Infelicity

На часах два часа ночи. Дождь льет, как из ведра. Холодные капли барабанят по подоконнику и скапливаются в небольшую лужицу. Пятая чашка кофе была опрокинута рукой Юнги из-за очередного пугающе громкого раската молнии. Расплескавшийся по всему рабочему столу напиток уничтожает выполненные с таким трудом наброски. А на белую толстовку капают со стола остатки горячей жидкости, портя любимую одежду художника. Раздраженный юноша резко поднимается из-за стола и спешит застирать одежду, пытаясь при этом не забыть сюжет, который он продумывал на протяжении нескольких месяцев. Юнги каждый день часами напролет рисует новые главы своей манги, которую он пообещал посвятить своему лучшему другу Намджуну. Юнги — знаменитый на весь мир мангака, работающий под псевдонимом Инфелисити, а Намджун его верный менеджер, сумевший стать лучшим другом строптивого художника. Джун попросил посвятить себе работу в качестве подарка на день рождения, но никак не надеялся, что Юнги согласится. И вот, наконец, Юнги пришла в голову просто гениальная идея, которую он с трудом удерживает в голове, оттирая коричневые пятна. Юнги возвращается на рабочее место, выкидывает стопку испорченных листов и собирается продолжить, как вдруг раздается мелодия входящего звонка. Как ни странно, это был Намджун, который был еще и специалистом по рекламе и продвигал его мангу где только можно. Юнги уже был весь на взводе, поэтому он попытался спокойно выдохнуть, и взял в руки телефон, отвечая на звонок. — Да, Намджун. Слушаю. — Привет, Юнги. Извини, что так поздно, твоя аудитория уже ждет выхода твоей новой манги. Когда ты ее закончишь? Ты обещал закончить девятую главу в течение месяца, а время уже поджимает. Что ты собираешься делать? — Намджун, твою мать, ты мне звонишь в два часа ночи только из-за этого? Ты что, издеваешься? Этим занимаются другие люди, я понимаю, что ты мой лучший друг и ты сам попросил ее посвятить тебе, но если ты еще раз отвлечешь меня из-за пустяка, я не знаю, что с тобой сделаю! Ты меня понял? — орал Юнги в трубку телефона. Вся эта ситуация ему уже порядком надоела, и он устал слушать каждый день одно и тоже. — Юнги, ну ты же понимаешь, что хоть ты великий автор, но такими темпами твоя популярность в разы упадет. Ты же знаменитый Инфелисити, как-никак, — Намджун пытается уже в который раз до него докричатся, но все тщетно. — Хуисити, блять. — Ну, Юн, не бузи. Может тебе поспать сейчас лучше пойти? Будешь утром продуктивнее и быстрее мангу закончишь. Может, тебе просто отдых нужен? — Намджун чувствует, что у его друга не все в порядке, эти срывы случаются все чаще, и он беспокоится о нем. — Знаешь, Джун, звучит как ахуенная идея! Наконец-то ты это понял! Скажи другим сотрудникам, чтобы перенесли выход новой главы хотя бы на две недели, а то я уже заебался рисовать Китти и его вот эти вот всякие побрякушки. Хотя, согласись, что портупея ему очень идет, особенно с пистолетом. Но есть маленькая проблема, ну как маленькая… — Что за проблема то? — Джун резко занервничал, слыша от друга о проблеме, ведь чаще всего тот их разгребает сам. — Ну, короче я до сих пор не могу придумать образ Агуст Ди, он типа будет парнем Чимина… — А ну рот быстро свой закрой! — заверещал в трубку Джун. — Не спойлери мне тут! Я уже понял о твоих гейских намерениях. — Хах, не буду я тебе ничего спойлерить, Джун. Не дождёшься, — произнес в трубку телефона Юнги и усмехнулся. — Я надеюсь, что это все. Так что я сейчас иду спать. Отключаюсь, — сказал Юнги в трубку быстрее, чем Джун успел что-то ответить. — Сейчас только набросаю Китти и сразу же пойду спать, — подумал Инфелисити, но ни через час, ни через два он его так и не дорисовал, так как вечно психовал. Глаза уже давным-давно слипались, и, наконец, дорисовав очередную страницу, он не смог противиться усталости и провалился в сон… Проснувшись утром Юнги обнаружил, что заснул он вовсе не на листах с набросками, а на каких-то документах. Он пришел в недоумение, когда не увидел своих рисунков, над которыми трудился не одну ночь. Он облазил весь свой кабинет в поисках скетчей с Китти, но так и ничего и не нашел. Свалив все на очередной провал в памяти, он снова психанул и ушел на кухню готовить себе завтрак. Только он не заметил, что на нем была странная зеленая куртка, а не футболка, в которой вчера уснул. Направляясь на кухню, он почувствовал вкусный запах его любимых блинчиков. Он даже подумал, что это Джун заскочил к нему в гости, и уже хотел наорать на него, как вдруг увидел нечто иное: за плитой стоял красивый парень с ярко розовыми волосами, в кожаных штанах и в черной куртке с розовыми блестящими крыльями на спине, никто иной как… — Китти? — тихо произнес Юнги, быстро протирая свои глаза, чтобы это все развидеть, только вот не получилось. — О, ты уже проснулся, Агуст? — спросил Китти, оборачиваясь к нему лицом. — А.а… Агуст? — переспросил его Юнги. — Ну, тебя же так зовут. Чего ты удивляешься? — Китти озадаченно посмотрел на него и отвернулся, чтобы перевернуть блинчики. — Но, меня зовут Юнги, а не Агуст, — сказал он, проходя на кухню и отодвигая от стола стул, чтобы сесть на него, а то от такого потока информации он скоро упадет. — Ну да. Это же твое настоящее имя, но разве ты не помнишь, что мы не используем их в целях безопасности. Хотя дома ты можешь называть меня и себя как хочешь. Что с тобой случилось? — Чимин выложил блинчики на тарелку и поставил рядом с Юнги. — В каких еще нафиг целях безопасности? Ты вообще реальный? Я несколько часов назад только рисовал тебя, а теперь ты что… воскрес типа? — Юн, что с тобой? Ты своего парня не узнаешь? — Чимин косо посмотрел на него и принялся макать блинчик в варенье. — Ты что снова об тумбочку головой приложился? Ты хоть помнишь, как меня зовут? — Китти? — неуверенно и тихо произнес Юнги, опуская свой взгляд в тарелку. — Ясно… — тихо произнес Чимин и встал, чтобы уйти, но его перехватила рука Юнги, не желая отпускать. — Хей, Чимини, я же пошутил, — неуверенно сказал Юнги и потянул Чимина на себя. У Чимина быстро поднялось настроение, и он улыбнулся, вспоминая, что его парень действительно любит над ним прикалываться. — Как тебя можно забыть, Чимини? — Я совсем забыл, что ты у меня шутник, — произнес Чимин садясь на колени к Юнги. — У нас сегодня дела, поэтому кушай быстрее, — прошептал Китти на ухо Агусту, и быстро отстранился, вставая. — А что за дела-то? — удивленно спросил Юнги, вставая со стула вслед за Чимином. Именно сейчас даже кусок в горло не лез, так как он начал догадываться, какие именно это дела, так как весь сюжет уже давным-давно был прописан. — Сначала на вылазку, там владельца казино убить надо, а потом я весь твой, — ухмыльнулся Чимин и начал шарить по карманам в поисках сигарет. — Агуст, — окликает он его. — Закурить не найдется? Юнги смотрит странно, понимая, что он никогда не курил, и почему у него спрашивают про сигареты, а потом вспоминает, что он сейчас совсем другой человек. Он больше не тот знаменитый мангака, он убийца. Убийца Агуст Ди. Поэтому он шарит по карманам зеленой куртки и находит пачку ментоловых сигарет и зажигалку, а после протягивает их Китти. Китти подходит ближе и выуживает одну сигарету и подносит к губам, которые чертовски пухлые, прямо как на скетчах Юнги. Чимин чувствует, как потихоньку расслабляется, и сигаретный дым заполняет его легкие, чувствует, как тревога покидает его мысли, а пустота в легких заполняется никотином. Юнги понимает, что, находясь не в своем теле ему нужно подыграть, поэтому он неожиданно даже для себя тянется к губам младшего, пока тот держит сигарету в руках. Юнги целует нежно, трепетно, а Чимин сминает такие желанные губы, сталкиваясь с Юнги носами. Агуст улыбаться в поцелуй и чмокает Чимина в губы, притягивая еще ближе. Юнги никогда бы не подумал, что ему придется играть роль своего же главного персонажа. Он даже и подумать не мог, что когда-нибудь станет убийцей, ведь сейчас это выглядит так невинно и так по-волшебному… — Юнги…я… — Китти и договорить не успевает, как Юнги снова затыкает его поцелуем.  — Молчи, — бормочет он сквозь поцелуй, не мечтая больше ни о чем, кроме желанных губ младшего, а он и не против. Юнги действительно влюбился в Китти, как и в собственной манге. Кажется, он действительно стал убийцей. Убийцей своих чувств, ведь он знает, что вскоре придет конец всему… Придется немного подыграть. С горем пополам Юнги начал собираться на свою «прекрасную» работу. Чимин же в это время протирал свой любимый розовый глок, который был весь усыпан стразами и наклейками с Хеллоу Китти, ну, а Юнги проверял «свой» нож. Они с Китти несутся на бешеной скорости по ночному Сеулу. Прохладный ветер бьет в лицо. Как ни странно, мотоцикл у Китти тоже розового цвета, и именно такой, каким рисовал его Юнги. Сердце Юнги бешено колотилось. Но, к сожалению, не от адреналина, который обычно вырабатывается при поездке на мотоцикле. А от страха. Самого обыкновенного животного страха. Юнги уже знал, чем окончится сегодняшняя перестрелка. Он должен был умереть. Но вдруг он умрет по-настоящему? Именно это и вселяло ужас. Они остановились в километре от точки назначения. И начали пробираться через лес. Все деревья были старыми и поломанными, под ногами хлюпала болотистая почва. Вокруг не было ничего. Стояла мертвая тишина, нарушаемая только их тяжелыми шагами. Чимин шел первым, прикрывая собой Юнги, который плелся сзади, то и дело пугливо оборачиваясь от каждого шороха, создаваемого им же самим. Вдруг Китти что-то услышал и, схватив Юнги за руку, кинулся в сторону здания. Они бежали так долго и быстро, что у Юнги заболел бок. — Ты в порядке? Идти хоть можешь? — взволнованно спросил у него Чимин, приседая перед ним на корточки. — Я? Да, нормально, — отвечал Агуст, но Китти не особо прислушивался к нему, ведь он услышал ничто иное, как звуки выстрелов. Он настороженно куда-то вглядывался, пытаясь понять, откуда они исходят. — Ложись! — крикнул Чимин, утаскивая за собой на землю ничего не понимающего Юнги, после чего последовало еще несколько выстрелов. — Я знаю, что ты быстро бегаешь и хорошо дерешься, — начал говорить Китти. — Ты что совсем мозги растерял? Я тебя не брошу! — начал орать на него Юнги, хватаясь за бок. — Уходи говорю, я справлюсь! — крикнул на него Китти, слыша, как враг потихоньку подбирался все ближе и ближе. Чимин достал пистолет и сделал выстрел в сторону противника, но, к сожалению, промахнулся. Чимин, быстро оглядывая место, не заметил Юнги, поэтому он усмехнулся себе же за то, что он его послушал и ушел, только вот из ниоткуда появился мужчина. Он подошел к нему довольно близко, и пока Чимин отвлекся, чтобы посмотреть, где же Юнги, на его месте появился мужчина, который быстро выбил пистолет из его рук, и нанес удар по ноге, от чего Китти немного завалился назад, но не упал, что сильно удивило противника. В борьбе ему не было равных, поэтому он быстро нанес ответный удар по лицу. У противника был нож и пистолет, в то время как Чимин оказался обезоруженным. Даже Юнги его бросил, по крайней мере, он так думал. Ему нужно был срочно подобрать пистолет, который лежал в трех метрах от него, но противник явно этого очень боялся, поэтому всячески пытался это предотвратить. Он заломил руками Чимина и уложил его на лопатки, поднося к горлу нож. — Что ж, пора с тобой наконец-то распрощаться, Китти, — произнес мужчина, надавливая лезвием на горло Китти. Он уже успел попрощаться с жизнью, как вдруг услышал глухой удар. Открывая глаза, он увидел Юнги, который держал в руках какой-то то ли булыжник, то ли кирпич. — Что ты тут делаешь? — только и смог выговорить Чимин, так как противник все-таки поцарапал немного шею. — Ну, а что мне оставалось делать? Я своего парня никогда не брошу, — сказал Юнги, приседая на корточки. — Кажется, мой парень действительно об тумбочку головой приложился, — захихикал в ладошку Чимин. — Это еще почему? — удивленно спросил Агуст. — Ты мог не тянуть этот булыжник, а просто с пистолета выстрелить, или ударить этого ублюдка своим ножом. — Забыл о них, прости, — ну, а что ему надо было сказать? Он ведь даже не то, что пользоваться ими не умеет, он даже не знал, заряжен ли пистолет, да и в манге Агуст ударил его булыжником, не очень-то и хотелось что-то менять. Наконец, закончив с охраной, они направились в само здание. Они сразу же попали в длинный коридор, в котором было множество дверей и поворотов. Проверяя комнату за комнатой, они никого не находили. Но зато Агуст услышал странные звуки, доносившиеся из одной из комнат. Говоря шепотом Китти, что он пошел кое-что проверить, он ушел. Он уже тогда знал, что его убьют, поэтому понимал, на что идет, хоть было и страшно. Но в этот момент Чимин был настолько сосредоточен, что и не услышал слова Юнги продолжая открывать двери других комнат дальше. Очередь дошла до последней комнаты. Проверив количество патронов, он со всей силы выбил дверь с ноги и тут же прицелился. Он увидел такую картину: В комнате находилось абсолютно ничего и никого, лишь какие-то пустые коробки. Возможно от наркотиков, которые продавала эта компания. В этот миг Китти осознал, что рядом с ним нет Юнги. Он быстро побежал осматривать места, там, где они еще были вместе. И вдруг в полной тишине он услышал приглушенный выстрел. Он незамедлительно побежал в том направлении, откуда послышался звук, и увидел то, чего не должен был: Агуст лежал на холодном полу, а его нож выпал из руки. — Прости меня, любимый, — единственное что успел прошептать Китти, прежде чем Агуст закрыл глаза. Проснувшись, первое, что увидел Юнги — это свои скетчи с Китти на столе. Он уснул на них. Художник, конечно, обрадовался, что они нашлись, но не сразу понял, что к чему. Он быстро оделся и снова почувствовал запах блинчиков, поэтому он даже побежал, быстро открывая дверь на кухню. — Китти, ты снова делаешь мои любимые блинчики? — спросил Юнги и впал в ступор. Перед ним стоял на этот раз не Чимин, а никто иной как его лучший друг — Намджун и его парень Джин, который собственно и готовил блинчики. — Ты че головой об тумбочку приложился? Какой нахер Китти?! Давай уже завязывай со своей мангой и отдыхать иди, — наорал на него Намджун. — Джин, у него, походу, галлюцинации. Наш друг шизофреник! — Странно, Чимин сказал точно также в первый раз. — Нет, ну ты слышал? Он уже даже и разговаривал с ним! Точно шизой пацан страдает! — кричит на него Намджун. — «Инфелисити стал шизофреником». Я уже вижу эти заголовки в интернете. Джин, это какой-то пиздец! — То есть, это все просто был сон? — Я на это очень надеюсь, мой друг, — проговорил Джин. — Интересные сны тебе снятся. — Я, кажется, влюбился, ребят. — О нет, только не говори, что в Китти, — громко произнес Джун. — В правильную сторону мыслишь. — Это пиздец, друг. Сочувствую тебе, — начинает говорить Джун. — Юнги, а что насчет второго персонажа, ты придумал его образ? Стоп, только не говори что… — Да, кажется, я знаю, как изображу Агуст Ди. Я стану им.

Инфелисити станет Агуст Ди