Утопленница

Я уже давно за ней наблюдаю. Почти месяц. Ведь я помню, как в начале лета она упала со скалы и не всплывала. Мы не могли найти её тело, отчаялись, мысленно похоронили. А на следующий день она вернулась, но видно только я понял, что это была не она. Девушка, что вернулась в деревню, была неестественно бледной. Глаза были безумно пустые, а запах. Нет, он не был противен. Просто запах сырости, который не выветривался даже спустя время. Но самое главное - её улыбка. Она была какая-то неестественная, слишком широкая, обнажающая идеально ровные белые зубы. Однако все были так рады ей, что ничего не замечали. Или делали вид, что не замечают. А спустя неделю начали пропадать животные. Их истерзанные останки находили на берегу озера, внизу от скалы. Не знаю, почему я подумал о ней. Может, потому, что рядом с животными был этот затхлый запах сырости, а может потому, что она стала пропадать ночами. Ещё одно забавное наблюдение. При нас она никогда не ела. Совершенно. Мы тогда лишь посмеялись, мол, худеет. А я замечал всё больше странностей. Когда кто-то порезался, она улыбалась ещё шире, хотя казалось, куда ещё больше, и с наслаждением вдыхала воздух. Вечерами, когда мы сидели у костра, она садилась дальше всех от огня и совершенно не замерзала, хоть и была легко одета. А целыми днями (может и ночами) проводила время в озере. Именно в нём. Ни на берегу, ни рядом. Она могла сидеть в этой ледяной воде часами и хоть бы что. Спустя ещё неделю деревню накрыл ужас. Пропал младший брат "утопленницы", как называл её для себя я. Многие уже догадывались, в каком состоянии найдут его, но до последнего тешили себя надеждой. Его нашли спустя 3 дня. Точнее то, что от него осталось. Зрелище было явно не для слабонервных. Кто-то упал в обморок, кого-то стошнило. Никто не мог спокойно на это смотреть. Его тело было в камышах. По крайней мере, то, что раньше было телом. Полуобглоданные ноги лежали отдельно. Туловище наполовину отсутствовало, и были видны оставшиеся органы. Шея перекусана, а в глазах немой ужас. Хоронили его в закрытом гробу. Всё списали на волков, коих давно уже не наблюдалось в нашем лесу. Люди перестали ходить по одному. Был введён комендантский час и патрулирование. Но как вскоре оказалось, всё было бесполезно. Моя "утопленница" стала ещё реже появляться на людях и всё больше в воде. Она стала носить юбку в пол и полностью скрывающий её тело свитер. При всём этом она странно начала ходить, словно её ноги слегка перевязали. Люди думали, что так на ней отразилась утрата брата, но я стал за ней наблюдать. Тогда я думал, что мне только кажется, что её глаза стали больше и темнее. Она перестала широко улыбаться, а когда я пытался схватить её за руку - она просто выскользнула. Да, именно выскользнула! Оставив на моей руке лишь какую-то прозрачную слизь. На следующий день пропал наш с ней общий друг. Все уже знали, что живым его уже найдут, хотя и старались не терять надежду. Но, к сожалению, на следующий день нашли его останки. Мы решили искупаться, пока ещё тепло. Ныряли, брызгались, веселились. Как вдруг одна из девочек завизжала. Мы быстро к ней подплыли, расспрашивая, что случилось. Она сказала, что что-то необычное коснулась её ноги. Я решил нырнуть и посмотреть. После этого у меня явно прибавилось седых волос. На меня смотрели пустые глаза моего бывшего лучшего друга. И, к сожалению, там была только его голова, застрявшая между камней. Шея была откусана, там были видны рваные следы от зубов. С того дня мы больше никогда не подходили к озеру. Только она. И вот сейчас я иду за ней, след в след, стараясь не дышать и не шуметь. Она стала ходить ещё тяжелее, глаза почти полностью чёрные, а кожа блестит в свете луны. Она даже сейчас прекрасна. Да, я любил её. Впрочем, люблю и сейчас. Даже если это она, то чудовище, что убивает. Мы дошли до озера. Она остановилась у самой кромки воды, а я прячусь за деревом. Вдруг она резко оборачивается, и могу поклясться, смотрит мне в глаза. Я резко прижимаюсь к шершавому стволу дерева. Сердце, кажется, сейчас пробьёт грудную клетку, но я стараюсь успокоиться и даже дышу через раз. - Я не хотела никого убивать, - негромко говорит она, но я отчётливо её слышу. Выхожу из-за дерева и встаю позади неё. Она вновь повернута к озеру. - Значит, это была ты? - голос немного дрожит, но я стараюсь держаться уверенно. - Зачем? - Я не знаю, - такое чувство, что она сейчас заплачет. Мне так хочется подбежать, обнять её, поцеловать и утешить. Но я знаю, что это не она. – я очнулась, когда меня вынесло на берег. Мне казалось, что я просто наглоталась воды, поэтому я пошла домой. Но, когда я заметила взгляды, направленные на меня, я поняла, что что-то не так. Я не чувствовала голода и холода. Меня постоянно тянуло к воде и хотелось улыбаться. А потом я захотела есть. Просто резко ночью свело живот, до боли, которая казалось убьёт меня. Я пыталась есть обычную еду, но она тут же выходила обратно. И тогда... - Тогда ты решила убивать? А как же твой брат?! Ты же прекрасно всё помнила. Как ты посмела убить его?! - я сам не замечаю, что срываюсь на крик. - Я не хотела, - тихо шепчет она, а по лицу скатываются слёзы. - Он порезался, и внутри меня что-то перевернулось. Я предложила ему прогуляться до озера, а потом... Пустота. Прости меня. - Я не могу. Ты знаешь, как сильно я люблю тебя. Ты ведь всё помнишь. Но ты убийца! Чудовище! - Нет! Я всё та же! Подойди, я докажу. И я ей повинуюсь. Не понимаю почему, просто моё тело перестаёт меня слушать. Я медленно подхожу, и она протягивает ко мне свои скользкие руки. Боже, до чего же мерзко! Но она так прекрасна. Подаюсь вперёд, и она целует меня. Холодные губы. Не её. Вспоминаю об этом и пытаюсь оттолкнуть, но уже поздно. Она держит меня мёртвой хваткой. И откуда у неё столько сил? Начинает кружиться голова от нехватки воздуха. И тут я всё же вырываюсь. Открываю глаза и смотрю на неё, держась за горло. Жадно вдыхаю кислород. - О Боже, прости меня. Я не хотела, - я почти уверен, что она врёт. Она хотела этого. Она хочет убить меня, ведь я слишком много знаю. Хотя кто мне поверит. Я слишком сильно задумываюсь и не замечаю, что происходит. Её глаза резко темнеют, став полностью чёрными. Она улыбается своей широкой улыбкой, обнажая два ряда жёлтых и безумно острых зубов. Оттолкнувшись обеими ногами от земли, она прыгает на меня, крепко прижимая к земле. Ни вырваться, ни крикнуть. Юбка задралась, и я понимаю, почему она так странно ходила. Ноги покрыты чешуёй и чуть выше колена они словно срослись. Она нависает надо мной, а запах сырости становится до ужаса тошнотворным. Далее резкая боль в районе живота. Я даже перестаю различать что-либо, настолько меня сейчас поглотило это ощущение. Вижу, как она вгрызается мне в живот, когтями помогая себе. Вижу кровь, брызгающую во все стороны. Вижу, как у неё во рту пропадают куски моей плоти. Она поднимается к моему лицу, наверно, чтоб перегрызть мне горло. И с моего и с её подбородка стекает моя кровь. - Люблю, - скорее хриплю, чем говорю ей это. Чувствую, что осталось мне недолго и последнее, что я вижу - это её настоящие глаза, полные боли, любви и ненависти к себе...