Pay attention on me

      – Арси, какой у тебя статус? – спросил Оптимус.       – Сенсоры начали замерзать, – ответила фем. – Пора возвращаться, пока мы не стали сосульками.       – Оптимус – базе. Температура ядра достигла синего сектора. Приготовьтесь включить земной мост, – в эфире слышались только помехи.       Спустившись со скалы, автоботы шли сквозь метель, пытаясь наладить связь.       – Оптимус – базе… Вы меня слышите? – обернувшись, Прайм увидел упавшую Арси и помог ей подняться.       – Ты уверен, что нам не поможет небольшая поездка? Я слышала, что в Майами в это время жара, – пошутила фем, отряхиваясь от наледи.       – Арси, ближайшее место с теплым климатом очень далеко. Если мы попытаемся до него доехать, то потеряем много энергии и в результате замерзнем… Рано или поздно Рэтчет обязательно придет к нам на помощь. А пока нам надо найти укрытие и попытаться согреться, – Оптимус поднялся и продолжил налаживать контакт с базой.       Пройдя еще несколько метров, они обнаружили снежную волну, под которой можно было спрятаться. Волна прятала их от ветра, и автоботы решили остаться там. Арси обняла колени металлическими руками и уронила на них голову.       – Арси, не спи, – Оптимус повернул голову в ее сторону.       – Я не сплю, не сплю, – протирая окуляры, сказала фем.       – Чем больше мы бодрствуем, тем дольше остаемся живыми.       – Что будем делать? Постой. Давай поиграем? Угадай, что там случилось на базе? – жестикулируя замершими руками, Арси съежилась еще больше.       – Наше отчаянное положение может быть результатом простейшей поломки, – вздохнул Оптимус.       – Которую вызвал Балкхед, – иронично предположила Арси. – Итак, связь не работает, электричество тоже… Наверное, здоровяк споткнулся о кабель. Он никогда не отличался грацией, – фемка положила левую щеку на колено и продолжила: – Помнишь, когда мы впервые попали на Землю, Балкхед запутался в линии передач? – она мягко рассмеялась. – Кто знал, что он умеет так танцевать.       – Балкхед может быть слишком большим для этого мира, но его внутренние силы не знают границ. Нельзя судить о личности только по размерам, – чуть упрекнул свою спутницу Оптимус.       Наступило неловкое молчание. Ветер усилился и забирался под стыки брони, обмораживая датчики. Замерзшая фемка придвинулась ближе к командиру, защищаясь от ветра, который, казалось, дул именно на то место, где она сидела. Он положил свою огромную руку так, что ледяные потоки ветра не достигали корпуса спутницы ни с одной стороны. Спустя несколько кликов Арси вновь начала разговор.       – Знаешь, что самое обидное? – не дав Оптимусу ответить, она продолжила: – Мы дрались с десептиконами столько лет… В нас стреляли, нас жгли, нас ломали. И теперь мы вот так просто замерзнем?       – Арси, возможно это не тот конец, который мы себе представляли… – командир еле поднял голову, – но если это и в самом деле конец, то скоро мы станем одним целым с Искрой… – он ощутил прикосновение к своему запястью.       Оптимус перевернул руку, и маленькая ладошка Арси упала на его ладонь. Пальцы большего трансформера сомкнулись в защищающем жесте.       – Служить с тобой было большой честью, Оптимус Прайм, – она подняла на него свои голубые окуляры и придвинулась ближе.       Трудно сказать, что в это время чувствовал Оптимус. Он никогда не был к Арси настолько близко. Эта близость пугала и притягивала одновременно. Прайм прижал фемку к себе, попутно смотря на ее реакцию. Губы тронула легкая улыбка. Ее длинные пальцы ненамеренно царапали одно из колес на бедре автобота. Оптимус сделал неимоверное усилие и навис над спутницей, наклонившись к её лицу. Поцелуй получился неудачный, потому что Арси отвернулась, а обессиливший Оптимус не успел среагировать и поцеловал ее за выступ на шлеме.       – Что ты делаешь?! – Арси выставила свои маленькие руки вперед, упирая их в его грудную пластину. Ее окуляры были широко открыты, а Искра стала пульсировать чаще.       Лидера мгновенно охватило смущение, и он вернулся на прежнее место. О чем он только думал? Арси ни за что не согласилась бы.       Как только Оптимус отодвинулся от неё подальше, корпус обдуло холодным ветром. Осознав, что, наконец, произошло, Арси осторожно посмотрела в его сторону.       «Ну же, Арси, это же то, чего ты хотела… – говорил внутренний голос. – Ты наедине с самим Оптимусом Праймом, который сам предложил такой расклад…»       «Это неправда!» – крикнула фем своим мыслям, краснея.       «Не ври себе, Арси. Тем более все равно вам осталось недолго, а так хотя бы согреетесь», – продолжал мурлыкать голос.       «Ну, если только поэтому…» – наконец согласилась Арси.       Фемботка, сев на колени, переползла со своего места и облокотилась на грудные стекла Оптимуса. Он поднял на неё удивленный взгляд. Арси со скрипом в шарнирах оседлала Прайма, который от такого действия пребывал в состоянии смутного охренения.       «Фемки сначала отшивают, а потом пристают», – про себя отметил Оптимус.       Он положил свою правую руку ей на спину, придерживая. Повисла пауза. Каждый смущался что-либо сделать и быть непонятым. Оптимус всё еще думал, что это такая шутка, а Арси сомневалась, правильно ли она сделала.       Наконец, послав в выхлопную трубу свое смущение, она легла на него, обхватив тоненькими руками его шею. Арси помедлила, ведь если она сейчас его поцелует, то назад пути не будет. Поняв, что хочет сделать напарница, Оптимус поддался вперед и прикоснулся к ее губам. Фем дернулась назад, но поцелуй не разорвала. Постепенно поцелуи и прикосновения становились увереннее, а двигатель грузовика стал издавать рычащие звуки.       Синяя автоботка водила левой рукой по корпусу партнера, на ходу вспоминая, что делать дальше. Здесь подергать, тут электричество применить. Оптимус тоже был не промах: крылья дверец автоботки были самым слабым местом для ласки. Фем потянулась к крепежам паховой пластины, но Прайм остановил ее маленькую руку своей.       – Нет, Арси, только провода… – сказал автобот и тут же добавил: – Я могу повредить тебя.       – Но… – она хотела было возразить, однако поняв, что спорить по такому поводу глупо, снова легла на него, зарываясь в грудной пластине. – Открывай панель.       По ее дрожащему корпусу, словно змеи, поползли провода со штекерами. Отыскав разъемы, они плавно начали подавать энергию. Арси вздрагивала и сильнее прижималась к Оптимусу, когда ударял очередной заряд. Корпуса нагревались. Фемботка громко перегоняла воздух. Время от времени её охватывала небольшая толика страха. Облизав губы, она потянулась к губам Оптимуса. Было приятно ощутить того, кто рядом с собой.       После смерти Тейлгейта она пообещала себе больше не привязываться к кому-либо. Даже когда появился Клиффджампер, она старалась свести общение на «нет», хотя он был очень упертым автоботом. Почти сразу после того, как он стал ее напарником, Клифф очень тактично намекал на партнерство и связь Искр. И вот однажды она согласилась на близость… Через девять циклов его не стало.       Оптимус как будто выкачивал из неё загнившую энергию и отдавал новую. Фон стоял неимоверный. Его можно было ощутить в радиусе четырех километров.       В этот момент открылся земной мост, и из него выбежал Балкхед, что-то крича. Резкое появление товарища и скраплетов ввело их в ступор. Быстро отсоединившись, Арси поднялась на ноги, смущенно отводя оптику. Оптимус надел пластину и маску. Балкхед был занят очисткой от налипших на него скраплетов, поэтому не обратил внимание на повышенный фон.       – Я бы пригласил вас вовнутрь, но там малость не прибрано, – пошутил зеленый автобот.       Так и не получив разрядки после ласк, системы были на взводе, и это заметил медик. Ретчет отвернулся к мониторам, скрывая смешок в адрес новоприбывших друзей. Бамблби удивленно бибикнул и покосился на лидера. Арси и Оптимус переглянулись. Последний скрыл улыбку под маской. Синяя фемботка переминалась с ноги на ногу.       – Арси, с тобой все в порядке? – обеспокоенно спросил Джек. – Ты какая-то помятая, что ли…       На этом предложении Рэтчет сдался и громко заржал, ложась на терминал. Через смех можно было различить едкий комментарий: «Еще бы». Арси нахмурилась и в мыслях промыла Рэтчету кости. Через клик медик опять успокоился.       «Только попробуй что-нибудь ляпнуть…» – прошипела фемка по закрытому каналу связи.       Подскочившая температура выдала чувства Арси, и Бамблби во все окуляры уставился на неё, когда понял, что фон не обманул.       – Нам надо поговорить… – Оптимус зашагал в сторону коридоров, из-за напряжения его голос прерывался статикой. – Арси, идем.       Удаляясь из главного зала, за спиной они услышали громкий гогот Рэтчета и комментарии Бамблби. Ничего непонимающие дети пожали плечами. Раф вспомнил, что Оптимус обещал ему снежка, и побежал следом. Заходя за очередной коридор, мальчик лицезрел такую картину: Оптимус, стоя на одном колене, упирался своими руками в стену. Рядом с ним стоял на цыпочках гибкий силуэт, обнимая его за шею. Они целовались. Но это Раф понял только тогда, когда подошел на расстояние «пяти шагов».       – Эм, ребята, я так понимаю, снежок растаял, да? – закрывая глаза рукой, спросил Раф.       Автоботы резко повернули голову на источник звуков. Оптимус провел пальцами по спине Арси и повел их ниже, до коленных сочленений фемы. Она удивленно посмотрела на командира и выгнулась, прерывисто выдохнув. Прайм перевернул ладонь и протянул ее маленькому человечку. Его окуляры мягко светились в полутемном помещении, а на лице была добрая отцовская улыбка.       Раф замер, разглядывая большую ладонь трансформера. На кончиках его пальцев поблескивали рыхлым слоем снежинки, которые он собрал с корпуса Арси. На лице ребенка образовалась счастливая улыбка, и он принял «подарок», благодарно посмотрев на лидера автоботов. Арси кашлянула, намекая на лишних. Рафаэль, как будто бы опомнившись, стал неловко отступать назад, переминая в руках холодную массу.       Из-за поворота выскочил Бамблби, явно потерявши младшего напарника. Теперь была его очередь уставиться на собратьев-автоботов. Арси откинулась на поверхность стены с раздраженным фырканьем. Прайм притушил окуляры. Оптика разведчика ярко вспыхнула, и он, пробибикав какие-то извинения, подхватил человечка и скрылся за поворотом по направлению к главному ангару.

Арси и Оптимус весело переглянулись.