Стадо

Люди давно стали стадом. Их животные интересы и слепая зависимость от чужого мнения порой приводят в ужас. Их стеклянные глаза навевают мысли о том, что зомби-апокалипсис всё-таки наступит. Проходя по торговому центру в преддверии праздника всех влюблённых, он смотрит на людей… и людей-то в них не видит. В их глазах нет букетов разнообразных эмоций, и только свет голубых витрин отражается в них. Майскому становится дурно. Пытаясь выбраться из этого очага апокалипсиса, он натыкается на кучки людей, но те никаким образом не отвечают. Только разбегаются в стороны, как стайки голубей. И Серёгу начинает тошнить сильнее. Они. Все. Одинаковые. Майский предпочитает выбраться оттуда по лестнице, потому что лифты и эскалаторы забиты этими бездушными фигурами. Это было бы кошмарным сном, если бы не было безумной реальностью. На женщинах одинаковые платья, у них одинаковые сумки в руках, одинаковые телефоны в одинаковых чехлах — в руках с совершенно одинаковым маникюром. И Сергея это пугает. — Серёж? Он вздрагивает. — Ванюш? Хватаясь за руки, они перестают быть быдлом. Сплетая пальцы в замочек, становятся парой. А плюя на чужое мнение так и вовсе становятся личностями. Потому что личность — не обязательно нормальная. Она такая, какая есть, и не отрицает этого. Поэтому у Майского было каре. — Серёж? — Ай? В глазах Тихонова вновь мелькает маленький очажок радости. Чёрт, это было бы прекрасным сном, если не было бы безумной реальностью. — Можно, я тебя поцелую? А то… Он не договаривает. Только смотрит в глаза Майского и свободную руку в кулачок сжимает, захватывая и ткань бордовой футболки. И «Серёж» всё понимает — хватая на руки, не оставляет шансов. На мужчинах вокруг Абсолютно Одинаковые Костюмы. Поэтому у Майского косуха и белая футболка под ней. Поэтому Тихонов не причёсывается и разучился париться за внешний вид. Потому что не хочет как все. А хочет как Тихонов. И поэтому Майский его целует прямо на глазах у толпы, вселяя в них животное отвращение и животное любопытство. — Ты видел их глаза? — Стекло голубых витрин. Перемещаясь в уютное кафе с хваткой рук, они думают о том, какой безумной стала реальность. И о красной ниточке, связывающей влюблённые пары. И о том, отчего заболел Тихонов. — Потому что не футболки надо носить, а майки, Вань. Болтая ни о чём, о вселенских парадоксах и о глюках на компьютерах в конторе, они пьют. У Вани в руках — пластиковый стакан с крышкой, трубочкой и невероятно вкусным ежевичным коктейлем внутри, у Майского — полный стакан «Джека». — А тебе водку пить надо, а не коньяк, чтобы трезвым приходить. Мстит. — Да я бы не против, но мужики же обидятся. Ну, Коля там, Шустов, Данилов. И снова хватаются за руки. На следующий день — четырнадцатого февраля — Майский притаскивает в контору новый монитор. Для Тихонова. И животный мир становится чуточку добрее.