А всё могло быть иначе..

      Взрыв. Он медленно оборачивается. Ноги трясутся. Он плачет. Слезы текут, обжигая щеки. Он не хочет в это верить. -Ребята! – кричит Брайн. Он роняет телефон на землю. Ноги больше не способны выдержать тело, и он падает. Он бьет землю. Голова кружится, горло болит от крика. Оливия. Ботан. Няня. -Нет! НЕТ! Больно. Болит не рука, которую сломал Сергей Вражко. Болит нечто внутри. Душа. Их больше нет. Никого. Головокружение усиливается. Мир мутнеет. Максим теряет сознание.

***

      Длинный коридор. 91-я палата. 92-я. 93-я. Вот она. Макс, в белом халате и с букетом цветов в руках, медленно открывает дверь. -Я думала, ты про нас забыл! – усмехается грубый женский голос. -А я говорил, что он не мог нас забыть! – приветливо улыбается очкарик с соседней кровати. Белая, пахнувшая белизной и лекарствами, двухместная палата. В ней двое больных. Ботан и Оливия, перевязанные бинтами, лежат и улыбаются Брайну, будто ничего и не было. -Это че за говно? Убери! –возмущается Оливия, заметив букет белых роз в руках Макса. -Оливия! Это очень мило с твоей стороны, Брайн, но, мне кажется, врачи не разрешат цветам быть в палате! – Ботан пытается чуть оторваться от подушки, но тут же падает обратно. Пока не может. -Я еще вам апельсины принес, так-то. – Макс поставил кулек с оранжевыми мячиками на тумбочку. Цветы рядом. -Как чудесно. Лучше бы чипсы принес! – возмущенно цокнула Оливия. Брайн закатил глаза. -Вы как? – спросил он. -Просто прекрасно. Лежим целыми днями, связанные. Ни кинчика, ни ютуба, ни-че-го! Лежи и смотри на этот прекрасный потолок! – почти прорычала Оливия. -Но врачи сказали, что мы уже идем на поправку. – сообщил хорошую новость Ботан. – Еще немного, и нас выпишут! -Это хорошо. – улыбнулся Макс. Это хорошо. Они живы. Все хорошо. Больше не угрожает никакой ютуб.

***

      Макс стоит перед крыльцом городской больницы. В одной руке скромный букетик роз, в другой –несколько пачек чипс и стопка самых научных книг, которые он только нашел в городе. Открывается дверь, и из неё выходят два человека. Слегка потрепанные, но живые и здоровые, а это самое главное. -О, эт по нашему! – восклицает Оливия, видя пачки в руках Макса. – А веник этот выкинь. -Нет, зачем-же, дома в вазочку поставим! –защищает букет Ботан. Оливия закатывает глаза. Домой идут шумно, вспоминая все, что произошло с ними до этого. Вспоминают и беспрерывно смеются, как будто они не были на волосок от смерти. Люди проходят, странно косясь на гогочущую троицу. Они выглядят нелепо, но им все равно. Они вместе. Они живы. Так и должно быть. -Мне жаль, что Няня.. – тихо говорит Брайн. -Че? А. Так она в соседней палате лежала. – Оливия закидывает в рот очередную горсть чипсов. -Правда? – удивляется Брайн. Ботан кивает и начинает рассказывать, как она ворвалась к ним, ругаясь, что они оставили её там умирать. А еще, что у нее в палате безумно душно. Но врачи быстро загнали ее к себе. Брайн смеется.       Наступает ночь. На кухне разбросаны коробки из-под пиццы, пустые банки от кока-колы и пепси, упаковки от чипсов. Троица развалилась на диване перед телевизором. По тв идёт муть для домохозяек за тридцать, но им все равно. Они не смотрят, они разговаривают. Долго. Час ночи, два, три, рассвет. Наконец, они засыпают. На том же диване, в тех же позах, что сидели. Ботан откидывается назад, Оливия у него на плече. А Брайн смотрит на них и улыбается. Он все ещё радуется, что они рядом. Засыпает он так же с улыбкой.

***

      Белый потолок. Мерзкий липкий воздух, пропахший белизной. Он медленно открывает глаза. Голова гудит. Рука надоедливо ноет. Где он? Он ведь засыпал дома. Макс пытается подняться, но сил на это не находит. Он лежит, переваривая информацию. Взрыв. Больница. Оливия. Ботан. Медленно приходит осознание. Нет, он не хочет в это верит. Всё это не могло быть.. Только сном. Нет!       Заходит медсестра, спрашивает, как самочувствие. Он первым делом узнает, где его друзья. Девушка качает головой. Их нет. Кто-то кричит. Громко, оглушающе. Болит горло. Это он кричит. Это вся боль вырвалась из его груди. Это крик безысходности, переходящий в плачь. -Прошу, пусть это будет сном, просто сном! – причитает он. Но это не сон. Это реальность. И он ненавидит эту реальность. Его выписывают, но он не торопится возвращаться домой. Он долго гуляет по городу, вдыхает холодный воздух, думает. Иногда останавливается, слушает стук сердца. Всё могло быть иначе. Не будь ютуба. Не будь Сергея, не будь этой проклятой Бриллиантовой кнопки. Не будь всего этого, они были бы живы. -Я скучаю.. – тихо говорит он, продолжая ход жизни.

***

      Перед ним - бочка, в ней - огонь. Он удивляется, как же легко плавится Бриллиантовая кнопка. А там, вдалеке, стоят Оливия и Ботан. Обнимаются, смотрят на небо. Макс усмехается, смотря на них. Все могло быть иначе. Но все так, как есть. -Спасибо, Брайн! – кричит Ботан, махая другу.