Через тернии к звёздам...

      Пока кто-то просыпался под аромат свежезаваренного кофе, Георгий встретился с адом клаустрофоба. Поначалу он решил, что очутился в гробу. Темнота, узкое пространство, которое, казалось, стремилось тебя сдавить ещё больше. Пару минут он говорил себе, что нужно успокоиться и не тратить попусту воздух своими паническими вздохами, но это ему не особо помогало. Неожиданно где-то во вне раздался громкий звонок. Совсем рядом послышался щелчок, и верхняя часть «гроба» резко открылась, позволяя отвратительно яркому свету в ту же секунду ослепить Гошу. По другим сторонам также слышались щелчки и звук открывающихся крышек. Неудачливый пассажир метро осторожно сел, попривыкнув к свету. Он заметил других людей, проснувшихся только что, как и он. Все они находились в коридоре, «гробы» стояли возле стен, перпендикулярно им. Между параллельными спальными местами было совсем небольшое расстояние, ни о какой тумбочке не шло и речи. Между же капсулами, стоящими друг напротив друга расстояние было около двух метров. Весь этот коридор был очень длинным, вмещая порядка двухсот «гробов», насколько мог оценить Горя. Некоторая часть людей вовсе не выглядела встревоженной. Они быстро поднялись, полностью разделись: и мужчины, и женщины. Закрыв крышку, они положили серую пижаму в какой-то её отсек, а из другого достали комбинезоны. Они различались лишь цветами. Гоша мотал головой, пытаясь разглядеть меж оголённых тел Льва, но всё было безуспешно. Наверное, он был в другом конце коридора.       — Эй, тебе особое приглашение требуется?       К Гоше подошёл человек в синем комбинезоне в сопровождении двух амбалов в красной форме. Это был не тот француз, встретивший их вчера. Теперь это был обычный белый парень, национальность которого было определить трудно. Верно, чип теперь переводил любую речь, стирая рамки, появившиеся, если верить Ветхому завету, при постройке Вавилонской башне. Георгий ему не верил, но в голове крутился лишь один вопрос: «О, боже, что же здесь творится?». Тот же вопрос, но в более спокойной манере он адресовал синему.       — Ещё я должен каждому всё в отдельности пояснять, размечтались. — Парень открепил от своего пояса какое-то устройство, нажал на нём несколько кнопок и начал в него говорить. Каждое его слово громогласно отдавалось прямо в голове. — Новички, все снимаем пижаму, переодеваемся в подготовленные комбинезоны и следуем за мной. Любое сопротивление приказу будет жёстко подавлено.       Георгий, догадываясь, что сопротивление будут подавлять крепкие ребята в красной одежде, решил всё-таки не злить их начальника и быстро переоделся в свой серый комбинезон. Все, кто тоже одел серое, начали постепенно подтягиваться к месту сбора. Горя никак не мог рассмотреть рыжей макушки и веснушчатого лица, сколько бы не вглядывался в испуганные лица своих сородичей. Некоторых он даже узнал, каждый обратился в статую в том злополучном вагоне. Беспокойство и мысли о самом плохом затуманили взор Гоши, и он не заметил, когда какой-то молодой мужчина подбежал к синему, но зато очнулся, услышав его требовательный крик:       — Где моя дочь? Она была со мной в том вагоне.       Нехорошая улыбка исказила лицо синего. Красные оттолкнули кричащего, а когда тот не прекратил попытки пробраться к их начальнику, один из них несильно ударил взбешённого отца. Но ему этого удара было достаточно, его подхватили другие люди, пока он не оправился после секундной потери памяти. После этого его запал затух, но он продолжил бросать гневные взгляды на обладателя самой мерзкой улыбки в этом помещении. Георгий с ужасом осознал одну простую вещь. Среди всех обладателей серой одежды не было ни детей, ни стариков, ни слишком полных людей или же инвалидов. Как же здесь не хватало присутствия Льва, чтобы он заразил Гошу своим оптимизмом. Он бы обязательно сказал, что дети находятся в отдельном отсеке для обучения, старики и инвалиды направлены на более лёгкие работы, а людям в плохой физической форме показана утренняя зарядка, где они и пропадают…       — Не беспокойтесь, все ваши близкие, которых вы здесь не видите, в полном порядке. Возможно, некоторые из вас смогут с ними даже встретиться. Он многозначительно посмотрел на мрачного отца. Кто-то переглянулся меж собой, послышались вздохи облегчения, но душу Георгия точил ручей сомнения. Не складывались слова синего с его взглядами и ухмылками. Но нельзя было паниковать раньше времени.       — Итак, я П24, — начал говорить парень скучающим тоном. — Вам представилась уникальная возможность забыть все свои проблемы жизни на Земле. — Со всех сторон послышались удивлённые возгласы, смешки. Гоша осознал, что пока что единственный понимает, насколько они все далеко от родной планеты. — Конечно, если вы будете добросовестно отдавать свои силы нашему делу. Вы будете в полной безопасности, каждый начнёт получать прекрасное питание, которому позавидовал был любой миллионер нашего мира, за хорошее поведение вам будут доступны множество видов отдыха, а за особые заслуги вы сможете даже обзавестись отдельной комнаткой.       Парень лениво махнул в сторону капсул, а затем развернулся, жестом предлагая следовать за собою. Все встали по парам, как в детском саду. Георгий сам присоединился к мужчине, поднявшему вопрос о пропаже близких. В первую очередь его, как медика, беспокоило его состояние, но убедившись, что тот в полном порядке за исключением лёгкого головокружения, наклонился к его уху:       — Вы действительно думаете, что с остальными всё хорошо?       Мужчина, представившийся Олегом, оглянулся через плечо на красного амбала, замыкавшего их последнюю пару и лишь пожал плечами. Он явно не хотел поднимать эту тему, сосредоточившись на собственных мыслях. Гоша его понимал, но ему нестерпимо хотелось хоть с кем-то поделиться сомнениями. Это бы помогло хоть немного снять груз нарастающего беспокойства.