Часть 1
8 июня 2021 г., 23:01
Он посмел дотронуться до неё. Провёл сухой, пахнущей сигаретами ладонью по затылку — легко и почти целомудренно. Лидия напрягла шею. Пальцы ног в новых лакированных туфлях поджались сами собой.
Это был Чес. Тот самый Чес в той самой растянутой серой футболке с Металликой, от которой она презрительно поджимала губы. Да что вообще… Она дёрнулась вперёд, вырываясь из его рук. Тепло, которое окутало её на несколько секунд, как коконом, вмиг исчезло.
— Что ты себе позволяешь, — едко прошипела Лидия: всё равно получилось куда менее едко, чем хотела. Она прочистила горло.
— А что я себе позволяю? — ответил вопросом на вопрос Чес, расслабленно улыбаясь. Улыбка эта вышла странной — передний зуб у него отсутствовал, губы до трещинок обветренные. Лидия вспыхнула. Какого чёрта она вообще смотрит на его губы? Грязный, вшивый придурок! Под стать её брату.
— Не хотелось бы подцепить от тебя заразу, — пробормотала она сквозь сцепленные зубы и сделала шаг назад — в безопасность.
— Ты знала, что блохи могут прыгать на 30 сантиметров в длину? — вдруг на полном серьёзе спросил Чес.
Лидия уставилась на него, как на больного; он ответил ей самым невозмутимым взглядом, который можно было ожидать после вопроса о вшах или о чём там он болтает — и еще более невозмутимым после того, как… Тёмно-болотные глаза его дрогнули в усмешке. Он аккуратно передвинулся на два сантиметра и подвёл носком обуви невидимую черту.
— Готово. Выдыхай, Лика.
Девушка поморщилась.
— Лидия, — с нажимом процедила она.
— Как скажешь, Лика, — Чес поднял обе руки в примирительном жесте и опять ухмыльнулся.
Лидия подняла подбородок.
— Будь добр, — начала она, смакуя каждую каплю яда в своём голосе, — не прикасаться ко мне своими руками и не назы..
— Прости, Лика, мы не на такой стадии отношений, чтобы я мог прикасаться к тебе чем-нибудь ещё, — перебил её Чес.
Она задохнулась от возмущения: Лидия, которую ничто — и она этим гордилась — ничто не могло вывести из себя, побледнела и покраснела разом.
— Т-ты, — ей даже не удалось найти слов, чтобы описать этого, этого невозможного..
— Я? — приблизился Чес, явно ожидая ответа. — Ну?
— Да как ты вообще решил, что можешь трогать девушку, тем более моего положения! — взорвалась она.
— Девушка вашего положения изволила не заметить, что у неё в волосах гербарий, хоть костры жги.
Лидия во второй раз за эти пять минут взглянула на него, как на умалишенного: хотя она уже начала сомневаться, что дело только в нём. Конечно, люди его сорта сходят с ума от нищеты и собственной ограниченности, но блохи и костры?
— Скажи, ты дурак? — снисходительно спросила она, как наверняка спрашивают особо упорствующего в своём бреде пациента.
— Круглый, — кивнул Чес и раскрыл кулак, одновременно перетирая в крошки и без того хрупкий оранжевый листок. Пальцы у него были сплошь в побелевших мозолях. Она вспомнила, какие сухие у него ладони, и отвернулась.
— Не думай, что я поверю в это твоё жалкое оправдание.
— Даже и не надеюсь, — согласился Чес.
