Биение сердца

- Чертов высоченный ублюдок, верни сюда шляпу, или я отправлю тебя на тот свет! - Твое предложение крайне заманчиво, так что, пожалуй, я оставлю ее себе, - смеется Дазай, вскидывая руку со шляпой напарника выше, чтобы Чуя уж точно не мог до нее дотянуться. Использование гравитации ничего не даст - одно прикосновение руки Осаму вмиг заставит Накахару поцеловать пол. Они в здании портовой мафии, на одном из самых верхних этажей. Отчитывались перед Мори о выполненной миссии, и вот теперь, вместо того, чтобы отправиться домой, Дазай решил позабавиться, отобрав у Чуи шляпу и спрятавшись в пустом кабинете. Накахара мигом вычислил его местонахождение, но вернуть свою вещь по прежнему не мог. - Я последний раз повторя... Свет на этаже резко погас, погрузив все в кромешную тьму. Осаму вопросительно изогнул бровь, вглядываясь в лицо Чуи в темноте. - Чуя, Мори сан будет недоволен столь внезапным отключением электричества. - Это не я, - неожиданно тихим голосом отвечает шляпник, и ему вторит грохот раскатистого грома. - Ну вот, - с притворным сожалением в голосе говорит Дазай. - Ты ведь мог бы отобрать свою шляпу у меня быстрее, и мы бы уже могли быть практически дома. Накахара не ответил на данное заявление, и Осаму оглянулся на застывшего напарника, плотно стиснувшего ткань своего плаща. - Чуя? Тот помотал головой, повернувшись спиной к окну, когда тишину разрезал новый раскат грома. Шляпник зажал руками уши, и от внимания Дазая не укрылась дрожь, которая прошлась по его телу. Сложить два и два не составило никакого труда. - Вот уж не подумал бы, Чуя. Мне казалось, я все о тебе знаю, - с легкой иронией говорит Дазай, ступая к окну и опуская жалюзи. Тот по прежнему не отвечал, словно находясь в прострации, но его плечи чуть-чуть расслабились, стоило Осаму закрыть обзор на чертову грозу. Если бы он знал, что так случится, ни за что бы не повелся на провокации ублюдка, и ушел бы, пусть даже и без шляпы. Шляпа, кстати, внезапно опустилась на рыжие кудри, словно мягко приветствуя владельца. Но сейчас Чуя совсем был этому не рад - он чувствовал на себе пристальный взгляд Дазая. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться и окончательно не расклеиться перед напарником, но новый раскат грома буквально оглушил его. Накахара опускается на пол, прислонившись спиной к столешнице, уткнувшись носом в колени. - Чуууя, - слегка дразняще тянет Дазай, положив руку ему на плечо. Шляпник ее не сбрасывает, на провокации не ведется - слишком сильно сковывает его страх. Он будто пребывает в оцепенении, практически не реагируя на внешние раздражители - в данном случае, на Дазая. Поэтому даже не сразу осознает, что тот опускается на пол напротив него и тянет к себе - Чуя теряет равновесие, падая прямо в его объятия. Ублюдок тихо смеется, обвивая руками его талию. - Ты совсем охренел? - сдавленно шипит Накахара, но мигом сдается, вновь заслышав чертову грозу. Как же хреново. Враги бы покатились со смеху. Накахара Чуя, один из самых сильнейших эсперов мафии, напарник Осаму Дазая и часть легендарного дуэта Двойной Черный, боится грозы. - Тише. Это скоро кончится. Шляпник вздрагивает, не веря, что Дазай и в самом деле не просто смеется, но и пытается его успокоить. И даже не безуспешно - в объятиях напарника и впрямь уютно. Чуя бы даже мог сказать, что чувствовал себя защищенным - но эти слова бы застряли поперек горла, как рыбная кость. Осаму же прекрасно все понимает. И вопреки всем домыслам, страх Чуи вызывает в нем даже что-то вроде зависти. Как давно он ничего не чувствует? Постоянное подавление эмоций сделало из него идеального эспера. Машину для убийств, которая, со своими суицидальными наклонностями, и сама не боится попасть под удар. Дазай был лишен страха. Внутри зияла пустотой огромная дыра. Неполноценный человек. - О чем ты думаешь? - вдруг спрашивает Чуя. Гроза немного поутихла, и он почувствовал себя лучше, однако, все еще не рискуя выбраться из его объятий. Ответ Осаму не заставляет себя долго ждать. - О том, какая прекрасная шляпка у малыша Чу... - Заткнись! - злость придает ему сил, и он отвешивает Дазаю подзатыльник. - Я серьезно. - Я не боюсь грозы, - неожиданно отвечает напарник, задумчиво глядя вдаль. - Я вообще ничего не боюсь. Я ничего не чувствую. Я хочу... покоя. Чуя смотрит на него внимательным взглядом, и во мгновение ока достает кинжал, толкая Осаму на пол. Тот послушно падает, с любопытством глядя на него. - Я устрою тебе спокойную жизнь. Будешь в покое навечно! - шипит он, приставив к горлу Дазая нож. Тот в ответ лишь зевает, широко улыбнувшись, зная, что это взбесит Чую еще больше. - Ну так? - невинно интересуется Дазай, кивая на стиснутый в пальцах Накахары нож. Чуя скалится. - Это больно. - Будь понежнее, - вздыхает Осаму, вздернув острый подбородок и придвигаясь ближе: теперь лезвие ножа было занесено вплотную к бьющейся жилке на его шее. Накахара и впрямь про себя кипит от злости. Его вторая рука упирается в грудь Дазая, чувствуя ритмичное биение сердца. Ему и правда, все равно. Даже если он умрет прямо сейчас. - Я так устал, Чуя, - шепчет он в темноту, прикрывая веки. - Помоги мне. Шляпник мгновение смотрит на него, а потом отбрасывает нож и целует ублюдка - неожиданно мягко и нежно. Наверное, страх, а потом и злость вышибли у него все мозги, но прямо сейчас он чувствует - так надо. Осаму удивленно распахивает глаза, но сопротивляться даже не пытается. - Я тебя ненавижу, так что не надейся, - бормочет он прямо в Дазаю в губы, и довольно улыбается: сердце под его ладонью забилось быстрее. Буря снаружи утихла. Осталась только та, что внутри.