Рыжий Дьявол

Проснулась или (очнулась?) я достаточно резко, и глубоко вдохнув, закашлялась. Кашляла тяжело и долго, до слёз в глазах. Успокоив свои лёгкие, я огляделась и содрогнулась, обнаружив себя на улице на какой-то скамейке. Что со мной было? Я плохо помню вообще всё происходящее. Вроде бы я где-то была с подругой и всё на этом. Вот только одежда на мне вся мятая, да и что-то живот болит. Наверное отравилась. С трудом поднявшись со скамейки, я огляделась, чувствуя утреннюю прохладу. — Я что, всю ночь на улице пробыла? — Шатаясь и чуть не падая иду куда глаза глядят и каким-то чудом натыкаюсь на дом Веры. Где сама Вера и какого чёрта я всё же делаю на улице? Подхожу к калитке и не успеваю постучать, как дверь калитки распахивается и мне на встречу выбегает Вера. Лицо у неё всё какое-то заспанное и при виде меня она вдруг завизжала и кинулась мне на шею. — Алиса! — Меня чуть не задушили. — Где ты была? — А ты что, всё дома была? — Нет конечно, — она отстранилась, внимательно оглядев меня. — Мы когда с тобой вчера были на дискотеке, там с парнями познакомились. Я пошла с одним танцевать и кажется, что в том пиве была какая-то дрянь. Голова закружилась и пришлось звонить Жанне, чтоб приехала и забрала нас. Она приехала, но тебя мы что-то не нашли и тогда она отвезла меня домой и поехала за тобой. — За мной? — Вообще ничего не помню. — А потом спустя часа два вернулась и сказала, что не нашла тебя. Я так испугалась. Думала, что ментам звонить придётся, но сестра сказала, чтоб подождала до утра. Родители уехали на работу и я дома с сестрой. Вот пошла искать тебя. Где ты была? — Где-то. — Он с тобой что-то сделал?! — Не знаю, — боль в животе усилилась, и я испугалась, как бы это был не аппендицит. — Дай пройти. Войдя в дом, я застыла на месте при виде Жанны. Сестра Веры стояла в стрингах и… всё. Тут же закрыв глаза, поворачиваюсь к подруге, а та уже вся покраснела: — Жанна! — Видно было, что Вере неловко, да и стыдно похоже за сестру. — Оденься немедленно! Стой! Не смей их снимать. Надень их обратно! У меня уже голова закружилась, а виски пронзила боль. — Да ладно тебе, — послышался голос Жанны и тут мне на голову что-то накинули. Вздрагиваю и завизжав, отбрасываю это что-то, с ужасом осознав, что это стринги. — Жанна! — Смотрю на Веру, а она уже глаза закрыла. — Я всё маме расскажу! — Я сейчас тебя поцелую, — засмеялась Жанна и меня вдруг обняли, не успев осознать кто это сделал, как уши у меня запылали огнём, когда я почувствовала спиной, как эта наглая рыжая особа потёрлась своей грудью об меня. — Фу! — Вырываюсь, отскочив в сторону и спрятавшись за спину Веры. — Я тебе не собака, — возмутилась рыжая, нагло глядя на меня. — Вера, научи свою подругу быть тактичной. — Да хорош! — Вспылила подруга и схватив первое попавшуюся куртку с вешалки, швыряет ею в сестру. — Оденься! — Смотри как бы я не рассказала родителям, где вы вдвоём шлялись, — она засмеялась и ушла. Я же с отвращением посмотрела на стринги, что валялись на полу. — Пойду умоюсь, — меня всю била дрожь и зайдя в ванную, умываюсь и тут же, смотря в зеркало, бросается моя бледность и засос на шее. — Бля-я-я! Какого? Не помню, чтоб тот парень меня вообще целовал, а значит… меня словно током ударило. Женский голос. Меня кто-то отбил от того парня и повёл куда-то и вроде бы, по голосу, это была женщина и… а может ли вообще быть такое? Намочив пальцы, начинаю тереть засос, в надежде, что это грязь. И Вера ничего мне не сказала. Так, стоп. Вера сказала, что её сестра потом поехала за мной. Может это была она? Нет, какая-то херня получается. Зачем ей я? Она бы меня привезла сюда. А так не нашла. А далеко ли я вообще лежала на скамейке? Выйдя из ванны иду на кухню, попить. Во рту всё пересохло. Там же вижу Жанну, уже в трусах и обтягивающей майке. Она усмехается и протягивает мне стакан с молоком. — Молоко? — Сама не знаю зачем, взяла стакан с прохладным напитком. — Тан, — она усмехается, а голубые глаза недобро блестят. — Помогает от жажды. — Тан — это что? — Закавказский кефир. Очень вкусный. Делаю глоток и тут же давлюсь от резкого кислого вкуса. Подбегаю к раковине и выплевываю, под звонкий смех рыжей. — Ну да, — она противно так улыбается. — Просрочен правда на месяц. — Зачем? — Полощу рот. — А что такого? — И вышла. На кухне появилась Вера и странно посмотрев на меня. — Твоя сестра подсунула мне просроченный кефир. — Да? А зачем? — Откуда мне знать? Она твоя сестра. — Жанна просто со мной так не делала, — Вера вздохнула и подошла к холодильнику, открыв его, достала колу. — Может ты ей не понравилась? — И это повод натягивать мне на голову стринги и предлагать просрочку? — Я поговорю с ней и спрошу, что такое. Просто она ни разу так себя не вела. Да и когда её просили не ходить голой, то не ходила. Эта Жанна стала жестко меня напрягать. Надеюсь, это единичный случай и больше такого не будет, иначе моё пребывания в гостях будет недолгим. Всё же конец лета хотелось провести нормально, а не под напором этой придурошной. Пол дня мы сидели в комнате Веры, спасаясь от сильной жары. Играли в карты в прохладной комнате и всё было неплохо, пока не припёрлась Жанна. Она стояла в стрингах и полотенце, которое закрывало грудь. — Жанна, — недовольно к ней повернулась Вера. — Что ты творишь? — Загораю, — и смотрит на меня главное. — А что? Вы две бледные поганки. — Нет, я про то, зачем ты так себя ведешь с Алисой? Она у меня в гостях. — Вот именно, у тебя, а не у меня. Мне как-то неловко было под взглядом её голубых глаз. Она тем более смотрит в мою сторону и не моргает. — Я маме нажалуюсь. И вообще, к тебе значит стучаться, а ко мне нет? Иди давай. Она только ухмыльнулась и вышла. А мне стало не по себе. Надеюсь, я не проснусь с зубной пастой на лице. — Вер, я что-то боюсь твою сестру. — Да не парься, — отмахнулась подруга. — Я маме расскажу и думаю, что Жанна нормальной будет. Мне самой как-то неловко, что она так с тобой ведёт себя. — А родители у тебя когда приедут? — Ну пару дней они в городе будут. А мы типо под присмотром Жанны. Хотя ей плевать, так что делать будем всё что захотим. Ночью мы решили порассказывать друг другу страшилки. Лет пять назад мы тем же самым занимались в лагере, и страшилки были как раз оттуда. Про гробик на колёсиках и красное пятно. Жанну же мы не видели весь день, и судя по отсутствующим жигулям во дворе, её не было дома. Я даже была рада этому. Может она и ночевать дома не будет. Вот только подруга обломала, заявив, что Жанна всегда ночует дома и не было ещё такого, чтоб она где-то шлялась всю ночь. — Странная она у тебя, — ворочусь в постели. — Я привыкла. Так что странности не замечаю. Ночь прошла нормально. Не нормально только стало тогда, когда я вся сонная отправилась в ванную умыться и обнаружила что мои брови, были помазаны чем-то белым. В начале мне показалось, что это паста. — Эта Жанна, — проговорила я сквозь зубы и стала смывать с бровей пасту и тут до меня дошло, что это никакая не паста а крем. Сердце громко застучало, и подняв голову к зеркалу, я закричала, увидев, что бровей у меня больше нет. — Жанна, мать твою! Через мгновение ко мне в ванную влетела Вера. При виде моего лица, она замерла, а после, вся покраснев как рак, помчалась к сестре. Жанну искать долго не пришлось, с ней столкнулись в коридоре. На ней были короткие шорты и топик. При виде меня она громко засмеялась. — Ты вообще соображаешь, что творишь?! — Орала на неё Вера. — Зачем так поступила?! — Да ладно, — и смотрит так злорадно. — Весело вышло. — Нет, — мрачно отвечаю испепеляюще, глядя на неё. — Жанна, что я тебе такого сделала? — Да, что она тебе такого сделала? — Вера скрестила руки на груди. — Я всё… — Маме расскажешь, — рыжая потянулась зевнув. — И что она мне сделает? Брови отрастут к тому времени, когда они вернутся. А может и нет. Мне лично хватает на месяца два. Мне просто хотелось кинуться на неё. Повалить на пол и испинать ногами. Хотя, глядя на крепкие руки рыжей и на её пресс, то что-то подсказывает мне, что это меня повалят и испинают. — Извинись, — настаивала Вера, топнув ногой. — И не подумаю, — и она загадочно улыбнулась. — И вообще помалкивайте, я если ты забыла, сестренка, спасла твою пьяную задницу. Думаю, что если родители узнают, что ты нажралась на дискотеке, то не обрадуются. И достанется тебе куда сильней. Как и твоей подруге, которая даже дома не ночевала, а где-то шлялась. Жанна победно улыбнулась и пошла к себе, оставив нас совсем потерянными. — Ну давай я тебе брови нарисую, — уже наверное в сотый раз предложила подруга. — И быть как сорокалетняя тётка, у которой вместо бровей линия? Желание даже на речку идти не было никакого. Я мрачно сидела на кровати и просто не знала, как быть. Если этот крем и правда так надолго, то что я скажу дома, когда приеду? Что если Верины родители задержатся, а эта ненормальная опять решит что-то со мной сделать? У меня просто появилось желание отомстить. Как-то ей напакостить. — Алис, ты случаем не думаешь над планом мести? А то у тебя такое лицо. — А о чём мне ещё думать? Реально думаешь, что я такое прощу? Вер, вот ты её хорошо знаешь. Чего она боится или не любит? Ну чтоб отомстить ей капитально так. — Даже не знаю. Она из тех, кто обычно до истерик доводил меня. — Вера задумалась и надолго. — Я не знаю. — У неё дверь закрывается? — Она замок туда врезала. И дверь вечно закрыта. — Может колёса ей спустить? — И получить по голове за это, — подруга посмотрела в окно, где светило яркое солнце. — Двор же закрытый и кроме как на нас, больше не на кого и подумать. А если ты что-то такое сделаешь, то кажется мне, что мстить она будет намного страшнее.