Рыжий незнакомец.

      Бордовое облегающее платье в пол прекрасно подходит твоей фигуре, только умножая её сексуальность. Двери машины открывает швейцар, а ты, ощущая асфальт под подошвой дорогих туфлей, встаешь и, цокая каблуками, попутно улыбаясь каждой выставленной камере, идешь ко входу в казино.       Открытие "Золотого дракона" собрало все сливки общества не только Петербурга, но и других городов России. Не ошибетесь, если назовете это величайшим питерским событием в уже заканчивающемся две тысячи двадцать первом году.       Ты идешь по коридору и проходишь в зал, полностью обрамленный золотом. Стены, потолки, предметы декора, рисунки на полу, люстры - практически все золотые. Конечно, возможно, это и вовсе не настоящий металл, но навряд ли, ибо это не был бы твой добрый, но строгий наставник-мафиози, друг и по совместительству хозяин заведения, которого все называли "дядей" в близких кругах - Альберт Бехтиев.       Подходишь к перилам, смотря на людей, что находятся на первом этаже помещения. Казалось бы, сотни известных и влиятельных персон собрались в этом казино, окутывая друг друга лицемерием и напущенной добротой, распуская этот яд в воздух, отчего кислорода не хватает, а легкие попросту отказываются дышать этой отравой. Оглядываешься назад, с желанием сбежать из этого до боли приторного ада, но, вспомнив свое обещание присутствовать на этом торжестве, обреченно вздыхаешь и спускаешься в толпу людей.       На ходу вспоминая все уроки дяди о нахождении в светском обществе, натягиваешь улыбку, здороваясь с каждым встречным, которые так же приторно улыбались, делая вид, что помнят тебя и знакомы уже вечность. Ирония судьбы: осуждающий становится осуждаемым. Глазами приметив вип-зону, где, скорее всего, сидел мужчина, ускоряешь шаг и заходишь в нее, благополучно найдя хозяина казино. - О, а вот и наша звездочка появилась! - дядя Альберт радушно обнимает тебя, представляя своим друзьям и знакомым, а ты улыбаешься каждому, дабы не опозорить своего наставника, который растил тебя, как свою родную дочь. Не знаешь, сколько времени уже прошло, но, видимо достаточно, ибо многие знакомые, что сидели тут, начали немного рассасываться, уходя в общий зал, до тех пор, пока вы с Альбертом не остались совершенно одни. Но вашу идиллию душевного разговора с добродушным мафиози прервал пьяный рыжий паренек, что вальяжно, будто у себя дома, складывает ноги на стол. - Убери свои ноги со стола, ты сидишь неподобающе в этом заведении. - строго смотришь на него, а парень усмехается, но всё-таки убирает их. - Извините, не сразу узнал истинного ценителя этикета. - Сережа за словом в карман не полезет, - смеется дядюшка Альберт, - но дама права. Кстати, познакомьтесь, это т/и, - показывает на тебя, - а это наш выдающийся гений - Сережа Разумовский - и на рыжеволосого. - Приятно познакомиться. - парень тянет к тебе руку, чтобы пожать, но, не находя взаимности, убирает, довольно хмыкая. - Не думаю, что это взаимно. - прыскаешь ты и, обняв Альберта, прощаясь с ним, уходишь в общий зал, дабы посмотреть, как хозяин будет в скором времени говорить об этом величественном открытии, начиная основную часть торжества.       Зал наполняется музыкой после того, как дядя закончил свои речи, и люди начинают танцевать, постепенно осушая бокалы с разными напитками. Будь то сок, вода, газировка, алкоголь - неважно. Нет ни одного, кто не держал бы в руках стеклянный предмет. Звучит мелодия танго - самого сексуального, чувственного и красивого танца всех времен. Голова немного покачивается в такт, а тело расслабляется под градусом вина, что ты выпила.       К сожалению, не найдя себе должного партнера из кучки этих богачей, поджимаешь губы, огорченная тем, что не сможешь станцевать свой любимый танец, и, взяв второй бокал красного, идешь к барному столику, дабы посидеть, но путь нагло преграждает рыжая голова. - Может потанцуем? - спрашивает Сережа, поцеловав тыльную сторону твоей ладони. - Ты мне не интересен, Разумовский. - отсекаешь ты и, обойдя мужчину, идешь в том же направлении, брезгливо вытирая свою руку об одежду.       Но парень, не захотев сдаться просто так, оббежал тебя и вновь улыбнулся. - Пожалуйста, позволь мне искупить свое невежество пред тобой, подарив сей чудный танец. - словно принц немного наклоняется рыжеволосый, подавая тебе руку.       Закатываешь глаза от недовольства, но соглашаешься, вложив в его ладонь свою, чтобы быстрее выбраться из лап этого прилипалы и благополучно уехать домой. Хоть и пьяный, но Разумовский аккуратно и четко берет тебя за талию и ведет в танце. Ты, словно кошка, идешь на парня, резко выставив ладони вокруг лица Сережи, а он в свою очередь плавно переносит одну руку на твое бедро, чуть сжимая его. Поднимает тебя за ягодицы, крутит вокруг своей оси, ни разу не прервав зрительного контакта. Проводит по позвонкам сквозь платье, а ты грациозно выгибаешься в спине, наклоняясь и резко поднявшись, встречаешься лицом к лицу с Разумовским настолько близко, что его губы практически соприкасаются с твоими, а дыхание обжигает нежную кожу лица. Бегло смотришь на его полураскрытый рот, чувствуя, как его рука до сих пор, но уже по-собственнически, лежит на твоей ноге, что закинута на пояс рыжеволосого. Может быть, ваш танец был слишком сексуален и развратен для такого места, но будешь ли ты жалеть о нем?       Отстраняешься от Сережи, вся горя то ли от поднявшегося градуса в помещении, то ли из-за самого парня. Машешь рукой, дабы хоть какой-то ветерок обдувал твои румяные щеки. - Ты прекрасно танцуешь. - улыбается Разумовский, поправляя волосы, как и ты заметно покраснев. - Спасибо, ты тоже. - хрипло отвечаешь, немного улыбаясь, и поправляешь лямку платья, что, оказывается, спала в ходе танца. - Может еще встретимся? - Возможно, я подумаю, нравится ли мне твоя компания. - улыбаешься и, поправив волосы, отворачиваешься от мужчины, прекрасно зная ответ на свое утверждение, улыбаясь от этого еще больше, а спина ловит восхищенный взгляд пьяного Разумовского.

- Дядя Альберт, не отвлекаю? Ох, прекрасно. Не могли бы вы дать мне номер того Сережи Разумовского? Что? Конечно, нет! У меня для него есть сугубо деловое предложение.