Поспорить с судьбой: мы встретимся вновь

Кто бы не говорил, но Архонты не всесильны, даже имея безграничную силу. У каждого есть свой предел, тот рубеж, за который уже невозможно перейти и что-то изменить. Сколько в прошлом было бессмертных и почти все они уже отошли за край вечности. Если уж Боги погибали, то что говорить о простых смертных? Тарталья всегда искал приключения и ввязывался в драки; чем сильнее враг - тем лучше. Эта маниакальная одержимость битвами, победами, несомненно сделала его сильнейшим, но всегда найдётся враг, который сможет победить. Таких в его жизни было несколько, путешественник хоть и одержал над ним верх, но у него не было желания отбирать его жизнь. Это было скорее исключением из правил. За свою относительно недолгую жизнь, Чайльд успел нажить себе достаточно врагов среди людей, но так же и среди последователей Бездны. В один момент это его действительно погубило. Чжун Ли опоздал, и хотя его щит мог оградить от любых чудовищ, было слишком поздно. Ранения, которые получил предвестник Фатуи были серьёзными, но их можно было вылечить, а вот форма духа окончательно истощила тело, не давая ему и шанс на восстановление. Кажется, даже в такой ситуации Чайльд всё ещё не верил в то, что так просто проиграл, но сил на то чтобы подняться или сжать клинок уже не осталось. Он даже не стал противиться, когда некогда предавший его Гео Архонт опустился перед ним на колени, взял его за запястье. «Не надейся, камень, это сердце всё ещё бьётся» — это читалось во взгляде голубых глаз. Правда, отвратительный привкус крови подступал к горлу, сломанные рёбра пробили лёгкое, от чего каждый вдох давался с болью. — Так вот как можно было поставить тебя на колени, — голос юноши был тихим, чуть громче шелеста ветра. Его почти заглушали удары о щит, с которыми их противники пытались пробиться и нанести урон. Тарталья всегда считал что проживёт яркую жизнь в сражениях, сможет вырвать у судьбы лучшее для себя и своей семьи. А оно вот как обернулось. За всё нужно платить, парень прекрасно это осознавал, когда принимал от Царицы глаз порчи. Но и подумать не мог, что его время придёт так скоро. — Так глупо, после всего, что я получил, — его взгляд устремился вверх. Но почему-то вместо голубого неба он видел только склонившегося над ним Чжун Ли. Они так и не смогли поговорить после всего, что произошло между ними. Даже если Чайльд был в Ли Юэ, он избегал встречи с этим не человеком, а бывший Гео Архонт намеренно делал так, чтобы они не встретились в местах, которые раньше нравились им обоим. Но почему же в этот последний момент, единственный, кто будет с ним до конца, оказался именно этот предатель? Кажется, из Фатуи он остался единственным, кто ещё изо всех сил цеплялся за жизнь, но она продолжала ускользать, и была неумолима. Так глупо, встретить свой конец в чужой стране, вдали от семьи. Ему бы ещё хоть раз вернуться в Снежную… Кажется, придётся нарушить обещание, которое он дал Тевкру. Антон и Тоня смогут ему всё объяснить, они ведь старше и знали, чем занимается их брат. Тарталья закрыл глаза, ощущая, как горло сдавливает невидимый обруч, дышать становилось всё сложнее. — Опять оплошал. У него было так много планов, стремлений. Чужие объятия уже не ощущались, тело стало слишком тяжёлым. Где-то внутри ещё пыталось биться сердце, но каждый удар давался с боем. Вся его жизнь напоминала бесконечную битву с судьбой. Оказывается, он так устал за это время. — Не уходи, — слух уже подводил или этот сиплый, сдавленный голос действительно принадлежит Чжун Ли? Точно, они ведь так и не смогли поговорить, не смогли хоть раз сразиться. Когда-то в будущем… А это будущее обязательно наступит, в новой жизни они ещё встретятся и непременно сойдутся в поединке. Нужно… лишь подождать. Но ведь его друг перестал быть Мораксом, лишился сердца бога и стал обычным человеком. Что же последует за смертью самого Гео Архонта? «Только дождись меня, Чжун Ли». Последняя мысль, прежде чем сознание померкло окончательно. Сердце ещё билось, с каждым ударом интервал становился всё больше, пока наконец и оно не замерло. Молодой юноша на руках бывшего Бога испустил последний вздох. Чжун Ли крепче обнял тело, прижимая к себе. Ему довелось пережить столько потерь, но каждый раз это было тяжело и больно. Будто его душу в очередной раз изрезали, и с уходом Тартальи он потерял её часть. Зачем эта вечная жизнь, если продолжаешь терять близких? Даже перестав быть Архонтом, почему смерть преследовала его, но не забирала вместо других? Такое долгое существование, а вместо него продолжали умирать достойные люди. Сердце Бога Контрактов было живым, даже если он и перестал быть Архонтом. В тот момент мужчина ощущал боль, он прижимал к себе бездыханное тело того, с кем так и не успел объясниться. Поток чистой первобытной силы вырвался за пределы щита, уничтожая врагов, оставляя после себя лишь безжизненную пустошь. На пороге смерти, ненавидел его Тарталья, или он-таки получил прощение за всё то, что натворил? Мысли циклично двигались по кругу, в то время как тело в его объятиях медленно остывало. Если бы он только мог… Когда-то давно Моракс поклялся, что больше никогда не обратится к высшим силам, какое бы желание у него не было. Но обещание - не сделка, и его можно было нарушить. — Селестия, я хочу заключить с тобой контракт. Голос, несмотря на испытываемые страдания, был поразительно ровным и спокойным. Все эмоции остались заперты внутри тела, а быть может, ушли вместе с Тартальей? Последние слёзы так же давно были пролиты, ведь сколько друзей и близких он уже потерял? Удивительно, в этот раз его желание было услышано. Но цена исполнения была слишком высока. И даже так, условия были озвучены, решение в пылу эмоций было принято, а Боги, древнее самого Моракса, запустили необратимую цепочку событий.

***

Мир не стоит на месте, он динамично меняется и преображается. Когда-то давно почитаемые Архонты отошли в прошлое, люди вместо молитв теперь предпочитают верить в собственные силы. Древние статуи разрушились, имена Архонтов отошли в небытие, и лишь в нескольких музеях ещё можно было встретить их изображения, которые вышли из-под кисти талантливых художников, да обломки некогда величественных статуй. Но не могли отобразить и половины того, что было на самом деле. Менялись и сами люди, изобретали что-то новое, облегчали свой быт. Чудовища остались лишь в сказаниях о них, а глаз бога — преданием и предметом старинных легенд и баллад. Телепорты стали загадкой прошлого, неразрешённой и давно утерянной технологией древности, на их смену пришли самолёты и поезда. Алхимия преобразовалась в несколько точных наук, медицина вышла на новый уровень в ногу со времени. За всеми этими изменениями Чжун Ли наблюдал с неизменной печальной улыбкой. Проходили эпохи, лишь он оставался таким же. Ценой контракта стало его бессмертие, но даже Селестия не могла воскресить мёртвого, хотя мужчина предлагал обменять свою жизнь, вот только это был слишком неравномерный обмен. Что стоит жизнь двадцатилетнего юнца в сравнении с несколько тысячной историей Гео Архонта? Поэтому тот, кто хотел уйти на покой, был обречён продолжить своё существование, неся бремя истории этого мира. Гео Архонт не забыл ничего, что прошло за эти тысячелетия, его память была всё такой же яркой и впечатляющей. Находясь в тени, он остался стражем порядка этого мира. Долгие годы одиночества. Никогда нельзя делать что-то на эмоциях, и, оглядываясь назад, Чжун Ли сам не понимал, почему в тот момент так отчаянно хотел вернуть паренька из Снежной. Неужели без Сердца Бога он стал слишком человечным? Когда чувства утихли, мужчина не понимал, почему не решился последовать в вечность за ним, почему загадал именно такое желание? Возможно потому, что даже в момент ссоры хотел, чтобы тот жил, счастья для этого человека, ставя его выше собственного эгоизма. В любом случае, он ждал. Раз проклятие бессмертия всё ещё было при нём, значит, они непременно встретятся. Консультант по древней истории Ли Юэ имел доступ к любому музею, архиву или раскопкам. Только он мог рассказать о том, что представлял из себя истинный полуночный нефрит, а не те подделки, которыми ломились витрины магазинов, или мог расшифровать древний рецепт супа с бамбуком. Избегал только говорить о Боге Мораксе, упоминание о котором нашли не так давно. Его изображали в виде большого чёрно-золотого дракона, и бывший Гео Архонт ничего не имел против. Даже если мир изменился, суть людей осталась прежней. Чжун Ли наблюдал за шумной группкой школьников, которым экскурсовод рассказала о былых временах. Многие с интересом разглядывали модель аэростата, который завис под потолком и удивлялись, как на таком можно летать? Мужчина вздохнул и перевёл взгляд на картину, возле которой он остановился. Таким видели Моракса сейчас: недвижим как скала, бесчувственный Бог Контрактов и моры. Руки, в доказательство безграничной первобытной силы, были чёрными, с узорами элемента гео. На картине казалось, что они были нарисованы расплавленным золотом. Для Чжун Ли же это было не более, чем форма, к которой ему никогда не хотелось возвращаться. Лицо по давней традиции было скрыто белым капюшоном, ведь даже называть по имени древнего Бога считалось невежливым. Невольно мужчина посмотрел на свою руку — в ней до сих пор сохранилась исконная сила, вот только он уже давно не принимал тот облик. Изящная рука, затянутая в чёрную перчатку, сжалась в кулак. Даже его силы не хватило, чтобы сохранить жизнь человеку, который был ему важен. — Интересно, если бы Бог Контрактов мог принять человеческий облик, каким бы он был сейчас? Этот вопрос заставил Чжун Ли обернуться. Такой знакомый голос… Мужчина встретился с насмешливым выражением синих глаз, в которых плескалась озёрная гладь. Это был чистый гидро элемент из тех времён, когда у людей ещё был глаз бога. Ярко рыжие волосы, непривычная для Ли Юэ внешность иностранца. Но самое главное — улыбка, которая освещала, прогоняла даже самую непроглядную тьму в жизни. Этот свет прикоснулся к находящемуся в тени бывшему Богу, возвращая яркие краски. До этой случайной встречи Моракс даже не осознавал, насколько пресным и безжизненным был мир вокруг. Взгляд юноши замер на пропуске, который Чжун Ли постоянно забывал и терял. Поэтому коллега каждое утро лично вешала его на шею нерадивому сотруднику, чтобы тот смог попасть на подземные этажи. — О, вы здесь работаете? Простите, мысли в слух, — юноша почесал нос, а затем улыбнулся. — Я здесь сопровождаю экскурсию брата. За ним нужен глаз да глаз, представляете, в прошлый раз он чуть не уплыл сам в Снежную, просто потому что соскучился по сестрой. Так что уходя из музея, нужно будет проверить все шторы. Боюсь, в зале с руинным охотником он останется жить. Чжун Ли мягко улыбнулся. Даже если время изменилось, некоторые вещи остались прежними. Тарталья, который так сильно любит свою семью, Тевкр, который когда-то сам приплыл в Ли Юэ, чтобы увидеть брата и чуть не погубил самого Тарталью в бою с руинными охотниками. Все те истории, которые когда-то рассказывал путешественник, ещё при жизни Тартальи. Все те детали, которые составляли жизнь одиннадцатого Предвестника Фатуи, делали его человечным. Та часть, которая покорила того, чьё сердце было создано из камня. — Ничего страшного, ядро хаоса из экспонатов давно извлечено, так что они не представляют опасности, — мягким, бархатным голосом сказал мужчина. От чего на мгновение рыжеволосый студент замер, раздумывая, а не послышалось ли ему? А после засмеялся, представляя, как бы обрадовался брат. — Аякс, студент по обмену из Снежной, — представился юноша. — Мой отец работает здесь дипломатом. — Консультант по древней истории Ли Юэ, Чжун Ли, — представился мужчина, ощущая, как внутри всё переворачивается от эйфории такой долгожданной встречи. В одно мгновение время замерло, стоило увидеть нужного человека, а затем секундная стрелка продолжила свой ход, отсчитывая жизнь уже смертного бывшего Гео Архонта. Контракт наконец-то выполнен, и за встречей следовала новая история, где наконец-то всё можно сделать правильно.