Больной животик

Вдруг, Хайнц расслабился, опустил руки и невольно засмеялся. – Видеть бы ты себя, Перри утконос! – продолжал хохотать учёный. Перри тоже вышел из режима боевой готовности, и удивлённо посмотрел вниз. Он увидел себя, но это был уже вроде и не он. Теперь Перри выглядел как обычный молодой мужчина: высокий, не зелёный и без меха. Из одежды на нём были смешные… труселя! Так вот, над чем угорал Хайнц! Над смешным бельём оранжевого цвета, с тёмными перекрёстными полосочками! Фуфел продолжал кататься по полу, издавая сумасшедший смех. Это начинало злить Перри, и он крепко сжал кулаки. – Нет, Стой, Перри! Ты же не собираться сражаться со мной в таком виде! – заметил Хайнц, пытаясь подавить в себе очередной смешок. Второе замечание уже смутило агента, и он решил отложить схватку. – Серьёзно, – улыбнулся Фуфел – давай я тебе хотя-бы халат домашний принести! – Давай! – кивнул Перри, и тут же поразился своим умением разговаривать. Хайнц ещё раз улыбнулся и ушёл за халатом. Принеся халат агенту, учёный предложил перенести драку на потом, поскольку сейчас он ещё пребывал под впечатлением от смешных агентских трусов цвета утконосьего хвоста. – Может, пообедаем? – предложил Фуфелшмерц – Ты не голодный? – У меня с собой есть еда – ответил Перри, пытаясь достать какую-то банку из кармана трусов. Что было больше всего непонятно – так это «откуда у трусов карман?!». Скорее всего, агентская шляпа берётся оттуда же, но как оно всё там умещается?! Хайнц с нескрываемым интересом наблюдал за этим забавным действием. Вскоре, некогда бывшему утконосу удалось извлечь консервы из кармана. – Что это? – поинтересовался Фуфел. – Червячки, личинки, мошки – вдохновлённо рассказывал Перри, открывая банку и доставая оттуда большого сочного червя. – Буээ-э! Как ты это есть?! Фу, дрянь! Убери это! – завопил Фуфелшмерц, в то время как Перри поедал своё шевелящееся «лакомство». Хайнц ещё раз выразил своё отвращение и побежал на кухню, оставляя Перри наедине с его «вкусняшками». Минут десять Фуфелшмерц сидел на кухне, уплетая человеческую еду из холодильника. При этом он пытался забыть то отвратительное зрелище, которого его удостоил враг. Но от себя он не скрывал, что ему было довольно смешно наблюдать за чудаковатым парнем, сидящем у него в гостиной.