просьбу, всю мольбу… Но Гарри расценил это по-своему, он сбросил с подруги мантию, чтобы вновь сжать ее в своих ладонях, ощутить тяжесть ее нового бюста. Гермиона уже почти собралась с силами, чтобы оттолкнуть гриффиндорца, что-то ему строго сказать, но тот резко приблизил свое лицо и поцеловал ее грудь, от чего ее дыхание сразу сбилось, а ноги стали подкашиваться, но Гарри удержал ее за талию, заботливо усадил ее на диван, чтобы затем снова заняться ее грудью. Гермиона издала протяжный полу-вздох, полу-стон, когда его губы накрыли ее сосок. Грудь была очень чувствительной после увеличения, она вцепилась в волосы Поттера, не контролируя себя. А он, тем временем, начал изучать другие участки тела руками. Но в какой-то момент Гарри резко остановился, он отстранился, чтобы посмотреть на покрасневшую девушку с горящими глазами, она выглядела рассеянной. – Прости, – неожиданно сказал Гарри. – Я не смог остановиться. И… и мы же не знаем, какими зельями тебя мог напоить Снейп, помимо… – Неважно… Мне все равно. Идем за мной. Гермиона подошла к лестнице, что-то почти беззвучно прошептала и ударила палочкой стену, где сразу появился новый коридор к удивлению Гарри. – Что это? – Дополнительные помещения, раньше в Хогвартсе было гораздо больше учеников, а значит, что и на каждом факультете было больше спален. Они здесь, просто законсервированы, но я, как староста, могу туда пройти. Подойдя к одной из кроватей, Гермиона замерла. – Снейп сказал… Гарри обнял девушку сзади за талию. – Забудь, что говорил этот ублюдок. – Не могу… Это важно. Дамблдор умрет, министерство будет захвачено, мы будем вынуждены бежать. С нами могут произойти ужасные вещи, но пока они не произошли, я хочу быть с тобой, Гарри. Руки гриффиндорца заскользили вверх и снова обхватили большую грудь Гермионы, а губы коснулись шеи. Они быстро избавились от лишней одежды, и Гермиона сама прыгнула на кровать и, опершись на локти, выпятив грудь и посмотрела на Гарри. – Ты точно считаешь, что я не должна избавляться от этой несуразно большой груди? – спросила девушка и прикусила губу. – Никогда! – воскликнул Гарри и бросился на девушку. Она не успела понять, что происходит, когда сильные руки стремительно раздвинули ее ножки в стороны, и молодой гриффиндорец уже оказался между ними. Гермиона вскрикнула, когда мужской орган ворвался в нее, Гарри сделал несколько стремительных фрикций, прежде чем замер, прислушиваясь к Гермионе. Он начал двигаться медленно, но в это время мял ее грудь, покрывал поцелуями… Но долго сдерживаться Поттер не мог и не хотел, он начал двигаться все быстрее, глаза заволокло маревом, Гарри быстро кончил… Гермиона под ним тяжело дышала, ее лицо было мокрой от пота и слез. Гарри стал покрывать ее лицо поцелуями, его руки скользили по ее телу. Полу-опавший член уперся ей в бедро, после чего стал снова быстро напрягаться. Гермиона закусила губу и сдавленно замычала, когда в нее снова ворвался член Поттера. Это было уже не так больно, но все равно больно, но лицо Гарри, напряженное, но лишенное прежних тревог, потемневшие глаза, смотрящие на нее со всей страстью… она могла смотреть в это лицо бесконечно. Теперь она даже могла немного подумать, к ней пришло понимание, что Гарри в нее кончил и, скорее всего, скоро кончит второй раз, но, что с этим делать, она будет думать завтра. – Гарри, давай попробуем по-другому… Для первого раза мне… слишком много тебя… Гриффиндорец остановился и нехотя вытащил свой пенис из подруги. Гермиона, морщась от боли при движении сползла ниже. Она волшебной палочкой очистила член друга, а затем взяла его в руку. Ей было непривычно и стыдливо рассматривать его в такой близи, это происходило с ней впервые. Она только что занялась сексом на эмоциях под влиянием ситуации и напряжения, но сейчас наступило осмысление всей ситуации, она вдруг поняла, что с ней произошло, что она сделала, и что сейчас держит в руках… – Гермиона, – тихо простонал Гарри. Девушка сразу опомнилась и обратила внимание на Гарри, она сразу начала двигать рукой, стимулируя член. Затем она плавно погрузила головку члена в рот и начала ласкать, Гарри был шокирован, он совершенно не ожидал этого от своей подруги. Когда Гарри застонал от удовольствия, Гермиона непроизвольно заулыбалась и стала ласкать Гарри еще старательнее, выжимая из него новые стоны. – А от них может быть польза… – заметила Гермиона и поместила член друга между грудью. – Я и не знал, что ты… что ты все это можешь… – тяжело дыша, произнес Гарри. – Ты не поверишь, но в книгах и не такое можно узнать… Не прошло и пяти минут, как член снова запульсировал и излил семя на грудь подруги. *** Утром ни на завтрак, ни на уроки гриффиндорцы не пошли, продолжая прятаться в неиспользуемых спальнях. Гермиона хотела куда-то пойти, что-то сделать или кому-то что-то сказать, но ее остановил Гарри, успевший еще ночью перед сном отправить Буклю в министерство. И вот в какой-то момент в середине дня перед Гарри вспыхнул патронус-гриф и голосом Скримджера попросил Гарри выйти из укрытия и обещал защиту. Тогда Гарри и Гермиона все честно рассказали к удивлению всех присутствующих, а в качестве доказательства Гермиона указала на склянку в кабинете Снейпа, в которой и было зелье, увеличивающее грудь. Минерва Макгонагалл подошла к склянке, взяла ее в руки и попробовала немного оставшейся на дне субстанции, затем провела пальцем по внутренней стороне горлышка и слизнула. Она несколько секунд стояла неподвижно, затем повела плечами. – Действительно, это зелье увеличивающее грудь, мои ученики сказали правду… жалко, только, зелья совсем не осталось… – грустно вздохнула Минерва. – Это зелье стоит целое состояние…