Все чистокровные семьи...любят друг друга

      В середине декабря только ленивый не говорит о помолвке Теобальда Нотта и Бетти Джордан. — Лили, у меня для тебя новость, — Аманда плюхается на кровать подруги, не спрашивая разрешения. — Дай поспать в воскресенье, — ворчит Лили, зарываясь в подушку. — Вставай, это очень важно! — она стаскивает с подруги одеяло. — Ну, хорошо, хорошо, — ворчит Лили. — Что там у тебя? — Бетти не беременна, — торжественно заявляет Аманда. — И ради этого стоило меня будить? — Лили отнимает у подруги одеяло и вновь ложится спать. — Лили, послушай, это правда. Она всё соврала. — Да, ты откуда знаешь? К целителю её водила? — Нет, я слышала её разговор с Корнелией, — терпеливо поясняет Аманда.       Лили садится на кровати и скрещивает руки на груди. — Рассказывай. — В общем, она проклята. Точнее, род её матери — Спиннеты. — И в чём же заключается это проклятие? — Женщины рода могут иметь детей, только от тех, кто их любит. — Ну и как это доказывает, что она солгала? — Лили, ты серьёзно?! — возмущается Аманда. — Нотт любит тебя, а не её! — Но он уже дал обещание на ней жениться. — Как дал, так и назад заберёт, — криво улыбается Аманда.       Лили вдруг подпрыгивает, как ужаленная: — Ой, а Тео знает?! — Конечно, нет. Я первым делом поспешила к тебе. — Что ж, я тогда...Аманда, ты сиди тут, а я... — Лили начинает носиться по комнате, лихорадочно одеваясь, подруга снисходительно за ней наблюдает.       Лили находит Тео в библиотеке. Она подходит к нему сзади и закрывает ладошками его глаза. — Лили? — с надеждой спрашивает он. Она убирает руки и целует его, как-только он поворачивается. — Лили, так нельзя. Бетти... — Наглая обманщица, — безапелляционно заявляет она. — Если, конечно, ты её не любишь. — Нет, конечно, но... — Тогда, никаких но, Тео, — Лили рассказывает ему историю про проклятие. — Надо же, — задумчиво говорит Нотт. — А я, кажется, знаю того, кто поможет Бетти оставить нас в покое. Мне нужно написать письмо, — он встаёт и протягивает Лили руку. — Пойдёшь со мной на совятню? — Да хоть на край света, — улыбается Лили.

***

      На Рождество Тео остаётся в замке. Дома неспокойно — дед совсем слетел с катушек. Остаётся и Бетти, так и не решив куда лучше поехать: к отцу, матери или брату. Лили ревностно следит, чтобы мнимая подруга не приближалась к её бойфренду. Патрик и Агнес, оставшись по предлогом подготовки к ЖАБА, заняты исключительно друг другом, так что Теобальд и несколько слизеринцев с младших курсов практически не появляются в факультетской гостиной.       Каждый вечер Тео и Лили катаются на коньках по озеру, покрытому льдом. В последний день каникул Поттер, трансфигурируя коньки обратно в обувь, замечает: — Бетти так странно ведёт себя в последнее время. Всё время, что-то пишет, будто план мести готовит. — Она пишет письма Гойлу, — он задумчиво выпускает из палочки струйку дыма. — Иногда мне становится интересно: как маглы курят странные трубочки? — Сигареты, — говорит Лили. — Дядя Дадли раньше курил, а потом долго пытался бросить. Лучше не начинать, — она улыбается. — Пойдём?       Они возвращаются в замок и расстаются возле гриффиндорской гостиной, под неодобрительное покашливание Полной Дамы. — О, времена, о, нравы, — ворчит она, пропуская раскрасневшуюся от зимней стужи и тёплых поцелуев, Лили.       Бетти сидит возле камина и читает письмо. Её глаза светятся, а на щёках горят румянцы — то ли от пламени огня, то ли от выведенных пером слов. Она обращает внимание на вошедшую и дружелюбно говорит: — Прости меня. — Да, ладно, чего уж там, — растерянно отвечает Лили, спеша уйти поскорее. — Лили, — окликает её Бетти. — Я у тебя карту брала. Забери. — Бетти, Бетти, когда ты перестанешь брать чужое без разрешения? — спрашивает Лили, забирая карту и убегая в спальню.       Бетти поднимает вверх левую руку. На ней сияет кольцо, присланное Гойлом. Подумать только, за эту зиму у неё уже вторая помолвка! Правда, Нотт не дарил ей кольца. Видимо, надеялся, что не понадобится. Но оно и к лучшему. Эверетт её, кажется, по-настоящему любит.

***

      Опасения Дженни не подтверждаются, что немало расстраивает Джеймса. — Ну, вот, а я уже начал планировать обустройство детской, — вздыхает он. — Не переживай, Джим, — дружелюбно улыбается Роуз в новенькой мантии стажёра-целителя. — Дженни — молодая волшебница. Вагон детей тебе нарожает. — Отлично! — радуется Джеймс и игриво подмигивает возлюбленной: — Когда начнём? — Джейми, ты столько не прокормишь, — смеётся Дженни. — Мой род достаточно богат, чтоб прокормить целый поезд моих детей и племянников, — гордо заявляет Джеймс. — Интересно, что скажет по этому поводу дядя Гарри? — задумчиво спрашивает Роуз. — Ладно, обойдёмся без вагона, — идёт на попятную Джеймс, — но десяток хотя бы можно? — Нет, — хором отвечают девушки и смеются. — Вы лишили меня радостей отцовства, — театрально возмущается Джеймс. — Тебе надо играть в театре, — улыбается Роуз. — Хорошая мысль, — соглашается Джеймс. — Рози, ты — гений! — Ты серьёзно? — удивляется она. — Вы только представьте: на сцене — Джеймс Поттер, — мечтательно произносит он.       Девушки не успевают ему ответить. — Роуз! — седовласый целитель строго окликает стажёрку. — Ой, мне надо бежать, — шепчет она. — Джеймс, не забудь позвать на свой первый спектакль. — Обязательно, — важно заявляет Джеймс.       Роуз подходит к целителю и что-то виновато бормочет, пряча глаза от его сурового взгляда. — Ну, что домой? — спрашивает Джеймс. — Пойдём, звезда театра, — улыбается Дженни. — Эй, я же совершенно серьёзно, — притворно возмущается он. — Так и я тоже, — торжественно отвечает она.       Джеймс целует девушку в висок и, взявшись за руки, они уходят.