Серая болезнь.

Он сидел и смотрел в окно. Жизнь по ту сторону все остывала и остывала, не кипя, как днём. По улице шли домой уставшие лица, без единой капли эмоций. Солнце медленно заходило, прячась от злых и угрюмых лиц, что поработили столь прекрасную планету. Облака больше подходящие на дым скользили на небе по воле лёгкого ветерка. Маленькая форточка была открыта, а сквозняк шевелил светлые, непослушных волосы в разные стороны. Серые, серые глаза не имеющие никакой краски смотрели в окно. Казалось, что они не только не имели цвета, но и поглощали остальные вокруг. Не давая ни единому взрослому, ребенку, существу остаться весёлым в этом мире. Нагито заболел. Непонятно, как, но заболел. Здоровье хрупким было ещё у него с рождения, так что не удивительно. Большинство из людей бы, стали скучать по школе/академии, они сидят целый день наедине лишь со своим кашлем, насморком и тому подобное. Они хотят поскорее увидеть друзей. Думают, что там скучно без собственного присутствия. Но Комаеда знал, что у Хаджиме итак много друзей помимо него. Тем более его легко, очень легко может заменить Чиаки. Чиаки Нанами. Парень часто замечает как Хината улыбается рядом с ней. Он не ревнует. Точно нет… «Счастливчик» знает, что скорее всего, нет, что он точно надоедает окружающим своим странным характером и выходками. Если он исчезнет из этого класса, то всем станет легче, а может никто даже и не вспомнит. Это было очевидно что наверняка Хаджиме забудет про то, что Нагито с ним вообще учился и пойдет гулять где то с Нанами. Тоска. Противные, вонючие и подходящие только к образу Комаеды кошки царапают стенки души (и хрупкого сердца). Голова трещит от этого чувства, а в носу ужасно щипит, его слёзы так и не шли. Ещё больней. Почему он так привязался к нему. Если бы раньше закрылся от своих неоднозначных чувств то этого бы не случилось. Кончики и так холодных пальцев обледенели, затем вцепились в белую подушку. Он хотел кричать, хотел разодрать горло, но отпустить это. Выгнать навсегда чтобы не наносили таких ужасных страданий. -Помогите…- но только сиплый шёпот вырывается. Крика нет. И не будет- что же происходит… Парень повернулся и сел на самый край кровати. Все в голове зудело, а душу будто бы рвали на части. Он начал чаще дышать. Хотелось выпустить все наружу. ПРОСТО УЙДИ. ОТКУДА ЭТИ ЧУВСТВА. ХВАТИТ. пожалуйста… Взгляд упёрся в никуда, опустошение. Но это, черт возьми никуда не делось. От долгого напряжения, яблоки начало жечь. Закрыл глаза — не помогло. Открыл, закрыл лицо руками. Плечи начали содрогаться. Нагито и правда никому не нужен. И существование его и правда бесполезно. Вместо него всегда есть кого поставить. Он — мусор. Он ни на что не способен. Перспектив никаких. Из близких давно никого не осталось. Да и не было, кажется… Встав со скрипучей кровати, он пошел босиком по холодному полу. Зайдя на кухню, Комаеда недолго сделал круг и опёрся на стол. Там с утра остались лежать деревянная доска с обычным ножом для хлеба. Он долго сверлил его сузившимся зрачками. Крепко обхватив ручку, парень вернулся обратно, сев на кровать. Нагито глянул на часы. 18. Ровно. Обычно в это время у Хаджиме заканчиваются дополнительные занятия. Такие знания ему больше не понадобятся. Счастливчик выставил руку запястьем вверх. И провёл тупой стороной вдоль. Ничего. Хотя, немного больно. Ну ладно. Он хотел повернуть голову и снова посмотреть в окно. Но почему то не мог. Может сил не было… Не задумываясь о дальнейшем будущем, он приложил острое заточенное лезвие обычного ножа для хлеба ровно по линии ели заметных вен. Затем повернул. Так будет удобнее, а возможно даже эффективней. Раз. Незаметно. Плохо. Два. Больно. Три. Четыре. Пять. Нагито кричал, как мог, голосовые связки перестали работать. Шесть. Две жгучие капли упали прямо на самый красивый порез. Что будет дальше? Какая разница. он же просто умрёт. В мире полно людей, он найдёт кого получше, чем сумасшедший псих. Ничтожество. Чего ты заслуживаешь? Давай, давай. Режь дальше. Скорее всего это будет твоё самое лучшее решение. Голова немного кружится. Семь. Восемь. Давай до юбилейного числа осталось совсем немного. Глубже. А то никакого эффекта удачливое число 10 не принесёт. Девя- …Стук. — Нагито, это я — Хаджиме. *** Что то громко упало на кафельный пол. Послышались странные шаги со стонами. Что случилось? *** — Привет, Хината-кун. Извини, но я болею. Не могу тебя впустить. — Ты поэтому не пришёл? Понятно. Мы с Чиаки до тебя не могли дозвониться. В следующий раз предупреждай. Ответа долго не было. Только спустя минуту парень снова постучал в дверь: -Нагито, ты слышишь? — А? Да-да. Хината-кун, я болею вот и не пришёл. Всё хорошо. — Да это я знаю. Я могу войти? — немного раздражённо уже сказал Хаджиме. - нет — Холодный ответ. Странно. -Как нет? Нагито, я тебе должен был кое что отдать! *** Почему он пришел именно сейчас? В самый не подходящий момент. — Что ты хотел передать? — А,. эм. Э-это передала Чиса, сказала чтобы ты это выучил. Ну, так ты откроешь. Прерывисто вдохнув, парень быстро прошмыгнул к тумбочке возле постели и взял оттуда первый попавшийся свитер. *** Щелчок. Из-за щели показались два сонных глаза. Нагито вытянул руку, ожидая когда ему передадут то что нужно и захлопнуть дверь в последний раз. — Открой дверь пошире. — сказал Хината и распахнул дверь до самого конца. Перед ними стоял остолбеневший Комаеда в одних лёгких серых шортах и причудливом новогоднем вязанной кофте в красно-зелёную полосочку. -Вот держи- он протянул обычный целофановый пакетик внутри которого находились «гостинцы» в виде мандаринов, винограда и даже клубники. — Ого, Хината-кун, не ожидал что это передавала Чиса… — Наигранно «удивившись» столь странному заданию от классного руководителя, Нагито тут же вернул взгляд на шатена. *** Что то было не так. Он знал, но не мог понять что именно. Сказав очередную благодарность за такой подарок от него и конечно что он не достоин такого, Комаеда уже явно напоследок сказал: — Мне уже не понадобятся такие вещи, дорогой Хината-кун… — со странной улыбкой Нагито отвернулся от одноклассника и пострадавшей рукой потянулся за ручкой двери. Он почти захлопнул её. Почти. — Стой, Нагито! — Хината резко схватил руку, предотвращая появление преграды между ними. Пакет падает. Фрукты рассыпаются по всей комнатке. Крик. Настоящий крик, наконец-то… Комаеда падает на колени выдирая руку из уже ослабвшей хватки шатена.- — Н-Нагито! Что случилось?! Хината снова тянется к уже понятно больной руке. — НЕТ!.. Счастливчик другой рукой отталкивает от себя Хаджиме. Тот, в свою очередь не понимает что происходит. Дверь захлопывается, только вот он остаётся уже внутри. Запуганный, белобрысый парень глядит на него. Хаджиме Хината резко хватает за локоть раненную руку, собираясь посмотреть в чем суть проблемы. Комаеда начинает упорно вырываться, в очередной раз замахиваясь, но второй и ту ловит, заламывая за спину и прижимая к стене. Они оказываются очень близко к друг другу. Соприкасаются взглядами. Нагито все ещё пытается, осознавая, что против Хинаты он выстоять не сможет. Вот и всё. Прерывистое дыхание постепенно сливающееся со всхлипами. — Хината-кун, прошу не надо… — … Одноклассник берет край рукава не решаясь на какие либо другие решения дальше. Он чувствует что блондин стал худее. Глаза покраснели от совсем недавних слёз, а ледяные пальцы и губы ели заметно трясутся. Он резко дёргает рукав, Нагито дёрнулся тоже. … Что…? Как…? Красная, густая жидкость очень медленно идёт в низ, за исключением последней полоски, где кровь шла значительно быстрее. — Н-Нагито… Он молчал. Перейдя на другую тему, он оглянулся в поисках чего-то, затем спросил: — Где у тебя находится аптечка? — Н-на кухне в нижнем ящике под плитой. Мягко усаживая Комаеду на матрас Хаджиме пулей мчится на кухню. Он не верит. Зачем он сюда пришёл. Всё уже почти ведь закончилось. Взглядом поймав упавший недавно на пол нож, он кое что придумал. Быстро схватив ручку счастливчик отыскал синюю, долгую линию. Всё было в тумане. Это было бы грустно. И зачем только Хината пришёл именно сейчас. В принципе это неважно. Совсем скоро всё закончится. Это было грустно. Всего один, последний. Дес- — НЕТ, Н-НЕ ВЗДУМАЙ! — Хината срывается на крик и голос уже не кажется таки устрашающим. Нож улетает в другой угол комнаты, где его было уже не достать. Печально. — НАГИТО, ЗАЧЕМ?! -Он смотрел прямо в глаза Хаджиме, он видел как глаза постепенно краснеют, а слёзы собираются в уголках глаз. Быстро разматывая остатки бинта и молясь, чтобы его хватило, одноклассник начал туго заматывать тонкую руку, на что пострадавший мычал от боли. Всё пошло не так. Совсем не так. — Зачем ты это делаешь, Хината-кун…? За вопросом опять повисла тишина. А шатен дойдя до конца «ленты», сначала завязал обычный не крепкий узел и закрепил обычным бантом. Смотрелось весьма странно, ещё учитывая что это был медицинский бинт, но это было совсем не важно Закончив Хината присел рядом. Молча. Он смотрел в пол также, как и Комаеда. — Нагито Первый вздрогнул, но тут же вопросительно угу-кнул. — Ты так и не ответил. Почему ты это сделал? Опять молчание. Опять он не ответил. И не хотел. — Нагито, зачем.? Ты же прекрасно понимаешь что ты можешь просто исчезнуть навсегда- — И что с того? — Зыркнув холодным взглядом, выплюнул он. — А… Что? — Что с того? Что изменится.? — небрежная печальная улыбка блеснула на лице. Это было ужасно. Ужасно грубо. Ужасный поступок. Злость, нет, даже гнев начал появляться и разъедать душу, а губы погнулись в полоску. Хината резко вцепился в угловатые плечи, очень крепко. — Эй, Хината-кун что- — Ты ведь понимаешь, что мы есть у тебя? — Что? — Комаеда вновь замер. — Ты не задумывался, что мы есть у тебя? — Вы? Да неужели. — блондин специально изобразил заметно фальшивое удивление от данного факта. — Что ты имеешь ввиду? — Я всем только жизнь порчу: своим странным поведением, своей навязчивостью, своим видом. Все будут рады или может даже и не заметят того, что меня нет? А какая разница живу я или нет? Пользы ноль, всего ноль. Я никто. И жалеть себя глупо. Вы переживёте мою… смерть. Хината-кун, почему ты всё ещё держишься за эту никчёмную ниточку? С помощью неё ты ничего не добьёшься! Просто оставь меня.) — последнее предложение Нагито легко вытянул с небольшой усмешкой. — Ты…идиот. — Что? — Ты что не понимаешь? Ты этим всем и отличается в нашем классе! Мы все знаем тебя как хоть и немного странную, но отдельную уникальную личность! И мы все за это время сплотились, каждого воспринимая как товарища! Даже сегодня абсолютно каждый заметил твоё отсутствие. — Каждый.? Хината, прекрати. Ты же прекрасно понимаешь что такое невозможно. — Почему невозможно? — Потому что я мусор.)Разве я такого не говорил — — Замолчи. Недовольный тем что его перебили, собеседник вопросительно посмотрел на него. Вопрос стоял в глазах. Нагито ходил по канату. Упадешь в одну сторону — погрязнешь в отчаянии, в другую -… — Нагито, ты правда нужен. Ты наш друг и ты нужен всем. Ты нужен Нанами, Танаке, Соде, Соне, Ибуки, Махиру, Некомару, Акане, Пеко, Фуюхико, Хиёко, Микан, Терутеру, Бьякуе. — — Но ведь.- — И ты нужен мне. … Он молчал. Всё затихло. Даже сердцебиение стало слышно, но ненадолго — оно тоже затихло. Сквозняк все также поддувал кончики волос, а по коже вновь и вновь накатывали мурашки. Хаджиме всё смотрел ему в глаза. Комаеда чувствовал. Чувствовал его руки на своих. Чувствовал тепло, исходящее от них, от слов и от самого Хинаты. Во взгляде все посутнело и стало ничего не видно. Яблоки начинало жечь. Горло будто стала стягивать невидимая тонкая нитка, а ком в нём доставлял ещё больший дискомфорт. Всё болело. Он отчаянно не пускал слёзы. Он так просто сдастся? Он почти- — Нагито, я здесь. Надо же из двух глаз одновременно поплыли две маленькие капли, потом ещё одни и ещё. Горло ничего больше не сдавливало, оно могло снова подвергаться воздействию со стороны простых всхлипов и стонов. Он пытался слизывать их, чувствуя солёноватый вкус, но горькие, не такие уже и маленькик слёзы все текли и текли, не останавливаясь. Хаджиме притянул к себе. Второй уткнулся тому в плечо, срываясь на ужасные крики. Было невероятно грустно и тоскливо, и даже немного хорошо. Он кричал. Душу развивало под очень холодным (на удивление) ветром. Наверное он шёл со стороны реки. Все эмоции и вся грусть, и ненависть выходили, оставляя непоправимые (или наоборот) шрамы от когтей. Прошло всего лишь пять минут. Честно. А казалось что прошло…ну…довольно много времени. В какой-то момент голоса снова не осталось. Ослабив свои объятия Комаеда вновь взглянул на Хинату. «Всё хорошо» — говорил он и видом, и вслух. «Ты со мной», «Я тебя.» — Спасибо.