Сестренка

      Не зная, как скоротать время, я направилась в ближайшее кафе, так кстати расположившееся напротив бизнес-центра. Помещение не отличалось каким то изысканным интерьером, скорее оно было уютным. Темно-кофейный оттенок стен и бежевая мебель создавали атмосферу тепла и спокойствия, так не хватавшего мне в последнее время. Усевшись за столик в самом дальнем углу, я написала Кате, где ей стоит меня искать, и отложила телефон.       — Здравствуйте, — поприветствовала официантка, кладя передо мной на стол меню. Есть совсем не хотелось, и я решила сделать заказ сразу же, не утруждая себя пролистыванием списка с ассортиментом.       — Здравствуйте, не могли бы вы принести мне большой Латте и любой шоколадный десерт? — девушка в фирменной униформе улыбнулась, слегка склонившись ко мне.       — Конечно, у нас есть на выбор четыре шоколадных десерта: шоколадный чизкейк, вишнёвый пирог в шоколаде, шоколадный трюфель и шоколадный декаданс, — девушка набрала воздуха в грудь, продолжая, — последние два являются небольшими тортиками и чаще всего у нас заказывают именно их, — прокрутив в голове названия предложенных сладостей, я вздохнула.       — А что бы Вы мне посоветовали?       — Из всего шоколадного я бы посоветовала Вам пирог, он не настолько терпкий, как остальные десерты, — улыбка официантки была уставшей и, не желая мучать девушку пустыми расспросами, я сказала:       — Хорошо, тогда принесите вишневый пирог, — подперев рукой голову, я посмотрела на плазму, которая удобно расположилась неподалеку, тихо вещая новости.       — Итак, я повторю ваш заказ. Большой латте без добавок и вишневый пирог в шоколаде, правильно? — официантка выжидающе взглянула на меня. Получив утвердительный ответ, она скрылась из поля зрения, забрав с собой меню.        Настроение было ни к черту, отчего в душе творился беспорядок. Мне нужно как можно скорее разобраться со всеми проблемами, чтобы приступить к развитию бизнеса почившего брата. Сегодняшняя встреча с Александром дала понять лишь одно: выкарабкаться из этого болота за один присест нереально. Уходя рассуждениями все дальше вглубь своего сознания, я не заметила, как уже ковыряла маленькой вилкой вишневый пирог, искупавшийся в шоколадном фонтане. Для меня в новинку так реагировать на чью-то смерть, но может раньше я была настолько беспечна благодаря Кириллу?

***

      Крик брата разнесся по дому, домработницы, наша няня и я в том числе кинулись в мамину комнату. Дальше мои воспоминания обрывисты. Возможно сознание так отчаянно пыталось защитить меня, заглушая визг окружающих вместе с пугающими картинками.        Женщина, сидевшая на полу опершись о стенку, не подавала никаких признаков жизни. Из её рта текла густая белесая пена, а лицо испачкалось в поплывшем макияже, но даже сквозь слой нарочито красной помады были видны посиневшие губы, темно русые волосы спутались, скрывая половину лица. Около уже не живого тела были разбросаны разнообразные баночки с лекарствами и цветастые таблетки, похожие на конфеты. Быстро среагировав, одна из домработниц приказала увести нас в мою детскую, которая находилась в дальнем конце коридора, а сама начала вызывать скорую.

***

       Ее смерть была одной из самых страшных, несмотря на окружение семьи и богатства, и при этом неумолимо одинокой. Мне так и не сказали, почему она решила закончить свою жизнь именно так, поэтому я сделала выводы самостоятельно. Вечное одиночество, обилие папиных измен и груз в виде нежеланных детей от давно нелюбимого человека сломали эту женщину, заставив так позорно сбежать от проблем.       Мое первое яркое воспоминание касаемо смерти — насколько бы ты не был богат или красив, все равно умрешь в муках. Его же через много лет подтвердила и смерть брата.

***

      Казалось, каждый обитатель дома совершенно забыл о двух маленьких детях, закрытых в комнате одного из них. Розовые стены, обилие плюшевых игрушек и всевозможных кукол, освещенных «белыми ночами» угнетали. Мы сидели на кровати, молча дожидаясь взрослых, боясь нарушить тишину, так резко воцарившуюся в доме.       — Кри, почему мама так выглядела? — я была лишь пятилетним ребенком, не знающим истинное значение слово «смерть», и увиденное не на шутку испугало меня. Обычно взбалмошный брат с шилом в одном месте как-то совсем не по-детски вздохнул и придвинулся ближе.       — София, мама просто, — Кирилл замолчал, вытирая рукавом слезы. Он был всего на четыре года старше, но в эту минуту перестал быть ребенком, пряча свои истинные чувства внутри. — Она очень устала и решила отдохнуть, — мои глаза защипало от вновь поступающих слез.       — Мама выглядела так странно… почему она не шевелилась? — Кирилл обнял меня, прижимая голову к плечу.       — С ней все хорошо, она сейчас поедет в хорошее место, — уцепившись маленькими ручками в футболку брата, я вытерла о её ткань свои слезы и шмыгнула носом.       — Мама бросила нас, мы ей не нужны? — спустя много лет, я пойму, как сильно мои слова ранили Кирилла.       — Нет, милая, она скоро приедет. Нам только нужно дождаться папу, и она приедет…       Его голос, успокаивающий и одновременно дрожащий от непролитых слез, до сих пор звучит в голове, словно Кирилл застыл в моем сознании именно таким: маленьким мальчиком, отчаянно пытающимся держаться ради своей сестренки.

***

      Мои размышления прервал голос диктора в телевизоре:       — Сергей Разумовский, разработчик соцсети «ВМЕСТЕ» недавно объявил об благотворительном вечере для сбора средств на ремонт одного из самых старых детских домов Санкт-Петербурга. Как рассказывает наш репортер, Сергей так же намерен в будущем собрать средства и на реставрацию исторических памятников нашего города, а также профинансировать нуждающиеся в средствах отдельные, независимые структуры.       В памяти тут же всплыли сверкающие золотистым светом глаза и огненно-рыжие волосы. Я невольно улыбнулась.       — Сергей Разумовский, так вот, чем ты решил запомниться людям, — находясь в добровольном изгнании я не следила за новостями. И вот, сейчас мне вновь предстояло погрузиться в бездонную яму со змеями, называемую в наших кругах «высшим светом», и хорошие союзники, выглядящие святошами в глазах окружающих как нельзя кстати. Как бы я не любила Кирилла, он слишком сильно подпортил репутацию семьи, которую мне необходимо восстановить в кратчайшие сроки.       — София! — рядом послышался до боли знакомый женский голос. Оторвав взгляд от плазмы, на которой маячили фотографии Разумовского, я посмотрела на Катю усаживающуюся напротив.       — Привет, — сделав последний глоток латте, я отодвинула стакан, выжидающе смотря на подругу.       — Приветик. Ну и как прошел первый сеанс, уже чувствуешь себя лучше? — немного глуповатый вопрос девушки заставил меня улыбнуться.       — Был только ознакомительный сеанс и мне ничего толком не посоветовали, — вздохнув полной грудью, я продолжила. — Спасибо, что предложила пойти к психологу, надеюсь, позже сеансы станут плодотворнее, — лицо Кати озарила широкая улыбка, бледные щеки украшенные веснушками едва покраснели, как и острый носик.       — Да не за что, мы же подруги, — она каждый раз произносила эти слова, выручая меня из ужасных ситуаций.       — Ладно, так, а куда ты уезжала? — Катя расстегнула сумку и достала телефон. Через несколько секунд на меня с экрана смотрел полуголый, загорелый красавец лет двадцати пяти.       — Вот с ним на свидание ходила, правда красавчик? — облокотившись о спинку стула, я улыбнулась. Все парни Кати были одинаковы, думаю, если поставить их в ряд, то с первого взгляда можно принять этих мужчина за родственников.       — А ты, я вижу, не изменяешь своим вкусам, — в ответ на мое замечание, подруга нахмурилась, убрав мобильник, девушка скрестила руки на груди.       — Ну что поделать, не люблю я бледных изнеженных мальчиков, — вздохнув, она закатила глаза и скривилась, словно у нее во рту был кусок лимона. — Я, конечно, извиняюсь, но мне не десять лет, чтобы заглядываться на тех, кто даже поднять меня на руки не сможет.       — Так я же и не осуждаю, чего ты завелась? — решив скорее перевести тему, я вспомнила о Сергее. — А, кстати, пока я тебя ждала, по новостям рассказали, что будут проводить благотворительный вечер для сбора средств для детского дома, — девушка напротив заинтересованно приподняла бровь. Соколова, в отличии от меня, очень любила подобные мероприятия: похвастать новым платьем от знаменитого дизайнера являлось её хобби на протяжении многих лет.       — Хм, правда? И кто его проводит?       — Сергей Разумовский, — девушка засмеялась, поведя плечами, я засомневалась в адекватности подруги, что же могло её так рассмешить в этом имени?       — Этот застенчивый чудик? — Опешив от вопроса Кати, я вновь прокрутила в голове нашу последнюю встречу с Разумовским. Он был пугающим, опасным, и точно не напоминал человека, над которым можно было так беспечно посмеяться.       — Почему? — Говорить Кате о том, что я уже пересекалась с Разумовским, было не лучшей идеей.       — А, ты же не знаешь, — всплеснув руками, девушка ядовито улыбнулась, так происходило каждый раз, когда она собиралась поведать мне горячую сплетню. — Я несколько раз видела его, и все разы он либо спотыкался выливая на себя что-то, либо заикался, либо творил другую нелепицу. Видела бы ты, как он облажался на своей презентации. Мама отправила меня туда в качестве помощницы. И я скажу тебе — это был кошмар, — пребывая в шоке, единственное, что я смогла сказать:       — Ты уверена?       — Да, если мы пойдем на этот вечер, то ты сама в этом убедишься, — Екатерина, подперев голову руками, наклонилась вперед. — Я выгуляю свое новое платье и парня, а ты сможешь развлечься, наблюдая за неудачником, — задорно подмигнул она.       — Спешу напомнить, что у этого «неудачника “ много бабла и соцсеть, которой ты, кстати, пользуешься, — не сдержав улыбки, я повторила жест девушки.       — Это ничего не меняет… Ну так что, ты хочешь пойти? — кивнув, я встала из-за стола, доставая деньги за десерт и кофе.       — Хочу, мне тоже стоит обновить гардероб и забрать кое-что с квартиры Кирилла, — Катя поднялась следом.       — Значит, поехали, — девушка неспешно направилась к выходу, отбивая высокими каблуками ровный ритм о тёмную плитку пола. Хмыкнув, я еще раз взглянула в сторону плазмы, на которой дикторы обсуждали незначительные новости, связанные с городом. Катино описание Разумовского слишком разнилось с моими первыми впечатлениями при знакомстве с ним, отчего новая встреча с мужчиной обещала быть интересной.