Украденное у судьбы

- В чём дело, Вадим? Я думал, что тебе вполне по силам разобраться с этим, - голос Колчина звучал как всегда ровно, но знание того, что зачастую сулило это спокойствие, заставило Уварова досадливо поморщиться. - Я уже принял необходимые меры. Почти. - Не вынуждай меня разочаровываться в тебе, сынок, - таким же тихим, скрипучим, но уже более назидательным тоном продолжил Владлен Петрович. - Ты знаешь, что они своим любопытством существенно затрудняют нашу работу. Или в тебе проснулось сострадание? Надеюсь, ты помнишь, что для нас это непозволительная роскошь. - Я понял. В ближайшее время всё будет сделано. Я… - Да-да, Вадик, ты уж постарайся. И не подумай, что тороплю, но на всё про всё у тебя остались сутки. Завтра утром жду тебя с отчетом. - Я понял, - недовольно скривившись, с нажимом повторил Уваров. Дождавшись ответа, Колчин отключился, а его «правая рука», вздохнув, кинул телефон на прикроватную тумбочку. Придав своему телу полусидячее положение и нервным движением схватив с этой же самой тумбы распечатанную пачку сигарет, мужчина, не раздумывая, закурил прямо в постели. Вадим Юрьевич не принадлежал к жаворонкам. Он никогда не любил утренние часы, а нынешним утром, не смотря на то, что оно выдалось на редкость солнечным, чувствовал себя особенно не в духе. Напоминание о незавершенном задании не добавляло оптимизма. Выпустив изо рта длинную струю дыма, секундой позже он раздавил сигарету в керамической пепельнице. Водрузив её на место, Уваров, резким движением откинув одеяло и спустив ноги на пол, с трудом поднялся с кровати. Вымученно вздохнул, в раздумье почесал левый глаз и, собравшись с духом, героически преодолел расстояние до двери в ванную комнату… Идей по осуществлению задуманного в Уваровской голове было предостаточно. Ведь мужчина думал о задании с того самого момента, как поднялся с постели, пока принимал душ, одевался, спускался в столовую, завтракал, вёл нудные занятия, снова направлялся в столовую, даже послеобеденный сон не принёс желаемого расслабления. Забраковав самые рискованные и несуразные варианты, физрук в уже слегка приподнятом настроении отправился в подземелье, а именно, на нижний уровень. Ведь пробирки, колбочки, а вместе с ними и разработка новых препаратов притягивали и манили к себе Уварова. А приказ он выполнит после отбоя, тихо и без свидетелей. Главное, не забыть сильнодействующий яд – одна инъекция и утром можно докладывать Колчину об успешно выполненном задании. Вечер, на удивление, наступил быстро. Взглянув на наручные часы, Вадим, покачав головой, вымученно выдохнул. Пора. Покинув лабораторию, Уваров, поднявшись на лифте на верхний уровень и, на всякий случай, убедившись в наличии пистолета за поясом, неторопливым шагом направился к выходу из подземелья – камину. Всё бы ничего, но в правом ответвлении коридора послышался какой-то подозрительный шорох. Секунда – и рука по инерции метнулась за пояс, ещё мгновение – и мужчина не без удивления провожает взглядом быстро удаляющуюся женскую фигурку. А в это время… Девушке казалось, что никогда в жизни она не передвигалась на подобных скоростях. Леденящий ужас был превосходной мотивацией. Преодолев самый опасный участок пути, брюнетка остановилась на минуту, для того, чтобы перевести дух, и вновь пожалела о том, что спускаясь вниз, не оделась более существенно. Тонкая футболка и джинсовые шорты, как оказалось, были не совсем пригодны для поздних прогулок по подземелью. Так, ещё немного, ещё пара коридоров и она выберется отсюда. Атмосфера затхлости и мрачный полумрак заставили судорожно выдохнуть и прибавить шагу. Не переставая, Виктория мысленно кляла себя на все лады – какая же она идиотка, что поддалась сиюминутному порыву и спустилась сюда в надежде найти друзей. В паре метров от ученицы замаячила кем-то любезно приоткрытая массивная металлическая дверь. В виду того, что все остальные были заперты, можно было смело предположить, что открыли её ребята. А вдруг им нужна помощь? Разве человек, чей жизненный принцип гласит «Нянчиться с другими – вот моё истинное призвание», может пройти мимо? Вот и Кузнецова не смогла… Вытерев вспотевшие ладони о джинсовую ткань шорт, девушка неуверенно взялась за дверную ручку и потянула на себя. Дверь распахнулась до конца с лёгким скрипом, Виктория шагнула в темноту помещения. Убеждая себя, что не переступила черту, после которой уже будет поздно возвращаться, девушка включила предусмотрительно прихваченный с собой фонарик. Комната представляла собой некий медицинский кабинет: пара кушеток, стеллаж, стол, чем-то напоминающий операционный… Виктория вновь прислушалась, но ничего не услышала, а запах застоявшегося воздуха лишь подтвердил ее умозаключение в пользу того, что этим помещением давно никто не пользуется. Понимая, что видит его впервые, Кузнецова медленно прошла вперед и тут же вздрогнула, когда дверь за её спиной с преувеличенно громким щелчком захлопнулась. Хоть девушке и показалось, что она услышала чьи-то шаги, разворачиваться Вика не спешила. Ситуация нравилась всё меньше и меньше, пахло западней. Причем, ощутимо так пахло. Секундой позже последовал ещё щелчок, более тихий, как оказалось, этот кто-то включил свет. - Ну ни черта ж себе! Мозгу потребовалось секунд двадцать, чтобы осмыслить, кому принадлежит этот голос. Девушка зажмурила глаза – ни жива, ни мертва от страха - но это не остановило надвигающуюся реальность. - Та-а-ак, видом сзади я уже налюбовался. Теперь повернитесь-ка ко мне лицом, бесстрашная ты наша. Крепко зажав в ладони фонарик, девушка медленно развернулась. Мужчина стоял у двери, расслабленно опираясь на косяк и играя своей зажигалкой, его брови вопросительно взметнулись вверх, похоже, он до сих пор ждал от ученицы хоть какой-то словесной реакции. - Вы? – решив не разочаровывать преподавателя, сдавленно прошептала Кузнецова. - Я. Спокойно-ироничный ответ послужил лучшим подтверждением того, что девушка оказалась в весьма незавидном положении...