ДНК судьбы

      Гостиная дома Забини поражала своей вычурностью. Яркие, почти ослепительные обои, тяжёлые портьеры с золотым узором и лепнина на потолке создавали странный контраст с внутренним состоянием Малфоя. Всё вокруг казалось чрезмерным, будто кричало о богатстве и успехе, в то время как внутри него царил хаос. Обстановка раздражала, но в то же время это было подходящее место, чтобы укрыться от собственных мыслей и не идти домой.       — Как дела на работе? — голос Блейза вырвал его из раздумий.       Драко поднял голову, отрывая взгляд от стакана, и хмуро усмехнулся.       — Престарелый старик напал на соседей и применил к ним Конфринго. Ему показалось, что они воруют траву с его газона для своего кролика. В результате — сгоревший дом, шок у соседей и куча административной волокиты. — Драко сделал паузу, затем сухо добавил: — Едва не сжёг их заживо. Прошлось почистить головы этим маглам.       Блейз присвистнул, наливая в два стакана выпивку.       — М-да… Вот это веселье, — протянул он, протягивая один стакан другу. — Как тебе удаётся всё это разделять в своей голове?       — Кто тебе сказал, что мне что-то удаётся? — горько усмехнулся Драко, принимая стакан и крутя его в руках. — В моей голове сейчас полный хаос.       — Тогда перестань так париться, — невозмутимо ответил Забини, подвигая свой стакан, чтобы слегка чокнуться. — Мой личный девиз: решаем проблемы по мере их поступления.       Драко покачал головой, отпивая глоток обжигающей жидкости. Её горечь, казалось, совпадала с его настроением.       — У меня вот здесь каша, — он постучал пальцем по виску. — Дом, работа, ребёнок, Грейнджер…       — Тогда включи сердце, — беззаботно предложил Блейз, но в его взгляде читалась искренняя забота. — Может, оно разберётся с половиной твоих проблем.       Драко горько усмехнулся, прикладывая руку к груди.       — А здесь… здесь пустота, — сказал он тихо, словно сам себе. — Что-то сломалось во мне, когда я смотрел, как Астория чахнет, едва успев округлиться...       Его голос сорвался, и он осушил стакан до дна, избегая взгляда Забини.       Блейз, который всегда был тем, кто отмахивался от проблем шуткой, вдруг стал серьёзным. Он налил им обоим ещё по стакану и сел напротив, внимательно глядя на друга.       — Драко… — начал он, подбирая слова. — Но ты же понимаешь, что жизнь идёт дальше? У тебя родился ребёнок! Это должно что-то значить.       Малфой поднял голову, его взгляд был острым, но в то же время усталым.       — Понимаю! — серьёзно ответил он, сжав стакан так, что костяшки побелели. — Но я… Я боюсь её.       Забини удивлённо поднял бровь, но промолчал, давая другу высказаться.       — С моей грёбаной удачей, я уверен, что как только я дам слабину, её тоже не станет. — Драко судорожно выдохнул, будто выплёскивал наружу боль, которую долго скрывал. — И я знаю, что это добьёт меня… Окончательно.       Забини внимательно слушал, не перебивая, хотя внутри сжималось сердце, которое переживало за друга.       — А ещё я боюсь стать таким, как мой отец, — добавил Драко тише, и его голос зазвенел от подавленных эмоций. — Он всегда держался на расстоянии, думал, что это и есть защита. Его не интересовало ничего, кроме того, чтобы я соответствовал и держал планку. Я не хочу, чтобы моя дочь… когда-нибудь смотрела на меня так, как смотрел на него я. С холодом. С пустотой. С презрением.       — Ну… Таким, как Люциус, ты определённо уже не станешь, — задумчиво проговорил Блейз, поднимая стакан к губам. — Ты свернул не туда, когда покинул его дом много лет назад. Подозреваю, что ты не сказал им о девочке.       Драко хмыкнул, его губы дрогнули в слабой усмешке.       — Кажется, ты слишком хорошо меня знаешь. — Он откинулся на спинку кресла, чуть наклонив голову в сторону. — Не сказал. Пока что… Только представь это выражение отвращения, когда мой отец узнает, что у меня родилась девочка с неполноценным отпечатком. Что Астория не смогла родить наследника.       — Упокой Господь её душу, — тихо отозвался Забини, его голос звучал искренне. — Но Люциус… Он бы осквернил её могилу и вынес бы тело за черты семейного склепа.       Драко на мгновение замер, его лицо застыло в непроницаемой маске. Затем он выдохнул, склонив голову, и с горечью произнёс:       — Твои слова ужасают. Но я бы не удивился, если бы всё было именно так.       Наступила тишина, густая и тяжёлая, в которой ощущалась вся невысказанная боль и горечь. Блейз смотрел на друга, и в его глазах мелькала тень сожаления.       — Драко, — наконец начал он, его голос стал мягче, почти братским. — Ты оставил этот дом, его правила и его ледяное сердце. Неужели ты всё ещё позволяешь ему определять, кто ты есть?       Малфой молчал, его взгляд упёрся в стакан, в котором светился остаток огневиски.       — Вопрос не в том, что подумает Люциус, — продолжил Забини. — А в том, что ты сам будешь думать о себе, если позволишь его теням влиять на твою жизнь.       Драко поднял голову, его серые глаза встретились с глазами Блейза. Там было всё: боль, сомнение, злость и что-то ещё, что пряталось глубоко внутри.       — Я не хочу, чтобы моя дочь жила в этом мире… В мире, где Люциус Малфой всё ещё диктует, что правильно, а что нет. — Его голос стал твёрдым, но тихим. — Она заслуживает лучшего.       — Тогда дай ей лучшее, — просто ответил Блейз. — Ты уже сделал первый шаг, покинув тот дом. Сделай и второй. Перестань бояться его тени.       Драко медленно кивнул, опустив взгляд на напиток.       В гостиную легко, словно танцуя, впорхнула Пэнси. Её тёмные волосы были собраны в идеальный узел, а на лице играла тёплая улыбка, которая сразу осветила комнату.       — О, Малфой, добрый вечер, — произнесла она с ноткой дружелюбной насмешки, склоняясь к Блейзу и обвивая его руками со спины. — Я, конечно, не против, но что-то ты зачастил к нам.       — Я тоже рад тебя видеть, Пэнси, — спокойно ответил Драко, чуть склоняя голову в знак приветствия.       — У нас здесь небольшой разговор, — мягко сказал ей Блейз, осторожно погладив её по руке. — Ты немного не вовремя.       — Вы выпиваете? — с интересом спросила она, бросив взгляд на опустевшие стаканы. Затем её глаза подозрительно прищурились. — Ты ему рассказал?       — Нет ещё, — признался Блейз, осторожно посмотрев на Драко. Он глубоко вдохнул, как будто готовился к важным словам. — Пэнси беременна… у нас будет ребёнок.       На мгновение тишина застыла в комнате. Драко моргнул, словно пытаясь осознать услышанное.       — Да, и мы хотим, чтобы ты стал крёстным для нашего малыша, — добавила Пэнси, её голос звучал решительно.       — Поздравляю… — напряжённо ответил Драко, стараясь подобрать слова, которые не выдадут его собственные чувства.       Пэнси нахмурилась, словно чувствуя его внутренний конфликт.       — О, не делай такое лицо, — мягко упрекнула она, слегка улыбнувшись. — У меня всё будет по-другому.       Драко поднял взгляд, в котором смешались зависть, сомнение и слабая тень облегчения.       — Правда? — тихо спросил он, но в его голосе звучала искренность.       — Правда, — уверенно ответила Пэнси, сжимая плечо Блейза. — Я чувствую себя прекрасно и сделаю всё, чтобы наш ребёнок знал, что он любим. И чтобы у него была семья, которая его поддерживает.       Блейз посмотрел на Пэнси с мягкой улыбкой, полной любви, а затем повернулся к Драко:       — Ты тоже часть этой семьи, Драко. Мы хотим, чтобы наш ребёнок знал, что у него есть крёстный, на которого можно положиться.       Драко ответил не сразу. Его пальцы чуть дрожали, когда он потянулся к стакану, но передумал. Вместо этого он глубоко вдохнул, кивая.       — Если вы уверены, — наконец сказал он, его голос звучал тише, чем обычно.       — Уверены, — твёрдо ответила Пэнси.       На мгновение в комнате воцарилась теплая, почти домашняя атмосфера.       — Как дела у Грейнджер? — неожиданно спросила Пэнси, её взгляд был полон любопытства. — Она уже свыклась с обстановкой в твоём доме?       Драко, который только начал расслабляться, невольно сжал пальцы на стакане. Ему едва удалось заглушить в себе воспоминания о сегодняшнем дне, о том моменте, который едва не стал роковым. Шок от произошедшего всё ещё сидел глубоко внутри. Если бы он сейчас рассказал Блейзу, что Грейнджер была на грани смерти из-за его ребёнка, он не знал, смог бы справиться с реакцией друга.       — Пэнс… — предостерегающе начал Блейз, бросив на неё короткий взгляд. Его тон был мягким, но в нём звучало предупреждение. — Уверен, что Драко хорошо к ней относится.       Драко медленно поднял взгляд на Пэнси, стараясь не выдать своих эмоций. Её лёгкий интерес был почти обескураживающим на фоне того, через что он прошёл.       — Конечно, но не забывай, что она за красных, а Драко за зелёных, — усмехнулась Пэнси, откровенно намекая на их школьное противостояние. — Могу руку дать на отсечение, что ей из-за этого немного некомфортно.       Драко откинулся в кресле, пристально глядя на неё.       — Пэнси, — медленно произнёс он, его голос звучал низко и немного устало. — Мы уже давно не в Хогвартсе. И если ты ещё не поняла, Грейнджер далеко не та девочка с грифиндорским шарфом, которой ты её помнишь.       Пэнси хмыкнула, её взгляд стал мягче, но в нём всё ещё сквозила насмешка.       — Знаю. Просто представить её в твоём доме... ну, согласись, это звучит странно.       — Возможно, — сухо ответил Драко, делая глоток из своего стакана. — Но она справляется.       Пэнси прищурилась, внимательно разглядывая его.       — Она справляется, говоришь? А ты?       Драко поднял взгляд на неё, но ничего не ответил. Вместо этого он перевёл тему:       — Пэнси, лучше расскажи, зачем ты её так вырядила, когда забирала из Хогсмида?       — О, — Пэнси хихикнула, хитро улыбаясь. — Я думала, это будет забавно.       Драко поднял бровь, не скрывая раздражения.       — Я не оценил. — Его голос был холодным, но сдержанным. — Мне повезло, что у нас здесь постовые в целом равнодушны к посетителям. Но это выглядело так, словно я привёз девицу лёгкого поведения.       Блейз, который сидел напротив и казалось, старался не вмешиваться, не смог удержаться и усмехнулся:       — Ой, да ладно тебе, Малфой. Грейнджер до этих девиц ещё расти и расти.       — Согласна, — подхватила Пэнси, её улыбка стала шире. — В любом случае не бери близко к сердцу, это была маленькая шалость. — Она снова хихикнула, прикрывая рот рукой. — Знаешь, если хочешь, ты можешь приходить к нам в гости вместе с ней. И девочку берите. Мне кажется, Грейнджер будет полезно ненадолго разбавить обстановку.       Драко замер, удивлённо посмотрев на Пэнси.       — Я подумаю над твоим предложением, — наконец ответил он, не скрывая своего скепсиса.       — Я, конечно, не обещаю, что мы станем с ней лучшими подружками, — продолжила Пэнси, наклонив голову в сторону. — Но я определённо её не съем.       — Милая, ты меня удивляешь, — вставил Блейз, покачав головой.       — Ох, — вздохнула Пэнси, скрестив руки на груди. — Мне хочется делать этот мир чуточку лучше. Наверное, это всё гормоны.       Драко невольно хмыкнул, поднимаясь с дивана и аккуратно ставя стакан на стол.       — Кажется, уже действительно поздно. Мне пора.       — Ты всегда такой загадочный, Малфой, — с улыбкой произнесла Пэнси, провожая его взглядом. — Но всё же подумай над нашим приглашением.       — Подумай, — вторил ей Блейз. — И постарайся не исчезать надолго.       — Исчезнуть так просто с вами не получится. Увидимся, — бросил он через плечо, прежде чем шагнуть за порог.

***

      Его собственный дом одновременно манил и отталкивал. Было трудно поверить, что что-то могло измениться после смерти Астории, но тишина, окутывающая эти стены, казалась ещё более давящей, чем прежде. Драко прошёл по холлу, задумчиво оглядывая опустевшие комнаты, которые, несмотря на безупречный порядок, выглядели словно застывшими во времени. Каждая деталь интерьера будто напоминала ему, что кто-то здесь больше не живёт.       Он остановился у подножия лестницы и призвал Тикки.       — Чего изволите, хозяин? — учтиво спросил эльф, появляясь с лёгким хлопком.       — Доложи обстановку в доме, — коротко бросил Драко, его голос был холоден, но в нём звучала усталость.       — Всё хорошо, хозяин. Я принёс мисс ужин в постель, она поела и уже спит. Девочка тоже в порядке, — Тикки на мгновение замер, прежде чем добавить: — Никаких тревог не было.       Драко кивнул, позволяя себе выдохнуть.       — Славно. Можешь идти, — ответил он, махнув рукой.       Эльф исчез, а Драко, устало потерев виски, направился наверх. Поднимаясь по лестнице, он медленно проводил рукой по прохладным деревянным перилам, будто пытаясь найти в этом движении опору. Когда он достиг второго этажа, его шаги замедлились. Нечёткая тревога, которую он не мог назвать, закралась в его сознание.       «Что если всё это — только видимость?»

***

      Драко медленно следовал за Асторией по длинным коридорам их нового дома. Мягкий свет заходящего солнца проникал через высокие окна, освещая деревянные полы и пустые стены. Дом был почти пустым — лишь несколько коробок стояли в углу, да пара стульев напоминала о начале их жизни здесь.       — Я всё ещё не верю, что ты купил это место, — сказала Астория, оборачиваясь к нему с лёгкой улыбкой. — Сам. Без фамильных денег.       Драко слегка нахмурился, но в его взгляде мелькнула тень гордости.       — Я хотел, чтобы это было что-то… другое, — ответил он, проводя рукой по холодной стене. — Без их следа. Только наше.       Астория одобрительно кивнула, её карие глаза блестели от вдохновения. Она прошла вглубь коридора и толкнула очередную дверь. Комната оказалась светлой, с высокими потолками и окном, выходящим на задний сад. Лёгкий ветер колыхал шторы, создавая ощущение покоя.       — Как тебе эта комната? — спросила она, обернувшись к нему.       Драко пожал плечами, лениво оглядывая пространство.       — Просто ещё одна комната, — небрежно ответил он. — Думаю, её можно использовать как кабинет или гостевую.       Но Астория смотрела на неё иначе. Её лицо озарилось тихой радостью, словно она уже знала, каким будет это место.       — Здесь будет детская, — уверенно сказала она, будто это уже было решено.       Драко остановился. Её слова повисли в воздухе, и он на мгновение утратил самообладание.       — Детская? — переспросил он, в голосе слышался оттенок удивления.       — Да, — подтвердила Астория, поворачиваясь к нему. Её голос стал мягче, но в нём звучала непоколебимая уверенность. — Представь: кроватка у окна, чтобы солнечный свет согревал малыша по утрам. Полки для книг и игрушек вдоль стен. Мягкий ковёр, на котором он сможет ползать или играть…       Её голос затих, но в глазах горел огонёк надежды.       Драко смотрел на неё, его взгляд был сосредоточенным, но напряжённым.       — Астория, — начал он осторожно, подбирая слова. — Мы ведь даже не говорили об этом серьёзно.       — О ребёнке? — с лёгкой улыбкой уточнила она, делая шаг ближе. — Драко, мы ведь этого хотим, разве нет?       Он отвёл взгляд, будто стыдясь собственных мыслей.       — Я просто… — его голос стал тише. — Я не хочу, чтобы это принесло тебе боль.       Астория мягко взяла его за руку, её прикосновение было лёгким, но уверенным.       — Драко, — начала она, заглядывая ему в глаза. — Это не только твой дом. Это наш дом. И здесь должна быть жизнь. Смех, радость, разбросанные игрушки, изрисованные стены… Всё это стоит любых трудностей.       Он молчал, но в его глазах зародилась искра согласия. Астория всегда умела находить слова, которые возвращали ему уверенность.       — Ты веришь, что это будет правильно? — наконец спросил он, и его голос прозвучал глухо.       — Я верю в нас, — просто ответила она. — Ты смог купить этот дом для нас с нуля. Ты справишься и с этим.       Её слова отозвались тёплым эхом в его сердце. Драко медленно кивнул, позволяя её оптимизму заполнить пустоту внутри.       — Тогда это будет детская, — сказал он, пытаясь улыбнуться, хотя в глазах всё ещё плескалась тень сомнений.       Астория улыбнулась шире, крепче сжав его руку.       — Знаешь, я думаю, это будет не просто детская, — проговорила она, осматривая комнату. — Это будет самое счастливое место в доме.

***

      Драко стоял у дверей детской, не решаясь войти. Рука сжала дверную ручку так сильно, что костяшки побелели. Ему казалось, что между ним и той крошечной, но такой важной для него комнатой возникла невидимая преграда. Всё внутри протестовало против необходимости заходить туда, но избежать этого было невозможно. Он глубоко вдохнул, придавая себе смелости, и толкнул дверь.       Он подошёл к кроватке, глядя на свою дочь. Маленькая, хрупкая, как будто сделанная из фарфора. Она мирно спала, и каждый её вдох был словно молчаливый упрёк.       «Ты едва не потерял её. А вместе с ней — и ту, кто спас её ценой своей жизни.»       Драко провёл рукой по бортику кроватки, пальцы ощутили прохладное дерево. Внутри его разрывали противоречивые чувства. Злость на себя за свою беспомощность, ужас перед мыслью, что он мог лишиться дочери, и горечь осознания, что Грейнджер, которую он привык считать врагом, неосознанно пожертвовала собой ради его ребёнка.       Он осторожно опустился на колени рядом с кроваткой, будто просил прощения.       «Грейнджер… Гермиона…» — её имя прозвучало в его мыслях с непривычной теплотой.       Перед глазами всплыли её лицо, перекошенное от боли, её слова, дрожащие, но полные уверенности. Она сделала это. Для неё это был выбор без вариантов.       «Почему это произошло?»       Драко почувствовал, как горло сжимается, а на глаза наворачиваются слёзы. Он с трудом их сдержал, но тяжесть эмоций давила с такой силой, что, казалось, ещё немного — и он сломается.       Его взгляд упал на крошечную ручку дочери. Она шевельнулась, едва заметно вздохнув. Драко осторожно коснулся её пальчиков, и они в ответ сжались вокруг его пальца. Этот жест был таким простым, но настолько мощным.       «Ты даже не понимаешь, что произошло, правда? Ты просто живёшь. А кто-то отдал за это часть своей жизни.»       Он закрыл глаза, вспоминая слова Грейнджер:       «Я умерла вместо неё?»       Эта фраза снова и снова звучала в его голове, как приговор.       «Грейнджер. Я… Я не знаю, как жить с этим. Как жить с тобой рядом, зная, что я должен тебе всё. Абсолютно всё.»       Его мысли вернулись к их прошлому. К вражде, взаимным уколам, напряжению, которое всегда было между ними. Он никогда не мог представить, что этот человек, эта маглорожденная, к которой он испытывал столько отвращения и предубеждений, окажется той, кто спасёт его ребёнка.       «Ты ненамеренно сделала то, на что я сам не был бы способен. Я был готов отдать свою магию, свою силу, но ты… Ты пошла дальше.»       Драко осторожно поднялся на ноги и посмотрел на дочь. Она была его напоминанием о том, что жизнь бесценна, но также о том, что его долг перед Грейнджер теперь огромен.       Он обернулся к комнате, его взгляд задержался на деталях: на мягких игрушках, аккуратно расставленных по полкам, на милых занавесках, которые Астория выбирала с такой любовью, на пустом кресле-качалке у окна, где теперь должно было сидеть что-то большее, чем просто отец.       — Я стану таким, каким ты заслуживаешь меня видеть, без тени моего отца… — сказал он себе, покидая комнату. Но где-то в глубине души понимал, что этот путь только начинается.