Ты похож на закат.

Шел 845 год. Город Сигансина, что за стеной Мария. - Эрен, ты дурак, из-за тебя мы опоздаем, почему мы с Микасой всегда должны тебя торопить и ждать?! А если Армин расстроится? Бежим скорее!- прикрикнула я своему другу, на что тот только фыркнул. Ей-богу как маленький, а ведь уже 10 лет. Эрен, Микаса и я, Анна Кравец. Я старше остальных ребят на два года, имею длинные темно-каштановые, почти черные волосы, заплетенные в две косы, доходящие почти до середины бедра. Мои глаза цвета глубинного океана, о котором мы прочитали в книге дедушки Армина, по словам друзей, в них играл стальной, но озорной и веселый огонек, отражающий мой непростой характер. Строгая и умная, проницательная и спокойная, но в тоже время я становлюсь, по настоящему, злой и даже немного жестокой, когда кто-то смеет сделать плохо моим близким. Но это не касается тех, кто сделает что-то плохое мне. Таким я просто улыбаюсь. Почему? Узнаете, но чуть позже. Да уж, мы с Микассой похожи в том, что у обоих есть крепкий стержень. Мы горой за дорогих нам людей. Мы та еще парочка мстительниц. Нас боятся даже собаки. Мы с Армином одного роста, так что были самыми низкими, что конечно доставляло некоторые неудобства. Тем временем наша троица добежала к дому Арлерта. -Эй, вы, почему так долго? – спросил Армин, при этом держа книгу о внешнем мире. Она сразу полюбилась нами, естественно, ведь есть здесь некая тайна, откуда эта книга и есть ли все то, о чем говорится в ней. -Прости, Эрен, как всегда, задержался, - сказав это, я бросила в сторону Йегера строгий взгляд. -Да, причем здесь я?! – обижено крикнул зеленоглазый мальчик, скрестив руки на груди и отведя взгляд в сторону. Армин и Микасса, еле сдерживали смех, наблюдая за нашей парочкой. Хоть этот малый и вляпывался во всякие проблемы, я его все равно любила. Они с Микассой стали для меня родными. Где есть они, там есть и я. И все наоборот. А позже мы познакомились с Армином. Я была поражена тем, каким он был смелым. Он, ни раз, нас выручал своим умом и находчивостью. Как-то раз на нас напали пьяные мужланы, по-другому их назвать можно только самыми грязными и неприличными словами. Микасса и я уже собрались дать отпор, но Арлерт не любил насилия, хотя я бы тем идиотам врезала. Он заговорил им зубы, сказав что недалеко от того места где мы находились, был кабак, в котором, якобы, разливали бесплатно алкоголь. Те свиньи, как только услышали словосочетание «бесплатный алкоголь», развернулись и убежали в ту сторону, куда указал Армин. Эти три малявки стали моей новой семьей. Многие говорили, что я повзрослела слишком рано. Мне было всего восемь с половиной лет, когда моя мама умерла от пневмонии холодной осенью, прямо на моих глазах. Тогда я будто потеряла то тепло, что каждый день дарила мама, она улыбалась в любой ситуации, от чего становилось легче на сердце. Я обожала ее мягкие и теплые руки, что каждый раз меня обнимали. От мамы всегда пахло ванилью и яблоками потому, что она часто готовила яблочные пироги, а потом и я научилась. А когда же она заболела, мне пришлось идти работать вместо нее на рынок, продавая цветы и некоторые лекарственные травы. Она всегда говорила, что нужно быть сильной и идти по жизни с улыбкой. Зла в этом мире слишком много, чтобы быть злой. Поэтому я всегда улыбалась для нее, и даже когда меня отталкивали от себя ребята из моей деревни, я продолжала с ними здороваться и улыбаться им, ведь я должна быть сильной. Ради мамы. Спустя полтора года мой отец, тихо, но верно, сошел с ума, виня в смерти себя, ведь именно той злополучной осенью, когда мама заболела, он оставил ее с ребенком одну, уехав за стену Роза. И в один день я пришла с улицы домой, и первое, что увидела это, как отец висит на петле, которая была закреплена к потолку. А рядом с висящим телом, на столе, лежала записка. «Анечка, доченька, знай, мы тебя любили всем сердцем. Прости, что оставил тебя одну, но я слишком слаб, чтобы жить с грузом вины за смерть Елены. Не вини себя, виновен только я и никто больше! Живи, ради нас с мамой, живи ради себя! Скоро приедет доктор Йегер, он позаботиться о тебе. Будь сильной! Прости за все!», мои ноги не выдержали, и я рухнула на пол, держа в дрожащих ладонях предсмертную записку отца. Я злилась на него, на себя за то, что была не рядом с ним, когда это было нужно. У меня была истерика, немой крик и водопад слез, сейчас это мои спутники, которые с каждой секундой только усиливались. - Ч…что…Аня, что произошло?! – подбежал ко мне какой-то мужчина, - ты в порядке?! Как давно ты так сидишь?! – кажется, это доктор Йегер. - Па…папочка… - истерика снова завладела мной, - Я..Я п..пришла, а тут…па..папа почему… - слезы градом лились, даже не думая останавливаться. -Придя я раньше, я бы успел его вытащить, боже, чего же ты натерпелась, прости, - прижимая к себе маленькое и дрожащее тело, слезы закончились и остались только немые всхлипы, - Анна, слышишь меня? Сейчас мы поедем ко мне домой, и ты будешь жить у меня, у меня есть сын и дочь младше тебя на два года, вы подружитесь. Давай сейчас поступим так: ты пойдешь собирать все необходимые вещи, а я вызову военную полицию. Хорошо? - мягко улыбнулся мужчина, поглаживая по спине всхлипывающую меня. -Хорошо,- тихо сказала я, кинув последний взгляд на висящий труп отца, после чего резко отвернула голову и побежала в свою комнату. Город Сигансина. Стена Мария. Прошел день дороги. - Карла, Эрен, Микасса идите сюда, мне нужно кое-кого вам показать, - я потупила взгляд и нервно теребила ткань юбки. Гриша это заметил и ободряюще погладил по голове. Я немного расслабилась и решилась посмотреть на людей, которые теперь станут для меня семьей. -Что случилось? Кто эта девочка? – Карла выглянула с кухни, а за ней показалось двое детишек, что с неприкрытым интересом разглядывали гостью. Мать детей поистине красивая женщина. Ее глаза были янтарного цвета. Темные волосы, заплетенные в косу, немного растрепались. На ее плече висело полотенце, и, судя по вкусному запаху, Карла что-то готовила. Дети за ее спиной – мальчик и девочка, загорелись интересом к девочке. Мальчик - родной сын Йегеров. Зеленоглазый брюнет. Горящие глаза, в которых можно утонуть, как высокой зеленой молодой траве. А вот девочка была не похожа на Йегеров. Она смахивала на азиатку. Ее черно-синие волосы падали и закрывали лоб и немного глаза. Микасса уткнулась носом в шарф, будто спряталась, но по глазам можно прочитать, что ей интересна я, что стоит у двери рядом с отцом. Я неловко переминалась с ноги на ногу, ведь на меня никогда не обрушивалось столько внимания. У меня никогда не было друзей, и я понятия не имею, как себя вести со сверстниками. Тем более я была будто в трансе, что будто все это происходит не со мной. Сейчас я открою глаза и окажусь дома, в окружении своей семьи. И чтобы проверить свои догадки, я моргнула два раза своими синими и потухшими глазами, но все четно. Мои желания остались не исполненными. -Познакомьтесь, это Анна. Могу я рассказать им? – последнее он сказал рядом стоящей мне, я же просто кивнула и закрыла глаза, - Ее мама умерла, когда ей было всего восемь с половиной, а недавно ее отец покончил с собой. Теперь она будет жить с нами, пожалуйста, будьте с ней мягче. Дети подружитесь с ней, - во время речи мужа, у Карлы все больше расширялись глаза. А в конце рассказа о жизни маленькой девочки женщина не выдержала и бросилась в объятья ко мне. -Боже, бедная девочка, столько натерпелась, если тебе будет что-то нужно, то не стесняйся, говори. Теперь ты наша семья. Пошли, я покажу, где ты будешь жить, - взяв за руку, Карла повела меня в комнату, где живет Микасса. Аккерман пошла за нами и помогла расположиться новой соседке. -Я Микасса, я не родная дочь доктора Йегера, они меня приютили, - сказала черноволосая, когда Карла вышла из комнаты, - Моих родителей убили работорговцы, а меня похитили, а Эрен меня спас, - после сказанного Аккерман уткнулась носом в красный шарф. Наступила немая тишина, мы сидели на своих кроватях и не знали, что сказать. Так продолжалось до тех, пока в комнату не влетел вихрем младший Йегер. -Аня, я Эрен, приятно познакомиться, - широко улыбаясь ослепительной улыбкой, протянул в знак знакомства свою руку. - Взаимно, - чуть улыбаясь, сказала я. Мне нравилась эта семья, хоть пробыла в этом доме не более получаса. Здесь отовсюду веяло уютом и теплом. Невольно вспомнились те беззаботные деньки, когда мама была жива, а отец не сошел с ума и не повесился. В глазах защипало. В горле застрял крик отчаянья и боли. На юбку упала первая слеза, а за ней следом еще бесконечное количество соленых и горестных капель. Эрен и Микасса сразу же попытались меня успокоить, но ничего не помогало. Вот опять я не сдержала обещание данное маме, всегда быть сильной. Я уверена, маме хотелось бы видеть меня с улыбкой на лице, а не со слезами на глазах. Мои туманные размышления прекратились из-за Аккерман, обнявшей меня так сильно и с таким пониманием, что я на секунду забыла, как дышать: -Все будет хорошо, я понимаю, насколько тебе сейчас плохо, если тебе нужно, то плачь столько, сколько нужно, а мы будем рядом. - Да, мы всегда будем вместе. И никто нас не разлучит! – сказал мальчик, он сел рядом и положил свою ладонь на мое плечо. Я повернулась так, чтобы могла видеть лицо Эрена и улыбнулась счастливой улыбкой. - С..спасибо. Спасибо, вам большое! – сильнее прижимаясь к ребятам, тихо произнесла я. Теперь я плакала от счастья, от того, что у меня снова есть дом, где тебя будут ждать. Я дала себе обещание, что больше я не буду плакать, только не перед ними. Я буду улыбаться для них. Теперь я буду защищать их. Я больше не потеряю свою семью. - Так, для чего ты нас позвал? – произнес зеленоглазый, смотря в сторону виновника нашего собрания. - Я нашел секретную запись в этой книге, - указывая на предмет, произнес блондин. - И что же там? – хором произнесла вся наша троица. - Там написано, что в океане есть киты. Это такая гигантская рыба. Точнее не совсем, это животное, хотя непонятно почему. А еще они умеют петь! – с горящими глазами рассказывал Арлерт. Его энтузиазм перешел и ко мне, я уже начала представлять, как поют киты. Кажется, у меня появилась еще одна мечта, помимо жизни вне стен, теперь еще, и увидеть китов. -Вот бы увидеть их, - мечтательно произнесла я. -Да…Я ….-на полу слове прервал Эрена какой-то грохот. И тут же нас подбросило в воздух невидимой волной. - Ай, что это?! – вставая с дороги, сказала Микасса. Все испуганно переглянулись. Секунда и все четверо уже бежим в сторону где, собственно, и была причина звука. Толпа зевак так и норовила придавить маленьких детей, что пару раз чуть не случилось. Мы прибежали на площадь перед воротами на земли вне стены Мария и ужаснулись от увиденной картины. На самом верху стены виднелась рука, она была огромных размеров, без кожи, чисто оголенные мышцы. Но когда показалась голова титана, тогда отпали все сомнения о том, что это все сон. Стены были высотой под пятьдесят метров. Но этот титан явно превосходил ее по габаритам. Минута и ворота были разрушены, огромные камни летели в разные стороны, то и, делая, что разрушая дома и давя несчастных людей. В голове пронеслось лишь одно: «Матушка!». -Нужно домой, - лишь это сказала я и убежала в сторону нашего дома. Вслед за мной побежали и младший Йегер, и Аккерман. Еще немного, пусть все будет хорошо. Сейчас мы зайдем за поворот, и матушка будет цела…