Завещание и Подарок от любимого. Гук остался без ТэТэ.

Чонгук уже отпустил перила моста и представил, как летит вниз в реку, но в этот момент услышал позади: "Тэхёна, нет, стой, кому говорю!" Гук обернулся, почувствовав, как кто-то схватил его за рукав куртки и изо всех сил потянул. — Не надо, не прыгай! У тебя разве никого нет? Ты потерял кого-то очень дорогого? — Чонгук смотрел на мальчика лет 5-6 и не мог оторвать взгляд, не мог поверить своим глазам, от чего потерял дар речи. — Я тоже потерял очень нужного мне человека, но я живу! — малыш тяжело вздохнул, приводя в порядок сбившееся дыхание, натяжно улыбнулся прямоугольной улыбкой. Эту улыбку Чонгук узнает из тысячи. — Тэхён? — вырвалось у парня. Следом за мальчиком подбежала молодая женщина, но остановилась в метрах 20ти, не решаясь подойти ближе, видя, как сынишка пытается остановить парня от самого страшного шага в жизни, стоящего за перилами моста. — Ты вернёшься на мост? — продолжил мальчик. — Я потерял отца, он тоже прыгнул с этого моста семь лет назад, так и не узнав, что я есть, что я должен родиться. Не делай этого, умоляю! — глаза его были полны слёз, боли и мольбы. — Хорошо, я не спрыгну, вернусь на мост, обещаю. Можешь отпустить руку, мне нужно повернуться? — ответил стоявший за перилами моста парень, не в силах отвести взгляд от мальчишки. Гуки отпустил перила, чтобы перехватиться, развернуться лицом и перелезть обратно, но нога в этот момент соскользнула, он стал терять равновесие, повиснув на одной руке и схватившись второй в последний момент. Мама мальчика подбежала, схватила парня за шиворот куртки и выпалила: — Держитесь! Ну же! — услышал он нежный голос над самым ухом. Теперь Чонгук смог нащупать ногами опору, встать и перелезть через перила назад на мост. Это оказалось сложнее, чем очутиться за ними. Он сидел на мосту и пытался отдышаться. Подняв голову, вновь увидел улыбку маленького Тэ и голова закружилась: "Таких совпадений не бывает! Имя, улыбка, его погибший отец 7 лет назад спрыгнул с этого же моста?" Глянув в глаза молодой женщины, он увидел отчаяние, тревогу, боль и слёзы. — Теперь бежим! Там полиция! — сказала она парню, указав на приближающихся стражей порядка. — Я не смогу. Я сюда еле добежал, — буркнул Тэ малыш. Чонгук встал, подхватил его на руки, шепнув: "Держись за шею!" И рванул изо всех сил в противоположную сторону от полицейских. Убедившись, что их не преследуют, они остановились передохнуть, чтобы мама ребёнка могла отдышаться. — Куда теперь? — продолжая крепко обнимать мальчишку, как самое дорогое в жизни, спросил Гук. — Можно к нам. Мы живем совсем близко, — ответил тот, не разжимая рук на шее спасённого им только что незнакомца. Зайдя в маленькую чистую квартирку, сначала уложили обессилевшего Тэхена-младшего на дневной сон. Потом прошли в гостиную соединённую с кухней и прихожей, уселись друг напротив друга возле низенького национального корейского столика и начали долгий разговор. Начала молодая мама: — Тэхён сказал, что ты потерял самого дорогого тебе человека? А он не ошибается. Мой сын видит чужую боль. Почему ты хотел спрыгнуть именно с этого моста, именно в этот день? — 7 лет назад с этого моста, в этот день и час, сделал последний свой шаг мой самый близкий и родной человек. Он был мне, выросшему в приюте, семьёй! Боль стала столь невыносимой, что я хотел уйти за ним, к нему, — потирая лицо руками, ответил ей незнакомец. — Так значит, ты и есть тот Куки, которого так безмерно любил и обожал Тэхён-старший? Его названный младший братец Куки? — Да. Но вот кто ты? Откуда ты знаешь моего Тэхёна? И почему твой сын его копия? Ответь мне, — пристально глядя ей в глаза, спросил Чонгук. — Это очень долгая история. — Я уже никуда не тороплюсь. Уже 7 лет никуда не торопился, только если умереть. А теперь нет. Она рассказала, как за полтора года до знакомства с Чонгуком, Тэ-старший встретил её. Как помог разобраться с бандитами, которым задолжал её непутевый отец, то ли заплатив им, то ли припугнув, то ли как-то договорившись с ними. Как Тэхён-старший поддерживал её, помогал похоронить маму, оплачивал её учебу. — Мы очень много времени проводили вместе. Он мне нравился, но я понимала, что являюсь для него только другом. Я не смогла заменить ему семью, стать любимой... А потом он познакомился с тобой. Тэ так переживал и боялся. Боялся признаться тебе и переживал, что ты сразу оставишь его, узнав о его болезни. А потом был безмерно счастлив, когда ты согласился переехать к нему. Но так и не сказал тебе, что болен. Никогда не видела его столь счастливым! Просто невероятно насколько сильно Тэхена дорожил тобой и боялся, что ты исчезнешь из его жизни. Теперь я понимаю почему. Ты действительно невероятный! Добрый, чистый, открытый, ласковый - это видно сразу! — А потом что-то случилось, да? То, что его сломало! Ты знаешь, что именно произошло? Почему он... УШЁЛ... из жизни? — с надеждой узнать, наконец, правду тихо спросил Гук. — Да. Он уже давно был неизлечимо болен. Узнав диагноз, родители отослали его в другой город под предлогом учебы. Они оплачивали ему жилье и обучение, а сами даже ни разу не позвонили за эти годы! Он так страдал, пока не встретил тебя! Разве ты никогда ничего не замечал? Тебя не смущало, что он почти ничего не ест? Что тает на глазах? — её глаза слезились и от слёз боли, потери любимого и от слёз радости, что наконец-то нашёлся тот, кого так долго она искала. — Тэ всегда оправдывался это тем, что ест вне дома и, что сбросил вес, потому что хочет нравиться девушкам. Отшучивался, что в похудении нет ничего страшного. Но, знаешь, однажды я видел, как его рвало кровью. На мой вопрос, почему его рвет кровью, он ответил, смеясь, что это вовсе не кровь, а выпитый им томатный сок, мол, забыл, что его не переносит и выпил, — вздыхая вспоминал парень. — Я знала, что он тебе ничего не скажет. Почему они, те, кто знает, что скоро умрут, думают, что нам будет легче и лучше ничего не знать? Неужели они думают, что сходить с ума от неведения легче? Через пару минут она продолжила: — Однажды Тэ пришел ко мне посреди ночи с огромным букетом цветов, бутылкой хорошего, дорогого вина и упал на колени. Гуки еле сдерживал слёзы, сжав кулаки добела. — Нет. Сначала выслушай до конца, только тогда ты всё поймешь. Он не собирался признаваться мне в любви, нет! Но сделал мне очень странное предложение. Тэхён мечтал жить с тобой. Мечтал, как это ни странно звучит в вашем случае, воспитывать вместе детей... — Детей? — глядя на молодую женщину сквозь пелену навернувшихся слез, переспросил Гук. — Да, он хотел, чтобы у него была семья: ты, его названный брат, чтобы у него были дети, много детей. В ту ночь он умолял меня родить для него..., для тебя ребёнка, чтобы оставить тебе и мне частичку себя. Потому что знал, что ему остается жить совсем немного. Она помолчала. Принесла пить себе и парню, потом продолжила: — Хотя нам пришлось бы оформить фиктивный брак, чтобы он мог на законных основаниях признать малыша, не ревнуй. Он не любил меня. Мы встречались несколько раз, но тесты на беременность были отрицательными. Тогда ему стало совсем невмоготу. Уколы, которые я ему делала, совсем перестали приносить облегчение. Он бросил работу и почти все время был у меня, часто часами лежал в забытьи, совсем обессилив от боли. Тогда я не должна была его оставлять одного, или должна была найти тебя и все рассказать! Он принес рецепт. Сказал, что нужно выкупить лекарства и отослал меня в аптеку. Когда вернулась, его уже не было. Его нигде не было... Узнав из новостей, что он шагнул за перила моста, я уронила и разбила вазу с цветами, которые он мне подарил. Потеряла сознание и упала. На грохот прибежала пожилая соседка, я часто оставляла дверь открытой, чтобы Тэхён-старший мог вернуться и сразу войти, не дожидаясь когда я открою дверь, ведь у него самого на это часто не было сил. Увидев меня в крови на полу, соседка вызвала скорую. Упав на осколки, я сильно порезалась. — Так вот откуда у тебя эти шрамы на руках, — поглаживая запястья и ладони молодой женщины шептал парень. — Да, это от тех осколков. Мне наложили швы в клинике и взяли кучу анализов. А еще заставили сделать тест на беременность, который оказался положительным. Отправили на УЗИ. Там-то я и узнала, что ношу самый драгоценный подарок для тебя и меня от Тэ, как он и мечтал. Пришлось пролежать неделю на больничной койке. — Так вот почему тебя не было на похоронах! Ты попала в больницу! — догадался Чонгук. — Я не смогла найти тебя, потом снова попала в больницу на два месяца, чтобы сохранить жизнь малышу. — А потом я уехал на год в Штаты. И ты так и не смогла меня найти, — продолжил повествование парень. — Да, я не смогла, зато Тэ-младший смог! С самого раннего детства он временами становился очень странным, как будто страдал невыносимо, чувствуя чью-то боль. Иногда он просто молча сидел, а из его глаз катились ручьи слез. И он говорил только одно: "Папе очень больно!". Сначала я пыталась ему объяснить, что его нет и мертвые не чувствуют боли, но в ответ он говорил: "Не папе, которого уже нет. Другому." Я думала, что он сходит с ума. Было страшно. Потом я поняла, что он чувствует твою боль и снова стала искать тебя. А сегодня, чтобы отвлечь его и вывести из твоей боли, включила ему мультфильм, сказав, что его очень-очень любил папа ТэТэ. — Да. ТэТэ очень любил мультики, радовался как ребенок, когда я соглашался посмотреть с ним хоть один. — Но он вдруг встал, достал фотоальбом, который я сделала специально для него. Мы сидели, смотрели фотографии, и я в миллионный раз рассказывала, каким был его отец, как он мечтал, чтобы Тэ родился, как хотел, чтобы родился мальчик. Он знает, что сегодня седьмая годовщина смерти его отца. Мы часто гуляли там, по мосту, бродили или стояли и смотрели на реку и небо часами. А сегодня... Сынишка вдруг весь побледнел, вскочил, глядя куда-то сквозь пространство и выпалил: " Нет! Не смей! Не ходи на мост!" Заплакал и, выскочив из дома, побежал на мост. Он знал, что ты собираешься прыгнуть, понимаешь? Он знает кто ты и в нём, в его сердце такая же сильная любовь к тебе, какая была у Тэ-старшего. Я не могу этого объяснить, но я это вижу. Остальное ты знаешь, он еле успел! Я видела, как ты отпустил перила... — закончила она рассказ, вытирая скатившиеся слезинки. Чонгук подсел к ней совсем близко, обнял и заговорил: — Спасибо! Спасибо, что была все это время с моим... с нашим Тэхёном, что помогала терпеть ему эти муки, боль, что поддерживала его в самые трудные дни до самой смерти. Спасибо, что родила его сына! — помолчав пару минут, как будто на что-то решаясь, продолжил: — Теперь я вместо нашего ТэТэ возьму ответственность за вас на себя. Вы больше не одни. Мы оформим брак, и я внесу Тэхёна-младшего в свой семейный реестр. Он не будет носить клеймо незаконнорожденного. И ЭТО НЕ ОБСУЖДАЕТСЯ. И еще: собери только очень ценные и нужные вещи, я забираю вас к нам, в нашу с ТэТэ квартиру. Он переписал на меня всё своё имущество и счета. Теперь они и ваши. Правда квартира давно пустует, придется там хорошенько повоевать с пылью. Поможешь мне в этом? А то я совсем плох в уборке. Не забудь взять документы, — он облегченно и в то же время тяжело вздохнул. — Это то, о чём мечтал ТэТэ. Чтобы ты воспитывал и заботился о нашем сыне, — тихо сказала женщина, уронив голову на подставленное надёжное мужское плечо и дав волю слезам. Только сейчас они поняли, что на них смотрит Тэ-младший, потирая спросонья глаза. Он подошел к ним, обнял обоих и сказал: — Чего же вы оба ревёте, если всё хорошо? — Ты прав, Тэхёна, мы не будем реветь. Это мы от счастья, так бывает, что от сильного, внезапного счастья слёзы сами катятся. — Тогда. Если ты женишься на маме, то я буду звать тебя "ПАПА"! Чонгук прижался к макушке мальчика губами, они были такие же мягкие и нежные, как у Тэ, покинувшего этот мир. — Хорошо, сынок, договорились! Какой же ты не по годам взрослый! Аж мурашки по коже. — Как папа Тэхен, да? Мама говорит, что я весь в папу Тэхёна. Это правда, я так на него похож? — Очень похож. Даже слишком! — Мама говорит, что я и родился уже взрослым, серьёзным и совсем не плакал! - он помолчал, встал на коленки напротив Гука и вдруг зашептал: — Ты же нас не бросишь теперь, когда мы тебя нашли, правда? Ты же не уйдёшь от нас теперь, как он? — его детские глаза были полны не детской тревоги, боли и надежды. — Ты же не уйдешь, как он, папа? Сердце Чонгука сжалось, голос дрогнул, и слезы было уже не остановить: — Нет. Конечно, нет! Теперь я не уйду от вас. Ты ведь спас мне сегодня жизнь, удержав от последнего шага. Так что теперь ты обязан заботиться обо мне всю оставшуюся жизнь! — полушутя полусерьёзно ответил Гук. А мысленно сказал: "Спасибо, Тэхен! Я исполню твою последнюю волю: я буду жить! Я позабочусь о твоём... о нашем сыне и его маме, как ты и хотел. Исполню твои мечты!". / ЭТО ВСЁ... можешь плакать... Ладно, ещё немножко слёзок пролей.../ Тэ младший бросается к Куки, обнимает его за шею и шепчет, но его мама всё слышит: — А вы мне сестрёнку с мамой родите... И братика? Чонкук ошарашенно смотрит на маму Тэ и заикаясь, закашлявшись произносит, предательски пропадающим голосом: — По-По-пробуем... мы... Он вдруг вспоминает слова хёна, которые тот произносил однажды, когда они лежали на пляже ночью и любовались звёздами: — Знаешь, Куки, почему я так мечтаю о большой многодетной семье? Хочу чтобы было минимум пятеро детей... Это чтобы никто из детей не был одинок, чтобы в мире у них были те, о ком могут заботиться и кого могут любить, кто будет заботиться о них и кто будет любить их... "ТАК вот какое "завещание" ты мне оставил, хён! Это жестоко! Это... " — закончить мысль ему не дала нежная маленькая ладошка, гладившая его по щеке, стирая внезапные слёзы и горячие поцелую детских губ в другую щёку: — Не плач, папа Куки, я здесь, я тебя не брошу! Я так долго искал тебя и нашёл, разве не стоит теперь радоваться? Разве ты не рад? — Конечно рад, родной! Рад! Прости, я просто скучаю по нему очень... — отвечал новоиспечённый отец. — Мы тоже скучаем... НО он "завещал" нам быть счастливыми, разве нет? — мама Тэ погладила по плечу мужчину, которого спас её сын. — ДА. Я постараюсь больше не плакать! Мы будем счастливыми! Мы постараемся! Главное, что мы теперь вместе! --------