Я только твой.

Чонгук - прекрасный принц двадцати трёх лет, и он проклят. Он уже несколько лет заперт в огромном дворце совсем один, без какой-либо возможности выйти за его пределы до тех пор, пока его не спасёт какой-нибудь рыцарь на белом коне. На самом деле, Чонгук этого не хочет, вот ни капельки. Он не хочет, чтобы его спасал какой-то неизвестный мужчина, который может оказаться каким-то безжалостным тираном, который затем увезёт к себе, чтобы жениться на нём и полностью испортить жизнь молодому парню. Он знал, что всё делается не ради того, чтобы спасти его, а для того, чтобы получить богатство и его королевство под свою власть. Но была ещё одна причина, по которой Чонгуку не хотелось отсюда выбираться. И этой причиной был оберегавший его дракон. – Ты избавился от него? – спрашивает Чонгук, оторвавшись от интересной книги, которая была у него лишь для отвлечения от тревоги и волнения за дракона, и взглянув на вошедшего в его комнату высокого мужчину. – Конечно, мой принц, – отвечает тот с лёгкой ухмылкой, и Чонгук видит опасный огонёк в его драконьих глазах, в которых он любит каждый раз утопать. Никто не знал, что драконы могут обращаться в людей, и Чонгук в первые дни заточения в этом дворце входил в их число, пока Намджун - так звали дракона - не решил открыться ему и показать свою человеческую сущность. Именно в этот день Чонгук понял, что уходить отсюда он больше не хочет. Он знал, что драконы опасны, что они могут живьём тебя сожрать, сжечь, растерзать, но с ним Намджун всегда вёл себя совсем иначе: он был очень заботливым и внимательным, он никогда не был с ним груб и касался его так нежно и бережно, словно он был из хрупкого фарфора, который можно легко сломать, он всегда старался быть с ним искренним. Именно в него Чонгук впервые по-настоящему влюбился, с ним у него был первый поцелуй, а по достижению совершеннолетия, и первый секс. С ним он был счастлив, но при этом он жил в страхе за его, Намджуна, жизнь. Дракон был частью проклятья. Если его не убить, то освободить принца из заточения не получится. Поэтому Чонгук каждый раз волновался, отпуская дракона справляться с очередным "отважным" идиотом, но ещё никогда его волнения не оправдались, и он с облегчением выдыхал, когда именно Намджун приходил к нему в комнату, а не кто-то другой. И этот раз не стал исключением. Принц широко улыбается, откладывает книгу на стол и чуть ли не подбегает к дракону, обвивая руками его шею и оставляя лёгкий поцелуй на его полных губах. – Я рад, что с тобой всё в порядке, – говорит он, нежно проведя ладонью по чужой щеке. – Я не мог оставить тебя, мой маленький принц, – отвечает тот, взяв ладонь Чонгука и коснувшись губами его тыльной стороны. – Я не маленький, – тянет Чонгук, мило надув губки, но Намджун замечает в чужих глазах совсем не милые огоньки азарта и похоти. – И у меня есть небольшой подарочек, чтобы доказать это, – проговаривает он томным голосом прямо ему в губы и пару раз поглаживает ручкой чужое достоинство через штаны, чувствуя, как оно немного твердеет под его пальцами. Чонгук тянет Намджуна за собой за одежду, а затем слегка толкает, заставляя его сесть на кровать. Сам он садится на пол на колени, слегка раздвинув ноги Намджуна и сняв с них брюки. Чону захотелось немного подразнить дракона, поэтому он бугорок поглаживает, невесомо целует пару раз, а когда избавляется от белья, то полностью в рот брать не спешит, медленно языком по всей длине проходится, целует головку, губами её обхватывает и слегка посасывает, играясь с ней язычком. Чонгук слышит тихое нетерпеливое рычание дракона, довольно усмехается и всё же берёт глубже, начиная двигаться и заглатывать всё больше. Намджун низко стонет, рукой зарывается в чужие мягкие волосы и слегка сжимает их. Он немного надавливает на затылок Чонгука, заставляет его ненадолго задержаться, отчего тот гортанно стонет, пуская вибрации по члену и доставляя дракону ещё больше удовольствия. Чон отстраняется с характерным причмокиванием, когда хватка ослабевает, рукой водит по всей длине члена, языком по нему проводит, слизывая предэякулят, и собирается в рот вновь взять, но Намджун его останавливает, за подбородок хватает и к себе тянет, чтобы впиться в чужие припухшие губы страстным и мокрым поцелуем. Чонгук с пола перемещается на колени дракона и проходится попкой по чужому члену, заставляя Намджуна прорычать в поцелуй. Дракон снимает с себя и Чонгука всю лишнюю одежду и припадает губами к чужой шее, выцеловывая каждый сантиметр мягкой кожи, слегка кусая её и сразу же зализывая, одновременно с этим вводя в дырочку один палец, предварительно смазав всё маслом, которое находилось в тумбочке принца. Чон прикрывает глаза, ручками крепко цепляется за широкие плечи и вскрикивает, когда Намджун находит простату внутри и одновременно слегка кусает эрогенное место на его шее. Дракон знает все его слабые места, знает, что и где нужно делать чтобы сделать своему принцу приятно, и Чон в очередной раз в этом убеждается, когда тот обводит языком ореол сосков, слегка кусает и посасывает бусинки, заставляя его несдержанно застонать. Намджун проводит рукой по телу Чонгука, задерживается на его шикарном бедре, крепко сжимая его в своей ладони, и одновременно добавляет в отверстие второй палец, а затем и третий, начиная двигаться быстрее. А Чонгуку уже не терпится ощутить в себе чужой член. Он скулит, ёрзает на чужих коленях, просит наконец заполнить его, и Намджун просто не может его ослушаться. Убедившись, что он хорошо растянул своего принца, он заменяет пальцы своей плотью, осторожно усаживая на неё Чонгука. Тот глаза закатывает, крепче руками хватается за плечи мужчины и слегка ёрзает бёдрами вперёд-назад, когда в него входят полностью. – Я сам, – тихо говорит он и начинает двигаться, постепенно наращивая темп. Намджун вновь целует его, глубоко, мокро, вплетая их языки в жаркий танец. Он держит Чонгука за тонкую талию, но затем перемещает руки на крепкие ягодицы, сжимая их в своих ладонях, и помогает ему глубже насадиться на свой член. Чонгук отстраняется от любимых губ, голову назад откидывает и вновь бёдрами двигает, приоткрывая губы, из которых вырываются высокие стоны. И Намджун честно хочет признаться, что готов кончить от одного только этого вида. Он хочет как может дольше слушать его ангельский голос, его громкие сладкие стоны, которые словно мёд разливались по его ушам, заставляя наслаждаться процессом ещё больше. Он крепко хватает Чонгука за бёдра, слегка приподнимает его и роняет мягкую кровать, нависая сверху, чтобы оставить лёгкий поцелуй на чужих губах и начать двигаться. Чон ногами талию Намджуна обвивает, слегка на поясницу надавливает, заставляя войти глубже, и к дракону прижимается, ощущая жар чужого тела. Он чуть голоса не срывает, когда тот ускоряется до максимума, вбивая его в постель. Дракон слизывает капельки пота с его шеи, тыкается туда носом, вдыхая приятный аромат кожи, и вновь низко рычит, делая последние толчки и кончая прямо во внутрь. Чонгук кончает следом за ним и обмякает в крепких руках прижавшего его к себе Намджуна. – Хочу, чтобы ты чаще такой подарочек делал, – отдышавшись, говорит Намджун и улыбается, когда слышит хихиканье принца. – Ты его итак часто получаешь, куда ещё чаще-то? – Я просто ненасытный, – смеётся Намджун, но уже через пару секунд становится серьёзнее и смотрит прямо в большие чёрные глаза, в которых можно было видеть Вселенную. – Я тебя никому не отдам, слышишь? Я буду защищать тебя, оберегать от всех, но никто тебя от меня не заберёт. Ты только мой. Чонгук на его слова слегка улыбается, тянется вперёд, чтобы оставить на губах Намджуна лёгкий поцелуй и крепко обнимает, прижимаясь щекой к его груди. – Я никуда не уйду, Намджун. Я только твой, и больше ничей, – говорит он тихо спустя пару мгновений и думает, что когда-нибудь он не побоится осуждения со стороны людей, не побоится за своего дракона и решится рассказать о своих чувствах всему миру, и тогда они будут счастливы ещё больше. Тогда всё будет хорошо.