Чокнутый!

— Серьёзно! Это был мужик! Я даже могу поклясться, что он щетину не сбрил! — яро доказывал я, стуча кулаком в грудь. — Какой ты, оказывается, внимательный, — хмыкнул Рей, усаживаясь на кровать и беря в охапку большого игрушечного далматинца. Я тут же замолк на полуслове. Сразу вспомнилось, что именно в этой комнате я назвал Рея психом и чуть не послал его. Не знаю, как, но я опять оказался в квартире Рея. Большую часть пути мы провели в молчании и лишь когда стали подходить к нашему общему дому, каким-то образом снова разговорились. Даже и не помню, кто первый начал. Может, я, а может, и Рей. И вот каким-то чудесным образом я поднялся на этаж выше, чем мне нужно, и последовал за Реем. Приглашения в гости не прозвучало. Всё получилось настолько внезапно и естественно (да, именно так), что у меня не было и мысли пойти на попятную. Рей открыл дверь, я зашёл следом, и… Вот мы уже находимся в его комнате, а я без умолку болтаю о своём неудавшемся свидании. Когда Рей обнял далматинца, я почувствовал себя неловко. Снова. До этого я совершенно забыл о том, что мы как бы поссорились. Вернее, мы не ссорились, потому что мы не друзья. Значит, нам не нужно мириться? Получается, что так. Однако то застрявшее на полпути «извини» до сих пор хотело вырваться наружу. Заметив, что я вдруг застыл посреди комнаты и не знаю, куда деть руки и ноги, Рей кивнул на кровать. — Садись. Шерхан пододвинется, — он потрепал тигра по голове. — Я не посмею покуситься на место Шерхана, — сказал я. Сейчас не хотелось обращать внимание на странности Рея. Ну и что, что он ведёт себя так, будто в комнате находится множество живых существ. Ну и что. В конце концов, Кира права. Меня тоже можно назвать чокнутым, если хорошенько подумать. Например, в детстве у меня была кукла Барби. И нечего ржать! Помню, как мы с мамой пришли в магазин, и я выпросил у неё эту куклу. Тогда я ещё совершенно не понимал, почему так странно, что мальчик играет с куклой. Между прочим, я её очень любил. Катал на игрушечных машинках, причёсывал и даже стирал платья. Кукла казалась мне безумно красивой: длинные светлые волосы, большие синие глаза и хрупкая фигурка. Я с ней никогда не расставался. До тех пор, пока не пошёл в школу. Естественно, куклу мне приспичило взять с собой. И вот в тот день кто-то из старшеклассников поднял меня на смех и обозвал извращенцем. Конечно, тогда я ещё не знал, что означает слово «извращенец», но из-за жестокого смеха было жутко обидно. Я расплакался и убежал домой, не забрав портфель. Кукла была беспощадно выброшена в помойное ведро. Поэтому… Возможно, я просто пытался отыграться на Рее? — Вау… У тебя есть кресло-качалка, — завороженно прошептал я, случайно посмотрев в угол комнаты. Рей проследил за моим взглядом. — А, это… Оно старое, принадлежало моей маме. Жалко было выкидывать, вот и привёз с собой. — А где сейчас твоя мама? — сорвалось у меня с языка. — Умерла, — незамедлительно ответил он. У меня едва не подкосились ноги. — Прости, я не знал… — Ты не знал. Тебе простительно, — улыбнулся он и перегнулся через поручень кровати, открыв дверцу шкафа. — Это было десять лет назад, так что… Ничего, — Рей мотнул головой. — Мне нравится сидеть в этом кресле с книгой, укрывшись пледом. Потом и вставать-то не хочется. Рей бросил мне увесистый мохнатый плед. Он смотрел на меня пристально, и я даже не сразу понял, что мне нужно сделать. — Ты хочешь, чтобы… А можно? — Можно. Немножко, конечно, не по себе. Кажется, я совершенно случайно умудряюсь бить по самым больным точкам Рея. Хоть он и не показывает вида, но его наверняка сильно задевают мои слова. А я только и могу, что молчать да переводить разговор в другое русло. Кресло я невольно сравнил с тем, что стояло в комнате Киры. По ощущениям очень похоже. Только сейчас я был не дома, а у соседей. Так почему же я совершенно не чувствую разницы? А ведь они переехали сюда совсем недавно, всего несколько дней назад. Мне оставалось только удивляться тому, как Рею удалось создать ощущение уюта в чужом для него месте. Это… талант? Да, пожалуй. Под пристальным взглядом Рея я накинул на себя плед и прижал руки к лицу. В носу защекотало. Наверняка, из-за пледа. Я весь скорчился и громко чихнул. Рей рассмеялся. — Ты так забавно выглядишь, когда чихаешь. — Неправда! — Правда, правда. Будь здоров. — Спасибо… — промямлил я. — Рей… Извини. Я столько о тебе не знаю, что не имею права называть тебя психом или ещё кем-то. А ещё я не должен был спрашивать тебя о матери. Я… — Просто я для тебя как диковинный фрукт, — перебил меня Рей. Сравнение так себе, но в целом оно подходило. Я тут же засуетился. — А мне точно можно здесь сидеть? Всё-таки… — Ты когда-нибудь замолчишь или нет? Или я спущу на тебя Шерхана. Да уж, спустит он. Я прямо вижу, как Шерхан рвётся в бой. По-моему, ему вообще плевать на меня. Я всё же успокоился. Забрался поглубже в кресло, которое размеренно покачивалось, натянул плед до самого подбородка и задумался. Что я сейчас делаю? Сижу у Рея в комнате и зачем-то пытаюсь замять свою вину. Зачем? Я же не собирался становиться его другом. И не собираюсь. За всю жизнь у меня не было ни одного по-настоящему близкого друга. Наверное, я просто боялся довериться. Та детская травма наложила весомый отпечаток на моё поведение. Я стал недоверчивым. Мне постоянно казалось, что люди за спиной шепчутся именно обо мне. Казалось, что как только я назову кого-то другом, то он тут же отвернётся от меня. Давно бы пора пережить то детское воспоминание, но я так и не смог забыть его. Каждый раз, когда я задумывался о дружбе, то невольно говорил себе, что это плохая идея. Я не заметил, как задремал. Мне снилось небо, облака и бесконечная радуга. Я куда-то шёл, прыгая на облаках как на батуте. Помню, что у меня было прекрасное настроение. Но вдруг облака затряслись и я подумал: «Землетрясение!» Ну и что, что я где-то на небе. Наверное, тут тоже есть подобное явление! Однако это было не оно. Это Рей тряс меня за плечо и что-то говорил. Разлепив веки, я с трудом сфокусировал взгляд. — Что такое? — спросил я, оглядываясь по сторонам. Рей улыбнулся. — Ничего. Просто уже вечер, а ты всё ещё спишь. У меня, — уточнил он. Так. Значит, я всё-таки уснул. Странно, что Рей не разбудил меня сразу. Вечер… И сколько же уже времени? Поискав взглядом часы, я наткнулся на них на стене. Стрелки указывали на восемь вечера. Я аж подпрыгнул, едва не ударив Рея взметнувшимися вверх руками. — Уже так поздно! — спохватился я. — Почему ты меня не разбудил раньше?! — Просто ты так сладко спал, — он сложил ладони вместе и прижал их к левой стороне головы, видимо, изображая спящего меня. Ненавижу, когда люди видят, как я сплю. Это позволено видеть только Микку и то потому, что мы живём в одной комнате! Я вспыхнул не то от смущения, не то от досады. — Забудь то, что ты видел! — приказал я, тыкая в Рея пальцем. — Ты в своём уме? — Конечно! Я просто ненавижу, когда кто-то рядом со мной не спит, если сплю я. — Ну уж извини, ты сам решил вздремнуть, я тебя не уговаривал спать без меня, — Рей нахально приподнял брови. — С тобой я вообще спать не собирался, — фыркнул я, по привычке приглаживая волосы и используя пальцы вместо расчёски. Не знаю, почему, но Рей опустил взгляд, словно обдумывая что-то. — Ты ведь меня голубым утром назвал. Полагаю, мне можно и помечтать об очевидном. Я не знал, смеяться мне или плакать. Естественно, Рей шутит. У него ведь странные привычки, так что странный юмор наверняка является бесплатным приложением к ним. Только вот я совсем не хотел, чтобы его шуточки каким-то боком касались меня. — Но в тех обтягивающих джинсах ты именно так и выглядел, — я вдруг заметил, что он уже успел переодеться в чёрные спортивные штаны и обычную белую безрукавку, которую мне уже приходилось видеть. Даже и не знаю, какой Рей мне нравился, а какого я не переносил. Дома он был обычным немного неряшливым парнем со своими тараканами в голове, на людях же превращался в симпатичного тихоню с книжкой в руках. К чему такие превращения? — Подобная одежда не запрещена законом, — отозвался Рей. — Хочешь сказать, ты будешь каждый день так одеваться? — Почему бы нет. — Значит, то, что я говорил ранее, остаётся в силе. — Не будешь общаться со мной на людях? — Не буду. — А здесь, значит, будешь? Я помедлил. — Ну… Возможно. На самом деле, я не понимал, что меня так смущает. Если бы Рей и в публичном месте продолжал нести чушь о мягких игрушках, пожалуй, я бы чувствовал себя гораздо большим идиотом. Так что же меня не устраивает? Наверное, возможность находиться рядом с ним с утра до самого вечера. Из-за этого мы ведь можем сдружиться? Можем. А этого я не хотел. — Кстати, сегодня на обратном пути тебя совершенно не беспокоил мой внешний вид. — Твой внешний вид был просто замечательным по сравнению с Принцессой, — от воспоминаний меня пробрала дрожь. — Какой-то ты ограниченный человек, — заявил Рей. — Я не ограниченный! Я… Рей умудрился прочитать мои мысли, которые я совершенно не собирался озвучивать. — Ты зависишь от мнения других. Боишься того, что о тебе подумают, если будешь общаться со мной. Я закрыл глаза и вздохнул. В точку, Рей. И почему ты такой открытый? Неужели тебе плевать на мнение других? Впрочем, я это понял ещё только когда встретил тебя в первый раз. — Не продолжай, — я поднял руку в знак протеста. — Скажешь ещё слово в подобном направлении и… — Ты снова назовёшь меня психом и уйдёшь, хлопнув дверью. Какого чёрта? Я знаю Рея всего несколько дней, а он чуть ли не каждую фразу за мной заканчивает. Ещё одна пугающая способность. Я сдался. — Да, именно. Так что… Молчи, — попросил я его, снова посмотрев на часы. — Тебе пора. Полагаю, семья уже заждалась. — Наверное. Хорошо, что я никогда не включаю звук на мобильнике. Даже боюсь представить, сколько там пропущенных вызовов. Иногда бывает, что всем на меня плевать, а иногда я всем срочно нужен. Что-то мне подсказывало, что сейчас меня ждёт именно второе. Когда я вышел в подъезд, Рей окликнул меня. Я остановился. — Пойдём завтра вместе? — Не думаю, что готов. — Не готов? Или не хочешь? Хорошее уточнение, Рей. Всё-таки он прекрасно чувствовал, что изначально мне было неприятно находиться рядом с ним. — Не готов. Если что-то изменится, я дам тебе знать.

* * *

Кира была единственной, кто узнал о моей оплошности с провалившимся свиданием. Ну, кроме Рея. Так как она не имела особенности смеяться надо мной (она вообще редко смеялась), то поделиться с ней своим несчастьем мне было достаточно легко. Озадаченно посмотрев на меня, она вновь отвернулась к компьютеру. — Никогда бы не подумала, что мой брат будет ходить на свидания с мужиками. — Это получилось случайно! — я кинулся защищать себя. — Откуда же я знал, что вместо хрупкой девушки ко мне явится извращенец в платье? — Ты мог бы спросить это прежде, чем согласиться встретиться. — Но она… Он всегда писал о себе в женском роде. К тому же красивый ник… Кира цокнула языком. — Все вы такие. Несколько красивых слов – и сильная половина человечества покорена. — Я не такой. — Ну-ну. У тебя хоть была фотография этого чуда? — Нет… В отличие от Рея, Кира гналась за подробностями. Если Рей просто посмеялся надо мной, то Кира заставила меня чувствовать себя круглым придурком, которому впервые в жизни предложили пойти на свидание. Не скажу, что это полная правда, но мне на самом деле ещё не приходилось бывать на полноценном свидании. Выходит, Кира права. — Рей не вёл себя так… — тихо пробормотал я, надеясь, что Кира не услышит. Но не тут-то было. — Рей? Который живёт этажом выше? И кто меня тянул за язык… — Так получилось, что мы вместе возвращались домой, разговорились, а потом я у него уснул… Последняя фраза весьма удивила мою сестру. — Ты что, спал у него дома? И поэтому вернулся только к ночи? — Так получилось. И вообще, хватит меня расспрашивать обо всём. Я ведь не спрашиваю, как у тебя дела в школе! — Как обычно, — отозвалась она. — А вот у тебя творится нечто интересное. Ничего интересного. Абсолютно. — Кстати, порадуй маму, что ты с Реем помирился. — Я с ним не ссорился, знаешь ли. — Правда? Как мило. Говорила же, что вы похожи. Кире нужно идти в предсказатели. Полагаю, она хочет сказать, что наша с Реем встреча была предначертана судьбой. И даже если судьба здесь ни при чём, то встретившись, мы были просто обязаны начать общаться. — Я пойду спать. — Ещё ведь рано. — Ну и что. Уж больно насыщенный день. — Поговори с мамой. Ей ведь интересно, как у тебя прошёл первый учебный день. Может, и про своё свидание расскажешь, — Кира махнула мне рукой. Иногда мне кажется, что в этой семье все хотят надо мной поиздеваться.

* * *

Этой ночью я мало спал. Успокоившись после разговора с Кирой и мамой (о встрече с Принцессой я маме не рассказал), я снова задумался о Рее. Он меня всерьёз беспокоил. Вернее, беспокоил меня я сам, так как впервые за долгое время меня тянуло к человеку. Отталкивало и тянуло одновременно. Где-то в глубине души я понимал, что, возможно, Рей – самый адекватный вариант на претенденты в лучшие друзья. В конце концов, с ним я хоть разговаривать мог, не скрывая правду. Все школьные знакомые остались в прошлом. Я ни с кем не поддерживал связь и даже сменил номер телефона, чтобы оградиться от навязчивых смсок «Как у тебя дела?», «Как учёба?», «Как личная жизнь?» и тому подобных. На новой странице моей жизни пока что были только нечитаемые каракули. На их расшифровку требовалось время, но сколько именно, я не знал. День, два, три? Неделя? Месяц? Привыкать к чему-то новому всегда трудно, а расставлять приоритеты в чём-то новом – ещё труднее. Принцесса сразу же отошла на самое последнее место. Я не планировал больше ни писать ей, ни встречаться снова. Вернее, ему. Университетская группа пока что мало меня беспокоила. Для начала мне нужно хотя бы запомнить имена нескольких человек, а уже потом решать, насколько хорошо вольюсь в новообразовавшийся коллектив. Рей каким-то чудесным образом оказался на первом месте. Получится ли из этого что-то хорошее, сказать сложно. Однако я перестал сопротивляться и признал, что когда-нибудь я смогу ходить вместе с ним на учёбу и ни о чём не волноваться. Когда-нибудь… Но не сейчас. Сейчас я принял решение хорошенько всё обдумать. Дневной сон помог мне пережить ночные мысли, поэтому утром я чувствовал себя достаточно бодрым. Собравшись, я разбудил Киру – в школу ей нужно было выходить чуть позже меня – и отправился в путь. Следующие несколько дней с Реем я не общался.