мерзляк

      антон поверх рубашек носит кофты и вязаные свитера, у него всегда с собой пара перчаток и очень теплые шапка и шарф. антон пьет обжигающий горячий чай в столовке, обхватывая чуть подрагивающими пальцами кружку и поднося ее к самому лицу, чтобы пар согревал его, а очки запотевали. сидя на уроках, он натягивает рукава рубашки на ладони на столько, на сколько это возможно, и ежится, когда мимо него проходят люди, тем самым разгоняя воздух вокруг, который неприятно холодно дует на него. часто ходит, сложив руки на груди, из-за чего кто-то думает, что он вечно не доволен чем-то, но это совершенно не так, нет, антон просто снова чувствует неприятное покалывание в пальцах и ощущение того, как начинает морозить его тело. на улице антон всячески кутается в одежду и зарывается носом в мех своей куртки, убирает руки в карманы и быстро идет, иногда шаркая ногами, тем самым разгоняя в них кровь и не давая им закоченеть от холода. мама говорит, это из-за того, что он плохо питается, антон же думает, это еще и из-за недосыпа в последнее время, из-за ночных кошмаров и всей этой шумихой со зверьми леса. но все, что он делает, это натягивает шапку пониже на уши и достает из шкафа очередную пару теплых носков, которые ему когда-то, кажется, подарила мама или кто-то другой из родственников, на случай сильных холодов. и антон привык, для него это стало обыденностью уже полгода как, хотя многие говорили, что это странно.       также считал и рома - одноклассник антона, сидящий за соседней партой от него, из-за чего часто наблюдающий картину в виде сьежившегося парня, так смешно дергающего носом от снова внезапно накатившего холода. "прямо как заяц" - думал он про себя и хмыкал, отворачиваясь в другую сторону, чтобы не пялить слишком долго на эти забавные жалкие попытки согреться.       теперь пятифан по совместительству был и другом петрова, поэтому после занятий они обычно встречались на выходе со двора школы. не то, чтобы друзья нарочно встречались, нет, по крайней мере, они делали вид, что это происходит само собой. то рома прикурит у ворот, оперевшись на стенку и как бы невзначай поглядывая в сторону выхода из здания, то антон будет нарочно медленно идти из школы, то и дело кидая ищущие взгляды по сторонам в поисках одного конкретного человека. и обычно он очень скоро находился, сам налетая со спины и хлопая того по плечу.       - ну что, опять мерзнешь, антошка? - уже привычно улыбается рома, глядя на "скучковавшегося", как он его описывает, петрова, что сейчас снова поморщил нос из-за дунувшего прямо в лицо ветра.       - есть немного. - антон отводит взгляд и устремляет его себе под ноги, немного нервно натягивая шарф почти что на нос.       рома привычно хмыкает и, как бы без какого-либо тайного умысла, чуть приобнимает его за плечо и в дружеском жесте теребит по нему.       - бля, ну ты и мерзляк конечно.       антон улыбается. чужая рука, даже сквозь толстый слой одежды, источает тепло.       у ромы правда теплые руки. всегда или по крайней мере большую часть времени. его кожа на них обветренна и содрана на костяшках и пальцах, из-за того что он даже и не помнит, когда последний раз носил перчатки, а еще из-за постоянных драк. рома носит полурастегнутую куртку в безветренные дни, его шапка не достает и до кончиков ушей, а про шарф он и в помине не знает. его не пугают ни холода, ни сильнейшие морозы, рома всегда равнодушен к подобному и уж тем более не трясется в помещениях - в общем, полная противоположность антону. возможно, поэтому их и тянет друг к другу, прямо как сейчас.       антон по инерции еще сильнее прижимается к другу и чуть краснеет. то ли от холода и быстрого шага по улице, то ли от еще чего-то. он по привычке начинает нервно тереть руки, так как перчатки ему судя по всему почти не помогают сохранять внутреннее тепло. пятифан наблюдает за этим некоторое время, а потом внезапно останавливается, и тянет за собой за плечо и петрова.       - тох, дай руки. - по его лицу не понятно, что он собирается сделать, поэтому антон стопорится.       - что, зачем? - он наоборот прижимает их к груди, сцепляя вместе в замок.       - просто дай мне свои руки. - четко проговаривает еще раз ромка.       - эм, ну, на. - начинает было вытягивать ладони перед собой петров, как вдруг его немного резко дергают к себе, от чего он делает шаг вперед и чуть не прижимается совсем к другу.       антону неловко, а рому, судя по всему, ничего не смущает. он обхватывает чужие ладони своими и... начинает на них дышать своим горячим дыханием. от него пахнет горьким сигаретным дымом, но антон настолько привык к нему, что его это уже не отталкивает. наоборот, даже успокаивает, дарит некоторый комфорт что ли. голые пальцы с обветренной кожей начинают медленно поглаживать его кулаки, обводят костяшки кругами, иногда почти будто норовят сплести все четыре пятерни между собой и стоять рядом с замками из пальцев. но каждый раз их что-то останавливает, и они просто замирают на мгновение, а потом снова поглаживают. размеренно и мягко. антон никогда бы не подумал, что рома может касаться так. улучив момент, петров все таки протискивает свою руку между пальцами пятифана, поддавшись накатившим эмоциям в такой комфортной обстановке. рома замирает. он пялит несколько секунд на их руки прямо перед собой, а затем наконец поднимает взгляд. внезапно понимает, что все это время их лица находились слишком близко и тоже.. краснеет? "боже, он что, реально смутился??" - проносится в голове антона мысль, и он тихо ухмыляется, то и дело посматривая на еле заметно порозовевшее лицо напротив. оно выглядит сначала удивленным, а потом хмурится и отворачивается от него куда-то в бок. ромка расцепляет их руки и свои сует в карманы, буркает:       - ну что, согрелся? - и все еще не смотрит в глаза.       - немного, да. - по ладоням теперь реально разливается тепло, а сердце глухо стучит от недавнего пребывания непривычно близко друг к другу.       - пизда. - теперь хмыкает пятифан и, легко толкнув друга в плечо, снова направляется вперед, ведь ему нужно проводить антона до его дома, а затем и успеть к своему до сумерек.       - эй, рома!!! - смеется антон и поторапливается за приятелем, не желая сильно отставать. - спасибо. мне стало теплее. - произносит он уже тише, так, словно не хотел, чтобы его услышали. чтобы это осталось только между ними. и, судя по довольной ухмылке, почти шепот дошел до слуха пятифана.       рома теперь молчит, но в этот раз не напряженно, а наоборот - вполне себе спокойно и удовлетворенно. уж такова его натура - делать что-то подобное и потом отмалчиваться, будто в этом нет ничего такого. или он сам не хочет вкладывать в это скрытый подтекст и какую-то особую важность. ну сделал и сделал, че бубнить? - он говорит это всем своим видом. а антон хотел бы поговорить, высказать все что думает и чувствует. его посещают мысли, что он готов мерзнуть хоть круглосуточно - лишь бы чужие шершавые руки обхватывали его, а плечи соприкались через плотные куртки. мягко и хорошо. комфортно. рома дарит ему комфорт. и обычно это происходит после школы, когда никто их не видит и не может тыкнуть пальцем и засмеять. как только они скрываются из вида одноклассников и в целом учащихся с ними в одной школе, рома как будто становится чуть спокойнее и мягче. заботливее и внимательнее. потому что в школе он позволяет себе минимум из того, что делал потом. того, что хотел бы сделать. обняться, например. долго и крепко. но пока что он лишь делает это в виде секундных порывов, долго не задерживая руку на плече антона и нехотя убирая ее. возможно, ему самому еще нужно все обдумать и принять.       а сейчас пятифан еле слышно шепчет: "я рад" - и снова посматривает на антона. все таки хорошо, что они вместе сейчас.       "и все таки мило, что рома печëтся обо мне. даже если делает это, скрываясь от чужих глаз. но так даже лучше, наедине больше чувствуется его.. забота?? хахах, наверное, он бы убил меня за такое слово про него, но, я думаю, оно подходит. как-никак, только он и замечает, когда меня морозит, и старается согреть. так хорошо.." - думает антон и пихает рому в бок, смеясь и делая замечание на счет его слишком притихшего вида.       они вместе ходят домой и с каждой неделей все меньше боятся касаться друг друга. может, так они дойдут и до протяженного по времени держания за руки, долгих обьятий и тому подобного.. все еще впереди.