Ваша курица, Бакуго-сан.

Гул от далёкой трассы заглушался только птичьем чириканьем. Утро. Приятные сине-розовые сумерки не напрягали глаза. Даже солнце ещё не взошло, ещё рано - уже осень. Казалось бы, осень, которая должна быть промозглой и противной, но последнее время, на удивление, было довольно тепло. Только утром или вечером все могли спрятаться от яркого огненного шара. Мидория спешит на работу. Он обычный студент обычного университета, идёт в обычный ресторан на обычную работу официанта. Зелёные кудряшки мило подпрыгивали, когда парень широкими шагами сокращал расстояние до порога его работы. Небольшое пальтишко развевалось на ветру, модные шнурованные черные ботинки, не выше щиколотки, задавали приятный "топ" в соприкосновении с тротуарной плиткой. Вот Изуку дёргает заветную стеклянную дверь с приятной бархатной деревянной вывеской, тихонько звенит дверной колокольчик, порой такой раздражающий. Особенно в понедельник. Вообще, работка - ой, какая не пыльная. "Принеси, подай, убери и извинись ещё за это" - лозунг этой должности, самой простой и доступной для студента. Мидория тихонько проскальзывает в подсобное помещение, натягивает белую рубашку и такой же ослепительно чистый фартук. Все белье гибкое и гладкое, прачка только высушила и погладила. Пахнет порошком и какими-то пряностями. Повар мимо приходил? Парень выходит из помещения для рабочего персонала и натыкается на второго официанта. - Изуку? Хах, я уж думал, что ты уволился, - а улыбочка такая едкая и противная, что хочется взять что-то потяжелее и... - Да-м, я побоялся лишить вас такой знаменитости, - буркнул зеленоволосый, развернувшись спиной к "собеседнику". Только он собирался пойти на своё законное рабочее место, как вдруг ему в спину бросили шипящее: - Нам такие рукожопы не нужны. Изуку закатил свои изумрудные глаза. Да, он не такой уж и ловкий, но зачем как котенка носом тыкать... Пройдя в главный зал прилично дорогого (по меркам жителя с низким заработком, чуть выше зажиточного минимума)го ресторана, парень присел за барную стойку и окинул всё пространство взглядом. Яркая бордовая обивка стульев и диванов из нежного бархата служила маленькими островками яркости среди бежевых и золотистых оттенков. Лёгкие шторы из плотного, даже чуть тяжёлого, тюля с очень мелким золотистым люрексом свисали от самого потолка и ложились на пол, собирая пыль, которой тут никогда и не было. Люстры... ох, люстры! Произведение искусства! Куча маленьких хрустальных гранёных шариков растягивались от потолка метра на три. Они заканчивались в метре от пола, поэтому официантам часто приходилось обегать их вокруг, не дай боже задеть хоть одну длиннющую висюльку! Тонкие, но довольно мягкие бежевые ковры, покрывающие паркет в цвет свежесваренного латте, не позволяли себе грязи, поэтому весь персонал ходил в специальных тапочках. А блюда... многие даже их названия не выговорят, не то что попробуют. Вся эта "помпезность" совсем не хотела вмещать в себя Мидорию. Он был обычной... грязью в сравнении с гостями этого рая на Земле. Поэтому, случись непоправимое, его тут же бы выгнали и дело с концом! И как по всем законам матушки-судьбы, такой случай у него уже имелся: вчера он поскользнулся и вылил чей-то невъебенный крем-суп на невъебенного гостя-бизнесмена. А у этого человека был костюм прямо таки с иголочки. Изуку взмолился этому мужчине на коленях, даже пообещал отдать все деньги за химчистку. Но его окинули оценивающим снисходительным взглядом, грубо скалясь. Очень уж пареньку было стыдно. Видели б вы лица всех сотрудников ресторана! Да и многие гости брезгливо косились на несчастного криворугого официанта. Всех их лица - умора! А ещё больше Изуку посмеется, если его выгонят с работы, уже как несколько месяцев считавшейся у него новой. Но за этот инцидент ему только вычли штраф из зарплаты (гость и непосредственно заказчик супа настоял... этот суп стоит больше, чем весь твой дом!!!) и сказали, что он плохой мальчик. Всё обошлось. Вот и выяснили, почему же к нему многие сегодня цепляются. Все боятся, даже его "любимые" коллеги, что один маленький бедный студент испортит репутацию одного большого богатого ресторана. Сегодня день пошёл как по маслу. Пусть даже понедельник. Мидория ловко обегал круглые столики, перенося бесконечные подносики, вилочки, ложечки, тарелочки... Вот и вечер! В девять часов его полная двенадцатичасовая смена - пуф - закончится! Осталось подождать ещё сорок минуточек! Но ох уж эти сорок минут... Началось всё с того, что Изуку присел отдохнуть за баром, полным всякого понтово-дорогого пойла. - Мидория, почему бы тебе не взять отпуск? Авось забудут про вчерашнее... - усердно натирал невысокий граненый стакан-бриллиант для виски изящный парень с ярко-жёлтыми волосами. - Неужели у нас все здесь такие злопамятные... - фыркнул он напоследок. - Да-а, сейчас только в отпуск! Меня же не пустят, Каминари, - кудрявый поставил локти на колени и подпер подбородок потными ладошками. В зал заходят безмерно богатая и красивая пара. Девушка... точный возраст ей дать нельзя, потому что выглядела она как расфуфыренная восьмиклассница, и... мужчина. Тот самый гость-бизнесмен, на которого Изуку вылил суп! Знакомый ярко-красный строгий костюм нельзя было не заметить, особенно его приближение к бару. Мужчина-блондин отодвинул даме стул, затем сам сел напротив. Расположились они сегодня прямо перед ВИП-местами, где чуточку переливался ворс на бархатных диванах. - Черт! Ты посмотри! Это же он... тот, вчерашний! Какие они... богатые. Вот и ещё одни экземпляры светской жизни. Ему не только на химчистку и дорогие костюмы хватает, он ещё и второй вечер подряд заявляется в ресторан! Неужели его всё тут устраивает? - испуганно, а затем ворчливо пробубнил свою тираду зеленоволосый. - Ой, ой, посмотри какие у неё пельмени. Как она говорит? - Изуку брезгливо озирался на девушку, прошедшую с тем мужчиной в красном. - Ещё один бизнесмен. Часто видел его здесь. Последнее время один, а раньше всегда с партнёрами приходил. Всё время с разными, кстати. Вот же ж прошманд... - Каминари не успел договорить, как мужчина раскатистым и очень приятным хриплым басом позвал официанта. Мидория уповал на то, что к ним кто-нибудь да подойдёт, но как на зло - все остальные официанты были заняты другими гостями. - Ладно, была - ни была! Мой выход, - Изуку встал и оправил фартук. - Не напортачь там опять, ладно? - засмеялся блондин. - О! Впихни им какое-нибудь дорогущее винишко! А то начальник присказал продать. - Попробую и воспользуюсь всем своим обаянием, которое у меня осталось после вчерашнего, - протараторил Мидория и рысцой поспешил к нужному столику в ближнем к бару углу, обставленном диванами. Лавируя между преградами, до Изуку начал доносится противный голосок девушки. Она что-то быстро рассказывала с будто заложенным носом. Сиськи - навыкат, платье - по последней (нет) моде - всё в разных блестках и перьях (Изуку не рассматривал особо, но они могли там быть), самое короткое, что может быть. На голове - гнездо! У этого мужика вообще есть вкус? Или ему все равно с кем ночи проводить? Вот Мидория подошел, мило поздоровался и, немного замявшись, спросил такое привычное всем "что будете заказывать?" Гость сначала ошеломлённо зыркнул на юношу, а потом как-то... хитро улыбнулся. - Что будешь? - нервно перебил это чучело мужчина, но как истинный джентльмен спросил о заказе. - Мне... ох, - она пыталась изобразить полустон, но у неё ничего не получилось. Даже в этом она, видимо, не сильна. Ладно, может она чем-то удивит ещё. - Бакугоу-сан, мне, наверное, устриц... О! или моих любимых королевских креветок? - глупо захихикала она. Изуку и "Бакугоу-сан" одинаково закатили глаза, решив, что эта дамочка не блестит оригинальностью, как и многие другие гости этого заведения. - Дорогуша, - просипел мужчина, а затем смущённо и раздражённо откашлялся, - решай быстрее. - Давайте я пока запишу, что будете вы, - Мидория снова натянул услужливую лыбу и уставился прямо в глаза "Бакугоу". Глубокий алый, в котором полыхала ярость и страсть. Такое живое пламя... оно греет на себя смотрящего, но иногда будто может испепелить до тла. "А он неплох. Плох здесь только его вкус в женщинах. Интересно, были ли у него мужчины...?" - Нам "Утка..." какая-то с лавандой, потом "Сырное ассорти с виноградом". А, да, ещё вино какое-нибудь... - Вино "Vigna Sere, Dal forno Romano, 2004 г."* подойдёт? - слишком любезно оскалился официант. - А оно игристое? - заёрзала на месте девушка. - А то я другое не люблю! - Нет, совершенно обычное, - Изуку сжал зубы, чтоб ими не заскрипеть. Дама оказалась туповатой - она не замечала никаких раздражений от своих собеседников и людей вокруг, будто всё в пределах нормы. - Ты уже решила? - шумно выдохнул через нос Бакугоу. - Ну, да, наверное, возьму салатик какой-нибудь... "Морской" - Всё, ожидайте свой заказ, - мило прощебетал Мидория, слегка прищурившись. Но видели б вы его смену эмоций, когда гости остались за спиной. Нахмурившись, парень попал на кухню, дабы прилепить этот несчастный стикер с записью... желательно кому-нибудь на лоб! Почему-то очень разозлила его сегодня эта "сладкая парочка"! Хотя, по виду того мужчины тоже не скажешь, что он рад.

***

Эти мужчина и девушка приходили ещё четыре раза, каждую новую неделю. "Бакугоу" практически постоянно брал одно и то же вино, одни и те же закуски, только основное блюдо менял. Эта... баба! Брала себе сплошные устрицы-сопли. Ну и как она ещё в моллюска не превратилась... Как же у Изуку подгорало из-за неё. Она и ничего ему не сделала - живёт себе и всё. Но бесит прям до хруста костяшек. Почему? Мидория пытался это выяснить постоянно. Ведь чаще всего именно он обслуживал этих "элитных" гостей, будь они хоть лошадьми. Одним прекрасным пятничным вечерком они снова пришли в этот ресторанчик "********". Понравилось им тут очень, видимо. Изуку обслуживал другой столик, более бюджетный, чем те вип-места вдоль стены, когда увидел их. Девушка в этот раз надела длиннющее розовое платье с огромным вырезом, словно какая-нибудь принцесса. Кацуки-сан, так звали того господина, был в новом своем костюме - темно фиолетовом, состоящем из пиджака, брюк и жилетки. На жилетке сверкали контуры роз, вышитых из блестящих шёлковых нитей. Тот усадил девушку за столик, а сам ускакал на кухню. За это время наш кудрявый парень успел добежать до бара и скрыться за деревянной стойкой, снова посиживая на стульчике рядом с Каминари. - Что за... - прищурился Изуку. - Эй, видел? Бакугоу зашёл на кухню. Зачем, интересно? - Мидория, какая тебе разница? Нет, я конечно, ничего не имею против любопытства, но ты просто официант, - Денки мешал какой-то ядерное топливо для здешних пузатых хмельных кошельков, что распластались вдоль по стойке. - Но ты знаешь - это почти мои клиенты. А если он ищет меня? А что, если они попросят какое-нибудь эдакое блюдо с огнём и я спалю ресторан? А если они недовольны моей работой и хотят, чтоб меня уволили? - Изуку, до этого выглядывающий из-за лакированной дубовой столешницы словно кот из засады, спрятался за бар и сел на пол, скресив пальцы рук между собой и пребывая в тяжёлых раздумьях. - Не неси чушь! Все хорошо. Вон, он уже вернулся, - Каминари быстро отогнул и согнул указательный палец из кулачка, скрыто показывая на блондина, гордым шагом сокращающего путь до своей пассии. Каминари куда-то ушёл, а Изуку остался прятаться за баром, как испуганный кролик. Затем раздался знакомый бас: - Официант! Ну вот, его зовут. Черт. Собравшись и сгруппировавшись, кудрявый парень встал, отряхнулся и потихоньку зашагал в нужную сторону. Блондин был неотразим. Как всегда официальный костюм, очерчивающий широкие плечи, узкую талию и округлую задницу. Галстуки он почему-то не носил. Как всегда нахмуренные брови, из-за чего на переносицу легла маленькая тень. Как всегда острый подбородок и ярко выраженный кадык. Только сегодня он жутко нервничал. Знаете есть два нервных состояния у людей: а) приятное волнение, что будоражит и подстёгивает, а пальцы всё равно предательски холодеют и потеют; б) спасите меня грешного. Так вот, состояние "Бакугоу-сана" - второй пункт. Почему-то Изуку всегда чутко определял эмоции и мысли людей, словно пропуская и рассматривая мозг через МРТ. Эмпат. Полезная причуда. Девушка была совершенно спокойна, даже можно было заметить толику позёрства в её эмоциях. - Что будете? - Изуку вытянулся по струнке, во все уши внемля словам гостей. Он тоже занервничал, будто их волнение оказалось заразным. - Кхм, давайте на главное блюдо "Жареную перепёлку с запечённым яблоком и брусничным соусом", потом вино... винтаж, "Cossart Gordon, Verdelho, 1973", - у Мидории глаза на лоб полезли. - Наш десерт - он многозначно сверкнул глазами, - тирамису. Что хочешь ты, дорогая? - Кацуки очевидно трудно и хрипло выдавил из себя ласки, словно у его виска кто-то держал пистолет и заставлял говорить. Поерзав на мягком диванчике, тот немного оттягивал воротник указательным пальцем, будто ему невыносимо душно. - Мне чёнить... о! Салат "Краб - авокадо - зелень - имбирный соус", - гордо отчеканила она. Изуку стоял в шоке от таких цен, в особенности вина. 76 тысяч йен**! Да он с ума сошёл! Зарплата Мидории, к слову, - 40 тысяч йен***. А весь заказ в целом получился на 82 тысячи йен****. Хотя, чему тут удивляться. Многие гости баловались и не такими изысками ресторана с большой звездой Мишлен. - Понял, пожалуйста, ожидайте, - Изуку засмущался своему удивлению и поспешил ретироваться. Сегодня что-то не то. Они другие. Почему блондин так нервничает? Сумма их заказа за сегодня выше обычного. Но почему курчавый так обеспокоен? Какая разница, что они заказывают, как выглядят и как себя ведут? Спустя минут пять Изуку принёс им столовые приборы. В ресторанах всегда подают несколько видов вилок, ложек и ножей, разные салфетки - бумажные и не бумажные. Соль, сахар, перец, и даже сказали, что "Господин Бакугоу просил подсвечник, брокколи криворукий!" Что ж, криворукого брокколи он так и не нашёл, но подсвечник пришлось тащить. Нестандартное свидание для них... Спустя ещё минут семь Мидория принес салат для ДаМы и принялся помогать одинокой женщине где-то в центре зала, что скромно позвала его. Всё же Изуку не смог не бросать косых взглядов на его "излюбленный" вип-уголок. Девушка куда-то отлучилась, видимо "попудрить носик", как выражаются все обычно культурные женщины. Тем временем мужчина начал озираться по сторонам в поисках их официанта. Неверный взгляд зацепился за лохматую макушку и начал почти буквально испепелять затылок несчастного. Мидория тут же оглянулся. Извинившись перед пожилой гостьей, юноша повёлся на подзывающий жест "иди сюда, иначе тебя выкинут отсюда и ты никогда больше не найдёшь себе работу". Вот он уже стоит напротив блондина, слушая воцарившуюся между ними тишину. Внезапно блондин схватил двумя пальцами за подвернутый край фартука парня и подтянул к себе ближе. От такого безобидного домогательства Изуку чуть не упал. Но всё оказалось куда проще и мрачнее, чем напредставлял себе кудрявый. - Скажи поварам, чтоб то грёбаное кольцо положили в наше тирамису! - блондин не хотел отпускать Мидорию, от чего тому стало жуть как неловко. Щеки немного порозовели, поэтому парень тихо угукнул и поспешил ретироваться, дабы выполнить поручение. Ах вот оно что... помолвка. Неприятно как-то стало. КоЛьЦо! А вот возьмёт Изуку и... конечно сделает. Его воспитали слишком ответственным и правильным для этого мира человеком. Хотя сегодняшний день может стать исключением. Мидория вновь отвлёкся на другого посетителя, но ему было до жути интересно наблюдать за созданием новой "ячейки общества". Такие трюки с кольцами в еде у них проворачивались довольно часто. Странно, конечно, что никто ещё не подавился ими и не сломал себе зубы. Вообще, довольно странно получается - на свиданиях Изуку здесь их видел от силы месяц, а он ей уже предложение делает! В общем-то Изуку должен наплевать с высокой колокольни на них, но ум все возвращается к их столику. Как и он сам. Вот Бакугоу кто-то звонит. Он медленно и обречённо достаёт крутой новенький смартфон и отвечает. Сначала его лицо приобретает выражение а-ля "да ладно, вы шутите?", затем "пойду расцелую весь встречный люд", что ему было не свойственно. Из далека Мидории не слышно, что он там бубукает, но точно видит все его эмоции. После сброса трубки наступило осознание. Паника. Бакугоу снова поманил Мидорию, но тот уже умотал в своём направлении, ничего не заметив. "Она там утопилась что ли?" - хихиункл Изуку, вспоминая то чувыр... кхм, даму. Что твориться в этой блондинистой колючей головушке, парень так и не смог понять, но очень старался. Даже успел сто раз передумать, что ж такое интересное сказали этому бизнесмену по телефону? По времени бы уже и пора нести им заказ, да и девушка уже вернулась. Выходя с заветным десертом из кухни, официант увидел, как напрягся Кацуки, во все глаза уставивщийся на него, будто о чем-то умоляя. "Всё, иду, иду, жених!"- ворчал про себя Мидория. Девушка принялась за салат, оставив тирамису на потом. Кацуки нервно стучал пяткой по полу, испепеляя Мидорию своими алыми угольками. "Да что не так?!"- гневно вопрошал одними бровями и глазами зеленоволосый. Вот и время главного блюда. Изуку ехидно улыбнулся, схватив круглый поднос с металлической крышкой-куполом. Пара мгновений, пара шажочков и... Девушка начала ковыряться в десерте, пока Кацуки пытался уболтать её, чтоб хотя бы как-то оттянуть самый важный момент. Тем временем перепёлка летит прямо на розовое платье девушки. Как жаль, должно быть, - все такое дорогое... - Ваша курица, Бакугоу-сан. Изуку совершенно спокоен. Он все запланировал. Никаких помолвок не будет. Спокоен, ровно как и Кацуки. Оба они смотрели на то, как девушка выскочила из-за стола и подняла визг на весь ресторан. - Да ты знаешь кто я?! Ты знаешь, кто мой отец?! Да тебя не только уволят - тебя посадят! Пожизненно!!! Не ресторан, а сплошной гадюшник! Так и умчалась она - без кольца, без жениха, теряя по пути все свои огромные запасы гордости.

***

- И что это было? Мидория, объясни, на кой чёрт ты второй раз грешишь своей рукозадостью! А?! - Простите, Тамада-семпай. Я заплачу за... а потом... я... можно по собственному напишу?... - Ха-ха-ха! Повёлся? - послышалось спустя долгую минуту мучений официанта. - Что...? - Изуку неверяще уставился на старшего как на безумца. - Один влиятельный человек уже второй раз за тебя заступается. Вот так да! Даже с тебя что-то требовать запретил. Так что иди доделывай работку и чеши от сюда, Мидория. Везунчик. Так ничего и не понимая, он развернулся и начал петлять по залу - сегодня он и ещё один человек должны были протирать столы и перестилать скатерти. Один из уборщиков в отпуске, поэтому между официантами разделили некоторые обязанности. Изуку все ещё был в прострации. В каком смысле "заступается?" Кто это? Неужели этот Бакугоу? Но он же специально зачем-то хотел насолить этому... этому богачу-бизнесмену! Все оказалось "по плану"? С какого перепуга то?! Пройдя в подсобку, Мидория начал привычно переодеваться в обычную одежду. Было уже поздно, нужно взять такси. Дома в холодильнике пусто, придётся зайти в магазин... - Харэ бубнить, задрот, - тихий бархатный голос послышался сзади, а чьи-то горячие руки прошлись по плечам парня, резко спускаясь к торсу, а затем и прессу... Мидория натурально взвизгнул, шарахаясь куда-то вперед и успевая перевернуться в полёте, дабы увидеть лицо этого грубияна. Перед ним стоял и ухмылялся никто иной, как Кацуки Бакугоу. - Т-ты чего тут забыл?! Это п-помещение для персонала! - запинался от смущения юноша. - Мы уже перешли на "ты?" - Если вы хотите поговорить, то давайте это сделаем не здесь. - Ох, ну вот, снова на "вы", - построил грустную моську блондин. - А давайте без "давайте"? Я тут хочу. Мне тут нравится, - нахально пристально рассматривал тело парня мужчина. - Д-дайте хоть переодеться. - Вперед и с песней, - блондин даже не моргнул и не шелохнулся. - Отвернитесь! - Стесняешься? - Да! Кажется нормально стесняться совершенно незнакомого мне человека? - А давай отвернешься ты? - ехидно прищурился Кацуки. - Мне надоели эти приперательства! Я вам не стриптизер - в трусах вертеться. Поэтому уважайте, пожалуйста, моё личное пространство, - Мидория насупился и встал полубоком, как бы не желая продолжать разговор дальше. - Зануда, - закатив глаза, бросил блондин, хлопая дверью помещения. Через несколько минут парень вышел на улицу. Вновь ночь тёмная - все заволокло тучами. Спасают только фонари, бесконечные цветастые вывески и сверкающие иногда фары машин. Прямо напротив входа стоит какая-то крутая тачка, а рядом с ней, конечно же, наш гость-бизнесмен-горе-жених. - Вы о чем-то хотели со мной поговорить? - грозно и обиженно спросил Мидория. - Спасибо тебе, выручил сегодня. Скажу, чтоб тебе премию выписали, - ухмылялся блондин. - Да кто вы такой? Выручил? Что за бред! - Изуку потряс головой выбрасывая всё непонятные мысли. - Не нужны мне ваши премии и подачки! - топнул ногой и сверкнул изумрудными глазами студент. - Ох, тогда как же мне тебе отплатить... Дай-ка подумать... - состроил задумчивый вид Кацуки, постукивая пальцами по своему подбородку. - Придумал... Блондин резко подался вперёд и схватил одной рукой подбородок, а второй обхватил спину парня, чтоб присечь все его попытки бегства. Горячие губы встретились с такими же, только сухими и мягкими. Руки плавили тело, в то время как глаза плавили душу. Мидория ещё ничего не понял и даже попытался что-то высказать. Бакугоу этим и воспользовался. Язык резко продвинулся в чужой рот, исследуя каждую грань зуба, каждую неровность неба. Жадно причмокивая, мужчина облизывал и посасывал губы парня. Горячее дыхание опалило влажную кожу. Руки блондина начали блуждать по телу, а когда спустились к паховой зоне... Изуку начал вырываться, будто опомнившись от транса. - Ты что творишь?! - испуганно начал вытирать рот от слюней зеленоволосый. - Да брось придуриваться, тебе же понравилось. Кацуки смотрел на паренька, жутко красного и сгорбленного. Просто хочется взять его и затискать. Первый раз он пришёл в этот ресторан ещё в позапрошлом году. Он был не самым дорогим и популярным, зато это место позволяло немного расслабиться. Куча девушек и парней велись на шикарную внешность и толстый кошелёк. Кацуки менял их как перчатки. Словно бездушные куклы, они даже не грели постель. Вот, несколько месяцев назад здесь появился миленький парень. Скромняга, растяпа - главные его характеристики. Просто смотреть на него - уже приятно. Ни разу ещё Бакугоу не видел его пассию или кавалера, сколько бы не следил за ним. О да... он следил за ним. Сколько тут не сидел, сколько бы он не приходил - кудрявый игнорировал его. Даже подходил заказ взять от силы раза два. И это за несколько месяцев! А месяц назад ему предложили сделку: Кацуки должен взять в жёны дочку одного толстосума. Брак, конечно, будет фиктивным, но не для неё. Она вообще довольно тупа. Ох, больше Изуку из-за нее бесится только сам Бакугоу. В день помолвки у дочки заведующего фирмой в десерте должно было быть кольцо. Все бы ничего, если бы за пятнадцать минут до краха ему не позвонили и не сказали, мол, "Кацуки - шикуй! Богач обанкротился, бросай дочку и беги оттуда". Всеми взглядами и жестами он намекал официанту не нести ничего, но тот как слепой. Что ж такое! То ли Изуку реально рукожоп, то ли он все так и спланировал. Девушка уже почти нашла кольцо, как вдруг на нее свалилась перепёлка. В благодарность блондин отговорил... и даже заплатил начальникам Мидории, чтоб те не трогали его. Деньги решают всё. И сейчас решат. Как и всегда. - Бакугоу-сан, так нельзя! Это домогательство. Я не хочу вас расставать, но мне не нравятся такие люди. Вы слишком груб и нахален. Спасибо за понимание. Или не всё. Кудрявый паренёк развернулся и пошёл в сторону автобусной остановки, крепче запахивая пальто. Сколько бы Мидория ни отрицал - у него встал. Кацуки понял, что этот тернистый путь их взаимоотношений только начинается. Хитро улыбнувшись, он вытащил из кармана то злосчастное кольцо и покрутил его, рассматривая яркие переливы света фонарей в небольшом камушке-изумруде.