Цветочки

Хосок в тишине и покое надевал фартук. Он надеялся, что сегодня у него будет хотя бы на одного покупателя больше, чем вчера. Омега пригладил волосы, взглянул на время в телефоне, потом задумчиво оглядел цветы у витрины: достаточно ли они хороши? К нему зашёл в одиннадцать часов какой-то старый-старый дедушка, купил пару цветочков и скрылся - словно его и не было. Потом зашёл смущённый школьник, сбежавший с уроков. Он купил букет цветов для девочки, которая ему нравилась, но он все не решался с ней заговорить. И вот в два часа дня звякнули колокольчики. Сонный Хосок поднял голову и сразу заулыбался: – Здравствуйте! "Мой Пиончик!" - обрадовался мысленно омега. Мужчина поклонился: – Здравствуйте... Я бы хотел купить у вас букет... Снова... – Конечно-конечно! – Хосок приготовился собирать заказ. – Что-нибудь... Радостное... Омега бодро закивал. Маленькие белые цветочки, весело покачивающие головками, жёлтые хризантемы и листва. – Вот! Смотрите какой! Он простой, но все равно очень милый! – Хосок поднял сложенный, но ещё не завёрнутый в бумагу букет. – Да, это очень красиво... Я возьму так. Сколько? Омега отдал букет, получил заветную денежку, отправился обратно за стол. Стоило круглолицому господину скрыться из виду, в магазинчик залетел Чимин, звякнув ветерками. Он с порога зашипел, подбегая к другу: – Хоб-а! Что это за парень? Кто это? – Покупатель, – Хосок засмеялся. – Кто же ещё? – Он странный! - буркнул Пак. Он оглянулся назад, будто кто-то мог подслушать их разговор. – Нет-нет, Чимин-а, он просто покупает цветы! – Он стоял у моей двери, перед тем, как зайти сюда! Минут пять стоял! - шипел омега. Он подбежал к другу. – Хоб-а, этот парень стоял там и мялся! У тебя камеры стоят в магазине? – Чимин задрал голову, ища камеру на потолке. – Только тут, – Хосок указал пальцем на камеру, закрепленную в углу над его столом. – Хоб-а! – зарычал младший омега. – Разве одной достаточно? Чон улыбнулся и пожал плечами. Он собрал обрезки травинок в небольшой мешочек. Он положит их в землю к одному из своих растений сегодня вечером. Чимин вздохнул. – Ну ты, конечно... Ладно, будь осторожен... Ладно? Хосок послушно кивнул, улыбаясь другу. – Ты домой сегодня во сколько пойдешь? – Пак сложил руки на груди, оглядывая магазинчик. – Да как обычно... – Я попрошу Намджуна проводить тебя. Это парень странный... Он тут не первый раз уже. Он мне не нравится... – Чимин нахмурился. – Не надо Намджуна, – Хосок медленно покачал головой. – А кого надо? Хоб-а, за мной не следят странные парни. – Он не следит за мной, – негромко говорил омега. – Он просто покупатель... Он приходит иногда, покупает цветы, и уходит, – Хосок раскладывал вещи на столе. Ножницы, скотч. – Солнышко, – вздохнул Чимин, – будь на связи, когда пойдешь домой, ладно? Хосок смущённо улыбнулся: – Хорошо. Бледновато-розовые губы неспешно, похрипывая, произносили: "Солнышко, - большая белая рука легла на макушку Хо, - будь на связи, когда пойдешь домой, ладно?" Чон сморгнул странную фантазию. "Ой..." - омега с непониманием смотрел на Чимина, который что-то уже успел сказать. – Хоб-а, ты чего там себе думаешь? Ты хоть слышал, что я сказал?.. – омега заглядывал флористу в лицо. Хосок снова улыбнулся: – Я буду на связи. Чимин тяжко вздохнул: – Я спрашивал, давно ли ты виделся с Сокджином! Чон посмеялся: – Прости, Чимин-а! Мы не виделись уже две недели, но он присылал смс не так давно. Хочет, чтобы мы втроём встретились. – Это хорошо... Ладно, я пойду, а то папа сам на кухне не управится, – Пак вышел, махнув другу рукой. Спустя некоторое время Хосок задумчиво смотрел на освещённую рядом фонарей плитку под ногами. Омега почему-то вспоминал голос Пиончика. Мягкий, похрипывающий, довольно низкий. Бы-дыньк! Хосок вытащил из кармана телефон. Намджун: >Ты дома? >Чимин сказал, за тобой какой-то чел странный увязался Омега вздохнул и заговорил, включив запись сообщения: >[Я только иду домой. Почему ты вообще мне написал?] Намджун внезапно позвонил. Хосок удивился, но вызов принял. – Да?.. – Ты сейчас где идёшь? – Я почти дома... – Я спросил, где ты. – Я сказал, что почти дома. – Хосок- – Намджун. Альфа промолчал пару секунд. – Иди быстрее домой. Я повишу тут, пока ты не зайдешь в квартиру. – Зачем ты вообще это делаешь... – Чимин за тебя волнуется. Если он будет на нервах - достанется мне. Ты же знаешь, какой он, когда злой или взволнованный. – А ты не волнуй его... Намджун посмеялся. – Хоб-а, расскажи, что там за парень. – А что? – Интересно. Да и ориентировки потом сделаю, если что... Теперь тихонько посмеялся Хосок. – Ну... Он беленький... У него круглое лицо... И нос, такой... Знаешь... – омега задумался. – как картошечка маленькая. Я заметил, у него руки большие. Белые... – Он тебе нравится? – Нет, - твердо ответил омега. Ну, ответил-то он твердо, а сам улыбался, вспоминая парня, как улыбался цветам и вкусной еде. Что-то есть в этом Пиончике. – Я надеюсь... Слушай, Хоб-а, ты не думал об отношениях? – Это неважно... Я не хочу обсуждать это с тобой. – А с Чимином? – То, что я скажу Чимину, я скажу только ему. Намджун усмехнулся: – Но он ведь все рассказывает мне... – Если он что-то рассказал, значит хочет, чтобы ты знал это. Это не мое дело. Омега нахмурился, слушая альфу, но потом вдруг снова легко улыбнулся, вспоминая белые длинные пальцы и букет, которые они держали. Хосок ехал в лифте. Намджун продолжал оставаться на связи, несмотря на то, что омега молчал. – Я у квартиры... – негромко сказал омега. – Хорошо. Давай, пока. Скажу Чимину, что ты в порядке. – Да, пожалуйста, – Хосок улыбнулся: – пока. – Пока. Звонок был закончен. Омега закрыл дверь с внутренней стороны на ключ, поставил рюкзак на пол. Хосок включил свет и сел на колено, чтобы развязать обувь. Чон взглянул на пустой коридор, свет из которого проходил в темную комнату (по сути, коридор был лишь отделен перегородкой, высотой в стену, на которой крепились несколько крючков и полка для хранения обуви). Омега вздохнул и опустил голову: "А вот если бы у меня был кот..." И он принялся фантазировать: зверёк бежит к нему и ластится, мурлычет, трётся об ноги, просит прогладить и угостить чем-нибудь вкусным. – Я хочу кота, – произнес омега в темноту, будто, если он не подумает, а скажет, его желание могло мгновенно исполниться. Увы, но внезапного мяуканья и топота лапок не последовало. Мягкий пушок не прижался к джинсам. Хосок опять вздохнул. Он взял портфель и, оставив его в спальне, пошел на кухню. Омега включил светодиодную ленту, протер глаза. "Надо начать питаться чем-то, кроме рамена," – лапша ему совсем надоела. Стоило ей попасться на глаза, Чон издал презрительное и усталое "кххххх". Омега нашел хлеб и вытащил из холодильника ингредиенты для бутербродов. Немного вареной курочки, капуста кимчи, которую купил папа. Хосок помыл кимчи, чтобы избавиться от чрезмерной остроты, которую капусте придают приправы на производстве, сделал бутерброд, съел его. Потом сделал ещё один. Вдруг, оставив на разделочном столе еду, он вытащил телефон из кармана. Омега улыбнулся, увидев много сообщений. Папа писал о том, что придет снова на выходных и поможет приготовить хорошую еду (Хосок уже пожаловался ему на надоевший рамен), дедушка рассказывал про дедушку-альфу и снова стал фотографии (они вместе ходили в магазин и купили новые тарелочки), несколько заказчиков ждали растения, а некоторые спрашивали об уходе за теми цветами, которые успели купить в магазине. Хосок сел прямо на пол и принялся отвечать на сообщения с помощью аудио (иначе он бы просто не успел ни помыться, ни поесть, ни заняться уходом за кожей, который был для него своего рода медитацией. Омеге нравилось мазать или накладывать маски, делать массаж лица, умываться различными средствами, которые приятно пахли и заставляли его смуглое личико сиять. Однако в этот день медитации не получилось. В голове застрял образ не то белого, не то бледного - Хосок до сих пор не мог определиться - альфы. Омега вдруг начал шлёпать себя по щекам, зажмурившись: – Он занят! Он занят!