Дом семи Грехов

      Солнце только начинает подниматься из-за заснеженных верхушек гор, лесные обитатели вылезают из своих нор, а на берегу быстрой реки, в Доме Грехов, уже вовсю кипит жизнь.        — Что?! — Разгневанно вскрикнула Алчность, глядя на доску с расписанием, на которой указывалось, кто с кем, когда и где работает. — Почему постоянно я должна работать с этой толстой лентяйкой?!        — Я не толстая… — Сонно ответила Чревоугодие. — Просто у меня кость широкая…        — Да-да, как же! — Язвительно произнесла Алчность, заправив за ухо выпавшую прядь светлых волос и отойдя от расписания.        — Так, а ну завалитесь обе! — Прикрикнул на спорящих, стоящий в дверном проеме, Гнев. — Устроили здесь с утра пораньше. Расписание не обсуждается. — Холодно выдал он, повернув голову в сторону Алчности.        — Приветики всем. — Немного уставше, но все также игриво поздоровался Похоть, заходя в дом, поправляя растрепавшиеся на ветру огненно-рыжие вьющиеся волосы. — Что у нас там по расписанию? — Плывущей походкой подойдя к расписанию, как бы невзначай задев бедром Гнев, спросил он.       Тщательно изучив расписание, тонким пальчиком выискивая свое имя, он ухмыльнулся и, напевая какую-то песню, направился к кухонному столу, чтобы налить себе чай. Его примеру последовали остальные.        Уныние, Зависть и Гордыня подошли чуть позже, но, как и всегда, позже всех пришла Гордыня, гордо приподняв подбородок.        Сидя за общим столом в центре просторной кухни, семерка обсуждала последние новости из мира смертных. Только Уныние сидела тихой мышкой, не принимая участия в дискуссии.        Закончив трапезу, все потихоньку разошлись по своим делам: Чревоугодие и Алчность направились в близлежащий городок, Гордыня, обернувшись белоснежной совой, полетела в город покрупней. Зависть, почти волоком, потащила Уныние. А Похоть пошел набираться сил, да и задание у него только после обеда. А Гнев? А что Гнев? Он пошел на задний двор, слушать завывание волков и шум деревьев, наблюдая тяжелое, затянутое грозовыми тучами небо.