Тоже мне, причуда на мою голову...

Деку, умудрившийся заболеть, всё никак не давал себе покоя, изнуряя тело тренировками вопреки высокой температуре. Чтобы никто не смог отстранить его от занятий, он мастерски всем врал, говоря: Не волнуйся, всё в порядке, Да, я в норме, у меня всё хорошо.Это вполне в стиле зеленоволосого парня. Однако Урарака с Иидой сразу подметили, что Мидория не так бодр на тренировках, тем самым раскусив "больного под прикрытием". – Деку, ты вообще сумасшедший! - девушка протянула бумажную салфетку Изуку. – Нет, апчху! – Это был не вопрос, Мидория. Она права, ты себя мучаешь и усугубляешь своё состояние, тем самым увеличивая шанс неблагоприятного для тебя исхода, - серьезность в голосе Теньи и сложенные руки на груди описывали его словно отца, читающего натации своему некудышному сыну. – Да, я понимаю это. Спасибо вам, ребят, за заботу, но... - Мидория сжал кулаки обеих рук, комкая в одной из них салфетку, - ...я не могу давать себе слабину. Я будут отставать ото всех в развитии и утрачу навыки, которые копил в себе, затачивал месяцами. Друзья гневно сверлили Изуку взглядами, явно давая понять, что ему лучше по-хорошему самому взять отгул со справкой. И он, известный своей робостью, не смог противостоять. Урарака и Иида взяли парня под руки и направились, счастливые, в сторону академии, говоря, какой Мидория благорассудный. Спустя какое-то время, поникший Деку выходит из мед. кабинета со справкой от исцеляющей девочки. Может, это и к лучшему. Всё же я немного устал, – подметил про себя зеленоволосый парень. Попрощавшись с друзьями, Мидория побрёл домой. Солнце жарило. Пот литрами стекал по телу, а солнечные лучи мученически пекли затылок. – Только бы не упасть. Деку изо всех сил старался отрицать факт, что серьёзно заболел. Но ватные ноги, вялая шатающаяся походка и тяжёлое дыхание лишь подтверждали это. Парень явно понимал, что сейчас произойдёт, поэтому ничего лучше ему не пришло в напёкшуюся голову, как позвонить старому "доброму" другу... Пальцы пролистывали список контактов, иногда случайно нажимая ненужные. Наконец нужный контакт был набран, цифры которого Мидория знал наизусть и мог набрать с закрытыми глазами. Гудки. Долгие гудки. Так невыносимо их ждать. Но Бог услышал молитвы Мидории, и набранный абонент взял трубку. Каччан: – Нафига ты звонишь мне, Деку?! Ботаник, придурок, идиот Деку: – Кач-чан.. ха~.. тво... дом. Последний слова, которые смог вымолвить Мидория, и на том конце трубки у Бакуго послышался какой-то грохот. Каччан: – Чё?! Чё ты несёшь, придурок? Ал..алло? Кацуки прислушался, но Мидории слышно не было, лишь шум проезжающих машин. Блондин сбросил вызов, соскочил с дивана, впрыгнул в первую попавшуюся обувь и бросился из дома. Он примерно разобрал, что мямлил ботаник, поэтому кинулся на предполагаемое место нахождения этого придурка. – Долбанутый Деку, как ты меня достал, - Каччан бежал под жарящим солнцем, иногда вытирая пот со лба. Сощурившись, он попытался разглядеть виднеющееся пятно на дороге и прибавил темп. Наконец достиг цели. Маршрут окончен. – Вот идиот, нахрена так тепло одеваться. Придурок. Так хотелось пнуть парня за его неумение одеваться по погоде, но вместо этого Бакуго поднял лежавший на асфальте телефон и положил в карман, а самого Мидорию взял на руки. Весь пыхтящий и недовольный Кацуки, который мог бы сейчас продолжать пялиться в экран телевизора и нихрена не делать, несёт своего ботаника-придурка-идиота-друга Деку, угадайте куда? В свой дом. Да, он всё-таки снова ушёл с общежития. Бакуго с больным Изуку были на месте. Блондин сразу отнёс "пострадавшего" в гостиную и аккуратно уложил на диван, снимая рюкзак и некоторые элементы одежды. Каччан потрогал лоб Деку. Горячий. Сейчас он казался таким беззащитным, беспомощным, снова оказавшимся в доме своего друга. Кацуки внимательно оглядывал обмякшее тело: некоторые пряди волос прилипали ко лбу, глаза изредка подрагивали, а грудь вздымалась от частых хрипящих вздохов. – Так ты ещё и больной... Охренеть, - с этими словами Каччан направился в ванную, а вернулся уже с влажным полотенцем. Он принялся вытирать лицо Деку от пота, руки и открытые участки ног. К сожалению, Кацуки больше ничего не знал о том, как лечить больных, и был ли более Мидория серьёзно. Поэтому, пока что, ничего не оставалось, кроме как ждать его пробуждения.