Я в гипсе метко бью

Диана оставила Сурганову в проходе к гримерным одну. Нет, вокруг маячило множество людей. Но она не замечала ровным счетом никого. Мысли кружили вокруг одного человека, взор стучал лишь в одну дверь. С минуту так простояв, Света решилась продолжить. Она уже здесь, уже начала разговор. И что в итоге то? Диана снова убегает от неё, недослушав. Как и раньше.. Светлана вдыхает, после чего грудная клетка сдавливается от боли и сожаления. «Ну и как этой женщине вообще помочь можно? Нашлась тут сильная и независимая!» Света решительно входит в гримерную: — Если ты не выслушаешь меня или перебьешь во время речи, я сломаю тебе вторую ногу, Арбе.. — Ломай. — Послышалось с самого угла комнаты с усмешкой. Диана повернулась лицом к Свете на крутящимся кресле. Сурганова пропустила эту провокационную реплику мимо ушей, знала: такое выслушивать придется ещё ни раз. — Ты что-то хотела? — Позволь мне тебе помочь. — Я не нуждаюсь в этом. Всë сказала? Теперь оставь меня. — Не оставлю. — Типо упрямая? — снова усмешка. В воздухе повисло неловкое молчание. Оно длилось около минуты. За это время они ни разу не оторвали взгляд с глаз напротив. В голове Дианы пронеслось миллион мыслей. В голове Светы молоточком ударялись одни и те же слова. — Типо люблю тебя. И все остаётся так же. Никто не посмел и пошевелиться. И, казалось, даже не дышали. — Эти слова уже утратили свою ценность. — сказав это, Арбенина вновь развернулась на своём кресле спиной к Сургановой. — Мне хватает с тобой того общения, что у нас есть. И сегодня оно превысило допустимые нормы. Пять СМСок в год и случайной встречи хватает, поверь. В этом году в связи с записью «Канарского» итак перебор. — Просто признай, что тоже скучаешь по нашему прошлому. — Я скучаю по питерским комуналкам с тараканами, по маленьким квартирникам, по более разгульной жизни. Но не по тебе, Сурганова. — пауза; более тихо: — И точно не по нам. — Ты еще любишь меня. — С чего ты взяла?! — Ну, Динка, я же знаю тебя как облупленную. Твои жесты, твои слова, то, как ты их говоришь, как ведешь себя в моем присутствии. — Света медленно подошла к девушке и положила руки ей на плечи. Та дернулась. — Даже сейчас. Арбенина тихо, но с нескрываемым раздражением прорычала: — Убери руки, или.. — Или что? — теперь усмехалась старшая. — Или я тебе врежу. Руки то у меня не поломаны. — Типо злая? — повторяет Света приём Дианы. Арбенина не успела ответить, как Света развернула её к себе лицом и впилась в её губы. Тонкие губы Дианы не шевелились. Полностью расслабились. Как и она сама. Отдала ситуацию Свете — удерживать все-равно не получалось. Отстранившись, Света спросила со счастливой улыбкой на губах: — Целоваться разучилась за пять лет? — Зато ты каждый день тренировалась, видимо. — Выплюнула Диана. — Мои губы после твоих не касались никого более. И не будут. — Да ты шо. Ещё скажи это треклятое "я люблю тебя". — А я уже сказала. Сурганова развернулась и пошла к двери. — Ты так хотела, что бы я ушла. Я так хотела быть с тобой. И она ушла, Оставив Диану с её гордым одиночеством.