Дождь

-Таким образом, проанализировав всё вышесказанное, мы можем сказать, что…  Свет в классе был совсем ненужным, кажется, по стеклу сильно барабанил дождь, а дети в классе вынуждены были слушать монотонную речь учителя. Будь то какой другой предмет- была бы хоть капля интереса, а так что, физика, и всем абсолютно плевать. Настроение у всех максимально дерьмовое, погода располагает на разве что поспать, но приходится стоически терпеть.  Эля ненавидела это все. Если бы не один человек, который ворвался в её жизнь, разворошил все, а потом съебался, если бы не он- всё было бы просто охуенно. А так что, под шум дождя и голос учителя хочется только убиться. Заснуть и не проснуться к черту.  Но засыпать не получалось и осознание того, что дома родители и будет нехорошо помирать в школе, всё же перевесило негативные мысли.  Вот придет домой, снова скинет свою мокрую одежду и пойдет рисовать. Неважно где и как- главное, это успокаивает. Можно рисовать на теле, на стенах, на полу, но только так, чтобы родители не заметили, иначе возникнет пара лишних вопросов. А Эле этого не надо, и без того мозгоëбства хватает.  Звонок, прозвенев, оповестил всю школу об окончании последнего урока. Все подорвались и, толпясь, побежали к выходу из кабинета.  -Ебанутые…  Эля спокойно собралась, повесила ремешок сумки на плечо и тихо вышла, никуда не торопясь. В последнее время её никто не ждал. Ну, родители не в счёт, они её всегда ждать будут.  А вот кто-то посторонний- нет. И поэтому она снова идёт одна. Девочки весело переговариваются о своих милых планах на выходные, А хорни Эля стоит и понимает, что у неё сейчас тушь потечет из-за дождя. О зонте она как-то не позаботилась.  А в принципе…  Похуй.  И так нормально.  И Эля выходит в стену дождя, чувствуя, как он бьёт по голове и плечам, мгновенно делая одежду и волосы мокрыми. Плевать.  Плевать и на то, что куртка стала тяжелой от воды, что кеды насквозь промокли. Она просто идёт и прокручивает в голове прошедший месяц, думая, как же она пришла к ТАКОМУ.  И понимает- это всё он. Лёша, сука, Афинский. Будь он неладен.  Эля повелась на его открытые взгляды и теплые прикосновения, А теперь что- он BJ Alex и снимает с найденным где-то Дон Гюном. А на Элю теперь плевать, Эля Кенма, зачем ему Эля. Та же Лиза- и та удержалась с ним подольше, а она не смогла.  Блядски неприятно.  И Эля, понимая, что никто её не видит, что дождь, что до дома далековато, позволяет себе слёзы. Это случается редко, но случается.  Эля плачет, и тушь течёт уже не от дождя.  Она понимает, что пиздец- влюбилась, и ничего теперь с этим не сделать, разве что 'переболеть', но от этого только больнее. Разве можно все забыть? Она не забудет.  Можно сказать, что это юношеский максимализм и вообще гормоны- ей 15, как-никак. Кто знает? В любом случае, она уже любит и что-либо говорить бессмысленно.  Лёше же плевать, наверное. Сидит сейчас где-нибудь, мило улыбается кому-то. Кому угодно, но не ей. И от этого слёзы льются с новой силой.  Хочется сердце вынуть.  И отхуярить за такую беспечность.  А нечего влюбляться в красавчиков, которые, поиграв в любовь на камеру, бросают.  Эля проходит мимо моста- может, сброситься нахуй? Она понимает, что глупо из-за мальчика так страдать. Но раз этому мальчику наплевать, её любви и боли хватит на двоих, она уверена.  Подойдя к краю моста (нет, просто подойдя, она не собиралась прыгать), Эля краем глаза заметила приближающегося человека. Уже было наплевав на него, она поняла, что больно знакомая походка. Да, до боли знакомая.  -Эля!  Лёша кричит, но через шум дождя ничего не слышно, лишь немного отдалённо. Но Эля слышит.  Немедленно разворачивается к нему и смотрит во все глаза, неверяще разглядывая. Лёша тоже без зонта, весь мокрый,  в плаще Леви.  А Эля и двинуться с места не может- слишком уж нереально происходящее.  А Лёша, пользуясь её замешательством, подходит ближе, снимает её куртку, надевает свою и крепко-крепко, как только может, обнимает. Глаза широко распахиваются, хотя широко не очень могут, потому что саднит из-за недавних слёз.  Пришло осознание- вот она, в объятиях Лёши, он что-то шепчет, а она даже двинуться не может.  Но на место появившегося было счастья пришла злость- с хера ли он до этого так себя вёл. И теперь Эля ещё как может двинуться- и ещё двинуть, кулаком по плечу, например.  -Ты чего?!  -Я? Может, ты? Нашел халявного Кенму, поигрался и бросил. Почему не позвал Кенджи? Вы, между прочим, привыкшие снимать втроём, а я на кой черт?! - последние слова Эля уже прокричала, стуча кулаками по груди Лёши. А он только сильнее прижимал её к себе, успокаивая, защищая, любя.  Через время Эля успокоилась, заходясь в рыданиях на груди Афинского. Тот, в свою очередь, только слабо улыбался, поглаживая её по мокрым волосам. Лучше, чем парики. Намного лучше.  Когда плечи Эли перестали трястись, Лёша приподнял её лицо, заставляя смотреть на себя. Слёзы всё ещё катились по щекам, но уже не так сильно. Быть может, это вообще были капли дождя, но Лёше было уже всё равно. Он тихо наклонился, аккуратно прижимая хрупкое тельце, дрожащее в его руках. И поцеловал. Ясное дело, Эля не ожидала, но через секунду прикрыла глаза, расслабляясь, доверяясь. Это был не первый её поцелуй, но самый лучший. Лёша целовал нежно и глубоко, чувственно, со вкусом- так, что ноги подкашивались. И когда воздух стал заканчиваться, вынуждая обоих вдохнуть влажный воздух, Лёша отстранился. Эля дышала чужим дыханием, хватала ртом, и не могла понять, как же было хреново без этого раньше. Афинский прошептал же в самые губы: -Я никогда, никогда ни на кого тебя не поменяю. Будь ты хоть второстепенным персонажем, для меня ты будешь главной. В моей жизни ты главный герой. Ты мне нравишься. Так уж вышло.  Эля, зажмурившись, встала на носочки и сама уже прижалась своими губами к чужим губам, целуя долго, и это спасло её от необходимости отвечать. Потому что говорить об этом сейчас слишком смущающе. Да и Лёша всё понял- не дурак.  Такие поцелуи ни с чем не спутаешь.  Так целуют, когда любят.  Очень любят.