- Добей меня придурок

Серая больничная палата пропахла медикаментами и слабым ароматом табака, почти выветрившимся, ведь владелец сигарет уже давно не мог взяться за новую пачку. Тело почти неподвижно лежало на койке, переодически вздымая грудь. Кажется будто рожки превратились в воронье гнездо, а лицо умирающего всё больше напоминало мертвеца. Том не хотел в это верить, он просто не хотел принимать жестокую правду. Всё ещё казалось, будто заклятый враг сейчас встанет и как ни в чём не бывало осыпет его оскорблениями. Завяжется драка и Эдд их разнимет, как в старые добрые времена и в это хотелось верить. Но ужасный писк раз за разом возвращал в реальность. Каждый раз когда казалось, что слёз больше не осталось, они выливались потоками с новой силой и гитарист даже не представлял из-за чего солёная жидкость не желает покидать его тело. Риджуэлл не понимал, почему плечи дрожат, а мазолистые пальцы не прекращая теребят синюю толстовку. - Знаешь... - комок в голе сдвинулся, с хрипом пропуская первое сдавленное слово. - А я ведь всегда желал тебе смерти, когда мы спорили. Забавно выходит правда? - нервный смешок вырвался из горла, а сердце кольнуло с невероятной болью. - Я... Я ведь не это хотел сказать. - словно для себя прошептал черноглазый. - Боже... почему выдавить из себя эти слова так сложно? Я... прости что-ли? - он тяжело вздохнул, нервозно схватившись за волосы. - Я всегда думал, что мы вечно будем ссориться и враждовать, но ты гадёныш умудрился даже в этом мне поднасрать. - в ещё одном нервном смешке утонул стихающий шум аппарата. Диаграмма забилась всполохами, оставляя после себя прямую линию оборванной жизни. - Я... - хрусталики с бешенной скоростью ринулись вниз. А дрожащая ладонь обхватила холодную, уже мёртвую. - Прошу живи...придурок... - мозг словно почувствовав угрозу отключился и тело парня упало рядом на скрипучую койку.