Лучший подарок

Хван не знает, что подарить своему парню на их годовщину. У этого щеночка уже всё есть, а у Хёнджина сейчас мозг вскипит. Он, кажется, облазил всю мировую сеть и даже у друзей и знакомых спрашивал, но всё без толку. Он понял, что всё, что они предлагают, совершенно не то. Что же делать? Через день уже праздник, а подарок ещё не готов... Придя домой с работы, уставший Хван плюхнулся на двухместную кровать и смотрел в потолок около пятнадцати минут. — Я дома, – послышался голос из прихожей, а затем чьи-то шаги направились в сторону спальни. — М-м-м, – не в состоянии говорить что-либо промычал брюнет. — Малыш устал после трудного тяжёлого дня? – сладко проговорил зашедший в комнату парень. Хёнджин поднял руку в воздух, но от недостатка сил она тут же упала на кровать. — Может, я как-то могу тебе помочь... расслабиться? — Было бы отлично, Минни, – всё же смог выговорить Хван, но именно с такой интонацией это прозвучало для Сынмина так возбуждающе. — Что я могу сделать, чтобы мой малыш забыл о всех проблемах? – полушепчет и медленно приближается к кровати. Хёнджин приоткрыл глаза и поднялся на локти, чтобы увидеть Кима. Тот уже был очень близко, в метре от него и смотрел на Хвана каким-то пожирающим взглядом. Хёнджин, не выдержав такого напряжения, буквально подпрыгивает с кровати и накрывает своими губами губы Минни, начиная гладить большим пальцем его подбородок. — С годовщиной тебя, Сыни, – кусает того за губу, а затем спускается влажной дорожкой к шее младшего, немного прикусывая кожу, отчего Сынмин начал тихо постанывать. — Ты меня опередил, хитрый лисёнок, – перехватывает инициативу, сцепляя руки Хвана в замок со своими и нависает над его телом, падая вместе с ним на мягкую постель. Тот мычит в поцелуй, а затем протяжно стонет, когда Ким начинает водить прохладной рукой под футболкой. — Мне кажется, что это сейчас лишнее, – одним умелым движением руки стягивает со старшего мешающую ткань и тут же прижимается всем телом к его груди, продолжая вырисовывать своим языком узоры на коже. — Сыни... – сбивчиво начал Хван. — Я не успел купить для тебя подарок... — Малыш, – хоть Хван и старше Сынмина, но второй всё равно всегда называет его так. — Ты для меня самый лучший подарок, – улыбнулся тот ему в поцелуй. — Я... – нехотя отрываясь от любимого, — ...конечно очень рад этому, но мне бы хотелось сделать и тебе приятно, – Хван переворачивает Сынмина на спину и тут же нависает над ним, держа его руки на кровати над головой парня, и начинает выцеловывать ключицы, которые выпирают с каждым вздохом. Напряжение в зоне паха у обоих уже давно даёт о себе знать. Поэтому Хван медленно спускается ниже. Длинными пальцами щекочет талию Сынмина, отчего тот немного дёргается. — Это будет моим подарком, – Хван закусывает губу и ловит на себе пристальный взгляд Кима, который так и говорит «не мучай меня, приступай уже». Хёнджин аккуратно расстёгивает ширинку на джинсах младшего, а затем тут же стягивает их, бросая куда-то в угол комнаты. Он сразу видит немаленький стояк Мина. Сглотнув, стягивает с парня и оставшуюся, лишнюю на данный момент, ткань. И наконец дарит любимому подарок. — Минни, я где-то слышал, что лучший подарок — это подарок, сделанный своими руками, – ухмыляется старший и начинает резко водить большой ладонью по члену. Сынмин от резко нахлынувшего удовольствия закатывает глаза и запрокидывает голову назад, выгибаясь в спине. Такое зрелище не может оставить Хёнджина в спокойствие. И, не останавливая начатые действия, он продолжает ласкать Кима ещё больше. Свободной рукой легонько сжимает его шею, а влажные губы парня оказываются на животе Мина. Хёнджин не может оторваться от парня, от которого пахнет запахом сирени и лаванды, что ещё сильнее сносит крышу. Продолжая свои действия ещё пару минут, Хван приближается к лицу Сынмина и смотрит в его глаза, такие красивые, в которых готов утонуть сейчас же. А затем слишком сладко (на удивление для самого себя) целует губы парня. — Кажется сейчас я наконец-то понял весь смысл этой фразы, – перехватывает инициативу и обвивает руками шею Хвана, делая поцелуй страстным и мокрым. — Я люблю тебя, Хван Хёнджин. — Я тебя больше, Ким Сынмин, – укрывшись тёплым пледом, оба через несколько минут погружаются в мир снов.