Воспоминания под номером десять

Будучи в не совсем трезвом состоянии, Ойкава согласился на ужасно идиотское пари, предложенное Матсуном. Но тот смотрел на него с таким вызовом, держа в руках чёрные легинсы и, наверное, ещё более тёмные, массивные туфли, что он просто не мог отказаться. Таким образом они, вместе с Макки и Иваизуми, оказались в одном из номеров отеля, предназначенного явно не для простого ночлега. Один из них пришёл за шоу, а второй для собственного душевного спокойствия. Мало ли что ещё могло произойти. И именно по этой причине у Тоору на телефоне до сих пор хранится фотография, на которой он сексуально, как только мог, на фоне неоновой вывески, обвил пилон своими стройными ногами, гордо красующимися в туфлях на высоком каблуке. Но самым незабываемым, наверное, была реакция Хаджиме на это представление — милый румянец, который тот упорно пытался скрыть, Ойкава запомнил на долгие годы. Отчасти именно произошедшее в тот день и помогло ему признаться в своих чувствах незадолго до их выпускного (о чём он, конечно же, никому не расскажет). [Они гуляли по парку, болтали ни о чём, а в один момент… — Знаешь что, Ива-чан? — промолвил он, резко остановившись, и поднял голову к небу. — М-м-м? — Иваизуми недоумённо обернулся, морщась от холодного воздуха, дующего ему прямо в лице. — Я люблю тебя, Ива-чан, — весело улыбнулся он и уверенно посмотрел в глаза напротив, медленно расширяющиеся в процессе осознания услышанного. Этот вечер был наполнен кучей улыбок, ласковых слов и обещаний, счастья, которое, казалось, наполняло всё вокруг и каплей самой настоящей любви.] Поэтому каждый раз, когда кто-то в интернете критикует его внешность, он представляет, как этот же человек, нечего не подозревая, засматривается на ту самую фотографию, которую Иссей анонимно слил в интернет несколько лет назад. На другом фото, которое в итоге стало достоянием интернета, была запечатлена горящая роза на фоне белой плитки, и на самом деле была сделана ими, ещё в школьные времена. Тоору не знает, как Такахиро додумался до этого, а главное почему, но предпочёл не задавать вопросы, на которые всё равно не получит ответов. Вообще, в этой истории нет ничего интересного, за исключением факта, что в тот день они были как никогда близки к тому, чтобы устроить в школе самый настоящий пожар. По какой-то причине никто, кроме Иваизуми (и Матсукавы, который решил проигнорировать этот факт), не подумал о том, как им потом эту розу тушить. Но с ними был только Иссей, который с удивительным спокойствием записывал на свой телефон то, как двое его друзей панически водят хороводы около непотухающего цветка (Ханамаки, для лучшего эффекта, облил его этиловым спиртом) и как медленно, но неизбежно в школьном туалете разгорается пожар. «Звонок уже прозвенел, что вы тут делаете?!» — с такими словами Хаджиме шагнул прямиком в эпицентр хаоса. Простояв в шоке пару секунд, он молча рванул в сторону раковин, на ходу снимая с себя пиджак, и выкрутил краны на полную мощность. Розу, вовсю полыхающую прямо сейчас, он схватил при помощи одежды и кинул в воду. «Вы все сейчас же идёте на урок и после школы я даю вам буквально минуту, чтобы объясниться. Вам стоит хорошо подумать над своими словами, потому что от этого будет зависеть, останется сегодняшний инцидент в секрете или же нет», — никто не стал с ним спорить. В итоге он всё-таки сохранил произошедшее в тайне, а администрация школы ещё долго выясняла, что, чёрт возьми, произошло в тот день в туалете на третьем этаже.

'BE DIFFERENT, BABY'

Неизвестным никому способом, Ойкаве всё же удалось получить эту неоновую вывеску со съемок к себе домой. Он был на седьмом небе от счастья и поставил её на самое видное место, от чего именно она первым делом попадалась на глаза, стоило кому-то открыть входную дверь его квартиры. Даже раньше самого Тоору. И поэтому уже на следующий день Иваизуми издал обречённый вздох, не успев толком перешагнуть порог. «Даже не буду спрашивать. И ты тоже избавь меня от ненужной информации», — произнёс тот первым делом, стараясь избегать прямого взгляда, чтобы не сорваться и не отвесить подзатыльник одной очень раздражающей персоне. А Макки и Матсун, к слову, вполне себе оценили его дизайнерское решение. Сказали, что это очень в его духе. Хотя Ойкава так до конца и не определился, был ли это очень хорошо завуалированный сарказм или они имели это ввиду на самом деле. В принципе, какое ему дело до тех пор, пока его самого всё устраивает? Он уверен, что абсолютно никакого.

'DON'T KILL MY VIBE'

Второй арт-объект появился в его пристанище после того, как Иваизуми вспылил (абсолютно неоправданно, по мнению Ойкавы) и ушёл со словами: «Тебе нужно прекратить убегать от реальности и стать хоть немного серьёзнее! То, что это срабатывало раньше, не означает, что оно будет работать всегда! Позвони мне, когда правда подумаешь над этим!» — громко хлопнув дверью напоследок, оставляя после себя чувства жгучей обиды и разочарования Тоору в самом себе. Но уже через три дня Хаджиме чуть ли не ввалился в его квартиру с этой нелепой, как тот сам считал, надписью, посреди ночи и молча вручил её ему. Ойкава, готовый уже было лечь спать, не знал, что ответить, поэтому беззвучно открывал и закрывал рот, выглядя при этом даже более нелепо, чем светящийся фиолетовым текст рядом. «И-ива-чан?», — обескураженно промолвил он, не зная, как должен реагировать. «Прости. Мне не стоило говорить с тобой так резко в тот раз. Я же знаю, какой ты придурок и обязательно надумал что-то не то», — эти слова могли казаться грубыми со стороны, но Иваизуми лично принёс с собой то, что доказывало искренность его намерений и слов. «Я прощаю тебя», — взамен Тоору абсолютно неподдельно улыбнулся ему в ответ.

***

Ойкава считает довольно забавным то, что он в самом деле имеет у себя дома неоновую голову инопланетянина. А Иваизуми всё чаще задумывается, как того не тошнит от обилия неоновых цветов в квартире и клянётся себе никогда не соглашаться жить вместе. Макки же уверен, что если кто-нибудь из его фанатов обнаружит данное пристрастие своего кумира, то уже через несколько недель абсолютно все продавцы неоновых вещей смогут купаться в деньгах. Матсун вообще не думает, лишь изредка подмечая, что считает это занятие пустой тратой денег, но быстро затыкается, когда ему указывают на собственные, совершенно бесполезные, покупки.

***

На самой последней странице альбома, в котором Тоору хранит абсолютно все фотографии, сделанные за последний год его друзьями (у него таких уже семь), гордо красуются они с Иваизуми. Он, сидящий в тележке, что была втихую одолжена у супермаркета неподалёку, и Хаджиме, чьё не очень довольное лицо скрывала такая же, как и на нём, белая простыня, поверх которой на них были одеты солнцезащитные очки. Иваизуми стоял прямо на тележке, из-за чего поймать нужный кадр удалось не первого раза — тележка постоянно норовила уехать куда-то на проезжую часть или перевернуться. Несколько раз ей даже удалось: во второй их чуть было не сбила машина, а ещё три они благополучно оставляли на себе всё больше синяков. Но раза так с пятнадцатого у них вышло (некоторые кадры были испорчены только потому, что Макки, державший камеру, смеялся так сильно, что фото получалось размытым) и Тоору тогда был настолько счастлив, что накинулся на Хаджиме с поцелуем прямо посреди улицы, за что немедленно получил слабый удар под рёбра. Мимолётное ощущение чужих губ на своей шее он разумно проигнорировал, но слабый румянец и глупая улыбка, расцветшая на его лице, выдавала их обоих с головой. Такахиро и Иссей в тот раз промолчали, но на самом деле у них храниться видео, запечатлевшее всю прогулку того дня и ещё одна фотография, на которой мило красуются двое по уши влюблённых друг в друга парней.