Неукротимый

- Хм, не думаю, что ты влезешь хотя бы в одно из моих платьев, - протянул Бекхён, проведя кончиками длинных пальцев по своей шее. - Крис, дорогуша, а, может, лучше эту малышку переоденем? Лухан презрительно фыркнул, а Сехун отрицательно покачал головой, подозрительно оглядывая подопечного Криса из триста второй комнаты. Этого паренька он видел впервые, но лучше бы не видел вообще... Бен Бекхён в свои семнадцать был известным в округе модельером, с первых дней своей карьеры отличившимся скандальной репутацией. Юноша и не подозревал, что за мелкую аферу его засадят сюда на девять месяцев. С одной стороны, Бекхён рад, что ему таки удалось подстроить проигрыш своего главного конкурента, а с другой - теперь ему придётся сидеть в четырех стенах без дела ещё четыре месяца, хотя руки уже давно требуют ощутить под собой его любимую ткань, мягкий шёлк... И сейчас Бекхён счастлив, что ему подвернулся шанс "нарядить кого-нибудь". - Его не получится, нам нужен именно этот, - Крис бросил осторожный взгляд через плечо на Сехуна и Лухана. Оба парня явно не оценили оригинальности его подопечного. - Как всё плохо, эх, и что бы вы без меня делали. Один момент, - Бекхён присел на корточки и выудил из-под своей кровати большой красный чемодан. - Моя кровавая малышка... Кхм, то есть, ты, какой у тебя размер? - обратился он к Сехуну. - В общем, неважно, есть у меня одно платье, и ножищи твои прикроет, и... всё остальное тоже, хм, да. Пока Бен что-то бубнил себе под нос, Сехун вздрогнул, почувствовав на своём плече голову Лухана. - Ты что творишь? Крис увидит, - прошёптал О ему на ухо, но приобнял одной рукой за талию, чтобы было удобнее стоять. - Не увидит, - так же тихо ответил парень, опаляя горячим дыханием его шею. - Я уверен, что оно где-то здесь, я точно видел его недавно, - убедившись, что Крис с Бекхёном заняты своими делами, Лухан незаметно потерся носом о шею Сехуна и, потянувшись, быстро чмокнул его в щеку. - Нашёл! Эта чертовка лежала под серым кардиганом. Ты, подойди. Сехун потупил взгляд и, опустив голову, стараясь скрыть выступивший румянец, вышел вперед. - К какому сроку я должен превратить тебя в куколку? - До завтра. - Непросто нам придётся, парни, - кивнув пару раз головой, Бекхён расплылся в довольной улыбке и в предвкушении чего-то грандиозного прикусил губу. Его фантазия уже в мельчайших подробностях предоставила ему Сехуна в женском образе. Давно его не посещало вдохновение, от которого хотелось пищать, кричать и петь одновременно. - Из тебя получится замечательная леди, не беспокойся. - Пф, - сложил руки на груди О. - Ещё что-нибудь нужно? - Крис зачем-то оглянулся на Лухана, что вертел между пальцами прядку волос, и снова вопросительно посмотрел на Бекхёна. - Только горячий воск, бритва и дрель, - заметив неподдельный ужас на лицах всех троих, Бен отсмеялся и продолжил: - Насчёт дрели пошутил, но волос повыдергиваю тебе прилично, - он ухмыльнулся и добавил: - Будет больно. *** В этот день крики и красноречивую брань товарища О могла слышать вся общага и, наверное, даже заключенные "подземелья". Охранники с удивлением спешили на нечеловеческие завывания, издаваемые из комнаты под номером триста два, но, убедившись, что никого не пытают, и всё под контролем двух лучших полицейских, уходили. В большее недоумение их приводила лишь широкая спина Ифаня, загораживающая проход, через которую невозможно было проглядеть, что происходило в четырех стенах самой обыкновенной комнатушки учреждения для трудных подростков. - Только не руки! Только не мои сильные мужественные руки! - рыдал Сехун, пытаясь высвободиться из ифаневских наручников, что накрепко удерживали его, привязав к деревянному стулу. - На очереди ваши корявые ножки, миледи, - пропел Бекхён, отрывая очередную восковую полоску. Сехун закусил губу и жалостливо заскулил, предпринимая очередную тщетную попытку высвободиться. - Зачем эта липучая хрень, если всё можно безболезненно выбрить? - спустя какое-то время спросил Лухан, сочувственно наблюдая за мучениями О. - Ну вот, раскусил, а мне так хотелось позабавиться... Ладно, пожалеем твои ноги, а с руками я закончил. Не смотри на меня так, восковая депиляция гораздо лучше бритвы, - оправдался Бекхён, искоса наблюдая за Луханом, в чьих глазах плескался недобрый огонёк. - Я сам, - вдруг выпалил парень. - Что сам? - Я сам всё сделаю, твоя задача подготовить необходимые на завтра вещи, его я подготовлю сам. - Как ты..? Эй, постой! Лухан взял со столика ключ и снял с Сехуна наручники, бросив металлические браслеты Ифаню, что на лету поймал их. Схватив за руку растерявшегося Сехуна, он потянул его к двери, краем уха слыша возмущения Бекхёна. - Пускай идут, справимся, - выдохнул Крис, привычным движением взлохматив волосы. Он не знал многого, не знал, что творилось между его другом и этим светлоглазым блондином, чей взгляд раньше напоминал мрачное замёрзшее озеро... какая разница, что было раньше, куда важнее то, что теперь в этих медовых омутах плескается жизнь. Крис понимал, что в этой странной парочке он видел нечто большее, чем своего лучшего друга и его парня... скорее, себя и одного безбашенного брюнета с потрясающей улыбкой, которого он не видел уже несколько дней... - Оу, чуть не забыл: у меня тоже кое-какие дела, через пару часов вернусь. - Что ты только что сказал? Эй! Ты! Дерзкий, что ли?! Да вы оборзели! Крис! Товарищ Ифань, твою мать! Ну и хрен с вами, - буркнул Бекхён. - Но только пару часов, я жду! Ожидания Бекхёна были напрасны, ведь ни через час, ни через два или пять, в этот день полицейского Ифаня он не дождался. ~~~ - Этот ненормальный мне с первых секунд не понравился! - Да ладно, какая уже разница, - Сехун потянулся и облокотился о холодный кафель в ванной. - Большая разница, - буркнул Лухан, повернув кран и выключив душ. - Я закончил. - У меня все штаны мокрые, - угрюмо бросил полицейский, проведя ладонью по своей ноге, оценивая непривычную гладкость. Парень фыркнул и убрал бритву в сторону, сложив руки на груди. - Я мог бы и сам, но спасибо. Лухан молча вытер руки о полотенце. - Тебя что-то беспокоит? - спросил Сехун давно волнующий его вопрос. Если подумать логически, то волновать должно Лухана многое, однако что именно, О точно сказать не мог. Может, или даже не может, а, скорее всего, их аморальные отношения? А, с другой стороны, вовсе они не аморальные, хм. Или да. Или нет... Чёрт знает, что творится в голове этого подростка... Да разобраться бы для начала, что происходит с ним самим, а разгадать Лухана он сможет и позже. - Ничего не беспокоит. - Я не слепой, - Сехун поспешил вылезти из душевой и подошёл к блондину. - Или, может, тебе не нравится то, что между нами происходит? Лухан сжал губы в полоску, и Сехун растерялся, готовясь к любому ответу. - Ты скажи, как есть... Я тебе не нравлюсь? Во мне что-то не так, да? Эй, не молчи, что я такого сделал? - Сехун испугался, по-настоящему испугался и прикусил губу, не сводя с блондина глаз. - Здесь, - вдруг сказал Лухан, ткнув указательным пальцем куда-то в область груди. - Что здесь? - полицейский удивился резкой смене темы и повторил жест парня на себе. - Здесь болит. - Болит? Рёбра болят? Почему ты не сказал раньше? Нужно ехать в больницу, сделать рентген, у тебя может быть перелом, а сломанное ребро может проткнуть легкое или... - Почему ты такой? - снова перевёл тему Лухан, а полицейский уже было подумал, что медленно, но верно сходит с ума. - Какой такой? - Тупой, - на полном серьёзе ответил Лухан, вдруг стиснув зубы. - Болит... сердце. Болит, когда вижу тебя, болит, когда ты стоишь рядом, когда ты не со мной, болит, когда улыбаешься Крису, болит, когда... когда ты совсем близко, но мы не можем друг друга касаться. Нужно прятаться, постоянно куда-то спешить, что-то придумывать, кого-то искать... Сехун распахнул глаза и уставился на Лухана, не зная, что сказать. Собрав мужество в кулак, он с шумом вздохнул, вдруг сказав совершенно не своим голосом: - Сейчас трудно, но это временно... чтобы идти вперед, нужно постараться, только потом мы сможем не прятаться, идти спокойным шагом и... любить. Осталось всего чуть-чуть, мы должны потерпеть, ты ведь веришь мне? Лухан тихо всхлипнул и кивнул, опустив голову. - Всё будет хорошо, - Сехун сделал шаг вперёд и нежно обнял парня, крепко прижав к себе. - Сможем... сможем любить, - одними губами повторяет блондин, сжимая в ладонях рубашку О. - Сможем... только не плачь, Лухан. В этот момент было как-то непривычно называть его по имени, имя вырвалось с губ помимо воли, и, наверное, в этот момент атмосфера заметно потеплела... Поддавшись эмоциям, Сехун приподнял его голову за подбородок и заглянул в глаза, нежно проведя кончиками пальцев по щеке. Лухан сначала смотрел, долго смотрел в любимые глаза, но не выдержал тяжелого, давящего на плечи невидимого груза и вдруг приблизился к его лицу, легонько соприкоснувшись с его губами, блаженно прикрыв глаза. Обычное прикосновение получилось невероятно нежным, в какой-то момент Сехун углубил поцелуй, и у обоих парней закружилась голова от внезапно нахлынувших, до мурашек приятных ощущений. Казалось, что все проблемы отошли с переднего на задний план, заполняя своё место каким-то сладким огненным дымком, с каждой секундой меняющим свой запах и цвет на более яркий, насыщенный и пьянящий. Что будет завтра, через месяц, спустя год - лишь вопрос времени, куда важнее то, что происходит сейчас. У Лухана есть Сехун, у Сехуна его Лухан, а остальное неважно. Сейчас, наконец-то оставшись наедине друг с другом, они могут насладиться такой нужной душевной и физической близостью... Сехун держался за ручку двери и тесно прижимался к стройному телу, ощущая возбуждение парня через плотную ткань брюк, которое так и хотелось как можно скорее снять. - Пошли... на кровать, - отрывисто произнёс Сехун, потянув ручку, за которую держался, вниз. Дверь с характерным скрипом отворилась, и мужчина, ни на секунду не растерявшись, потянул Лухана за руку и уже через пару секунд нависал сверху, бегло целуя в оголившееся плечо и снова примыкая к любимым губам. Губы Лухана тёплые и мягкие, тело стройное и желанное, сердце открытое и доверчивое... С такой нежностью Сехун не целовал никогда, с такой осторожностью не прикасался ни к кому, с такой теплотой не любил ещё никого... Мужчина запустил руки под серую футболку парня и почти невесомо прикоснулся к нежной коже живота, пробегаясь подушечками пальцев до груди, ощущая под ладонью громкий стук сердца. Слишком жарко. Сехун стянул с себя рубашку и брюки, не глядя, закинул на стул, проделав то же самое и с футболкой блондина. Лухан закусил губу, бросил на него взгляд из-под опущенных светлых ресниц и заёрзал, неожиданно резко подавшись бёдрами вперёд и крепко, даже болезненно, схватившись за его плечи. Сехун почувствовал, как из легких выбило последние остатки кислорода, когда блондин под ним протяжно громко простонал, до красноты покусывая нижнюю губу и крепко зажмурив глаза. Мужчина тяжело дышал, с нескрываемым удовольствием наблюдая за метавшимся под ним блондином. Он припал губами к его шее, покусывая чувствительное место, постепенно спускаясь к груди, чтобы провести языком по расплывчатым синякам, надеясь, что те скорее исчезнут, растают, растворятся... Лизнув светлую бусинку соска, Сехун отметил, с какой чувствительностью на его ласки отзывается тело Лухана, и в голову прокралась шаловливая мысль о куда более решительных действиях. Он сполз чуть ниже и поцеловал парня в живот, попутно потянувшись к его просторным штанам, одним рывком спуская их с нижним бельём почти до колен. - Ох... что ты..? Не надо, подожди, Се, м-м-м... Сехун развёл его руки в сторону и осторожно провёл рукой по внутренней стороне бедра. Лухан развёл ноги шире и схватился за волосы О, притягивая теперь уже ближе, смущенно хватая ртом воздух и стараясь смотреть в потолок. Сехун вдруг застыл, почувствовав неуверенность. И что делать дальше? Нет, он, конечно, знал, но страх сделать что-то неправильно надоедливо пульсировал в голове. Приблизив губы к внутренней стороне бедра, он коснулся языком влажной головки и с удивлением ощутил во рту вкус корицы и запах домашнего молока... Опустившись ртом на член, Сехун начал медленно двигать головой, и Лухан не выдержал, выгнулся в спине и уже не мог сдерживать рвущиеся наружу стоны: бархатный голос был словно создан для них. - По-пожа-пожалуйста, остановись... я сейчас... мхм, посто-постой, Сехун, прекрати... Он отстранился и посмотрел на Лухана. На щеках выступил алый румянец, светлые волосы в хаотичном порядке раскинулись по подушке, руки до боли сжимали в кулаках простынь, а грудь часто вздымалась, иногда при выдохе принося блондину боль... совсем немного. Сехун понял, что пора переходить к главному, однако... - Ты уверен? Может, лучше... остановимся на этом? - Нет, продо... продолжай. Сехун нервно сглотнул, не потому, что не хотел этого, наоборот, тут дело было в... наверное, он просто боялся. Боялся сделать что-то не так, больно или неприятно... - Всё будет хорошо, давай начнём, - прошептал парень, но вдруг изменился в лице. - Если хочешь, то можешь побыть снизу, - Лухан улыбнулся, но со щёк всё не сходил румянец от осознания того, в какой позе он находился, однако шутка заметно разрядила обстановку (и шутка ли?). Сехун поднёс указательный палец к своим губам и засунул в рот почти до самого основания, медленно, с тихим хлюпком вытащив обратно. Если бы Лухан вовремя не взял себя руки, то кончил бы от одного соблазнительного вида своего любимого полицейского, но сумел отвести глаза и тихо выдохнуть. Сехун приставил палец к тугому колечку мышц и медленно протолкнул его внутрь, отчего Лухан от неожиданности распахнул глаза и приподнялся, опираясь о кровать на дрожащих локтях. Мужчина прибавил второй палец и начал осторожно двигать ими внутри, на что Лухан, зажмурившись, зашипел. В голову Сехуна снова закрались сомнения, но неожиданный тихий полустон парня под ним выбил из головы все чуждые мысли. Он посмотрел на тумбочку и взгляд зацепился за небольшой тюбик с кремом для рук. Выбирать не из чего. Свободной рукой, что заметно подрагивала, он открутил колпачок, выдавил себе на руку и, приспустив своё белье, размазал по головке. Лухан приоткрыл один глаз, но снова закрыл, засмущавшись ещё сильнее. Сехун на это лишь улыбнулся, хотелось как-нибудь поддержать любимого, однако всё, что он смог сделать, это приободряюще приподнять уголки губ, дабы не выдать собственного волнения. Вернувшись в исходное положение и снова оказавшись на уровне шеи блондина, Сехун раздвинул его ноги и приставил головку ко входу, судорожно сглотнув. Внизу живота болезненно заныло, и каждое движение отдавалось острой болью: настолько сильно было желание. Но сейчас нужно быть осторожным. Сехун совсем немного подался вперед, и в эту самую секунду он готов был поклясться, что земля вот-вот уйдёт из-под ног, сдерживаться было не то что непросто, теперь он старался совладать с остатками разума и не наделать глупостей. Лухан болезненно скривился, но молчал, смяв в ладонях белоснежную простынь. - Потерпи немного, - Сехун стиснул зубы и, не торопясь, вошёл до самого основания, прислушиваясь к внезапно притихшему Лухану. Блондин лежал с закрытыми глазами, прикусив губу изнутри, стараясь игнорировать боль. Мужчина начал двигаться, не спеша, давая возможность блондину привыкнуть. Рука Сехуна осторожно обхватила его член, с пьянящей медленностью прошлась вверх-вниз, и после нескольких слабых толчков Лухан вдруг притянул его за шею, вовлекая в страстный поцелуй, то покусывая, то чуть оттягивая нижнюю губу мужчины, изгибаясь, словно змея под властью своего дрессировщика. Блондин заметно расслабился, обхватил талию Сехуна ногами и отдался ощущениям сполна, подстраиваясь под ускорившийся темп. От прикосновений О к чувствительной молочной коже, тело в этих местах горело, словно раскаленный металл, а всё происходящее казалось нереальным. Сехун видел, как его любимый блондин обеими руками сжимал простынь, чувствовал, как короткие ноготки царапают его спину, впиваются в кожу, но это только сильнее возбуждало, не позволяя остыть желанию ни на секунду. Сехун уже не сдерживался, ровно как и Лухан: первый тяжело дышал, почти рычал, беспорядочно осыпал тело последнего поцелуями, а Лухан не мог унять рвущиеся наружу стоны, вплотную прижавшись к широкой груди. Ещё немного... В какой-то момент перед глазами потемнело, а в голове будто бы разом взорвались тысячи фейерверков всевозможных цветов, таких ярких, насыщенных, дурманящих. Сехун чувствовал, как Лухан больно укусил его за плечо, но это только прибавило ощущений, невероятных ощущений, облегчения во всём теле, опустошения и счастья... В этот момент товарищ О чувствовал себя самым счастливым человеком во вселенной. Шаг за шагом, всё ближе и ближе, собирая кусочки пазла воедино, их тянуло друг к другу словно магнитом. Два совершенно разных парня, две совершенно разные судьбы. Один рос в любви и заботе, второй слишком рано потерял всё. Первый никогда по-настоящему не любил, второй никогда не верил в любовь. Что свело их вместе?.. Невидимой красной нитью соединены те, кому суждено встретиться, несмотря на время, место и обстоятельства. Нить может растянуться или спутаться, но никогда не порвется.