Натурщица

Я проснулась из-за того, что солнечные лучи стали попадать в комнату и, остановившись на мне, припекать меня своим теплом. Потянувшись в кровати, я поняла, что спала в одежде. Отлично, теперь платье измято, да еще и в кровати полно песка, который осыпался с балеток, и где я только его нашла вчера, будто по песчанным дюнам лазила. Собрав грязное постельное белье в мешок, я дала себе зарок, сегодня отправиться в прачечную, найти бы еще время на это. Вспомнив сегодняшнюю ночь, холод пробежал по моему телу. Вот так вот, за одну секунду я лишилась пяти тысяч долларов и придется теперь закатать губу, а то запланировала уже, будто расплачусь со всеми долгами. А такое бывает только в сказке, а это моя реальная и никчемная жизнь, еще и матери все растрепала, что я теперь ей скажу. Решив сварить себе кофе, я пошла на кухню, пощелкав кнопкой кофеварки, я поняла, что кофе врятли сварится. Отключили свет за неуплату, ну супер, теперь буду жить в темноте, как этот больной извращенец. Единственное, что меня радовало, так это то, что с ним я больше не встречусь никогда! Бар "Бурбон" Залетев, как разъяренная фурия в бар, я тут же пронеслась в служебное помещение для персонала, проигнорировав приветствие Бонни. Выйдя в зал, я уставилась на посетителей и стала ждать новых клиентов. Бонни заметив, что со мной явно что-то не так, подошла и аккуратно заговорила со мной: - Кто-то встал не с той ноги? - Я тебя умоляю Бон-Бон, только не сейчас, я не в том настроении! - Резко ответила я. - Кэролайн, что случилось? - Обеспокоено спросила подруга. - Он больной ублюдок! - Резко выпалила я. - Кэри, что он сделал? Он изнасиловал тебя? - Спросила подруга и вцепилась в мои плечи. - Нет, он выгнал меня, непонятно почему! - Грустно ответила я. - Господи, нашла из-за чего переживать, ну и черт с ним! - Почти крича, сказала подруга, взывая к моему здравому смыслу. - Бонни, где я теперь возьму деньги, я уже и матери сказала, что скоро получу премию на работе, и оплачу все счета, она легла на новое обследование! Как мне ей сказать, что я не смогу оплатить ее лечение и чтобы она уезжала из больницы, потому что ее не путевой дочке не по карману ее здоровье? - Почти со слезами на глазах сказала я. - Кэр, я думаю, твоя мама разумная женщина и она явно не станет тебя обвинять ни в чем, она понимает, как тебе тяжело достаются деньги! - Сказала Бонни, поглаживая меня по плечу. - Да еще этот чертов "катафалк" в автосервисе, двести баксов сегодня надо заплатить, что бы забрать его из ремонта, как думаешь, мистер Эндрюс даст мне аванс? - Обреченным голосом спросила я. - Кэр, ты знаешь, что аванс у нас максимум сто долларов! - Виновато сказала подруга, будто она выдает нам зарплату. - Ну, попытка не пытка! - Сказала я. Никакого аванса в итоге мне никто не дал, даже эти злосчастные сто долларов, бар на грани банкротства, и хозяин еле сводит концы с концами. По его словам, не известно, будет ли во время зарплата за месяц, и сказал выживать на чаевые. Ближе к вечеру, настроение у меня уже было такое, будто меня головой окунули в вонючий, общественный туалет на заправке. Меня окутали страхи, за мою маму, за себя, что этот извращенный художник снова появится на горизонте. А вдруг на этот раз я не смогу убежать, а ведь он вчера так уверенно направился в мою сторону, могу поклясться, что видела, как его глаза стали янтарными, а по лицу поползли вены словно паутина. Он был ужасен, увижу этого Стефана Сальваторе, скажу ему большое "спасибо", за такую помощь! Вдруг неожиданно за моей спиной раздался знакомый бархатный голос, с британским акцентом: - Здравствуй, Кэролайн! Господи, он изнасилует и убьет меня прямо на работе, смерть придет ко мне в какой-нибудь вонючей подсобке с крысами. Ну что, за жизнь, Господи?! Решив взять себя в руки, я медленно повернулась, оттягивая момент, когда придется встретиться с ним взглядом, и холодно ответила: - Привет, Клауc! - Милая, я хотел бы поговорить с тобой о том, что было вчера, - сказал мужчина, осматривая меня с ног до головы и явно изучая мою реакцию. - Во-первых, я тебе не милая, во-вторых, ты хам, в-третьих, у меня нет ни малейшего желания, разговаривать с тобой! - Сказала я и, поражаясь своей смелости, развернулась и зашла за барную стойку, словно в случае его нападения, она меня спасет. Клаус лишь улыбнулся, глядя, как я занимаю оборонительную позицию. - Кэролайн, я человек резкий и тебя вроде предупреждали об этом, если верить Стефану, это часть творческого процесса, я надеюсь, ты сегодня придешь как обычно! - Сказал Клаус, слегка улыбаясь. - А извиняться тебя мама не учила? - Грубо ответила я. - Моя мама, слишком давно умерла! - Довольно резко ответил мужчина, и мне стало неудобно, что я напомнила ему об умершей матери. - Ладно, я приду, но при одном условии! - Сказала я, скрещивая руки на груди. - Условии? Ты еще будешь ставить мне условия? - Сказал Клаус и громко рассмеялся. - Я серьезно, перестань смеяться! - Почти перешла на крик я. - Ладно, я тебя слушаю, девочка, - спокойно ответил Клаус, стараясь побороть свои порывы громко рассмеяться. - Мне нужен аванс, двести долларов, прямо сейчас! - Сказала я. - И все? Ну, сейчас у меня наличных нет вообще с собой, а ночью я смогу тебе их отдать, - сказал Клаус. - Ладно, тогда до встречи! - Сказал я. Клаус ничего не ответил, а просто вышел из помещения и ушел. Тут же ко мне подлетела Бонни с расспросами. - Это что, он? - Да, это он! - Ответила я. - Он конечно красавчик, но ты знаешь, моя интуиция подсказывает, что он не хороший человек, будь осторожна Кэр! - Сказала Бонни. - Бон-Бон, твои эти рассказы про ведьм, Салем и бабулю-повитуху, хороши для школьников младших классов, заканчивай уже меня пичкать этим! - Нервно сказала я. - Как угодно, но не говори, что я не предупреждала тебя! - Обиженно сказала Бонни и отошла от меня, и я поняла, что перегнула палку. - Эй, Бон-Бон, прости, Бонни я не то имела в виду! - Окликнула я подругу, но она лишь отмахнулась от меня. Я устало плелась домой, размышляя над сегодняшними событиями, примирение с маньяком - одно, ссора с лучшей подругой - одна, отключенная коммунальная услуга - одна! Отличный, насыщенный день, но еще впереди целая ночь и мне нужно идти к нему, это на людях он был почти мил и приветлив, прошу обратить внимание, на слово почти! Но надо отдать ему должное, он сегодня выглядел особенно сексуально, в своей этой черной куртке и с этими взъерошенными волосами. Господи, Форбс, о чем ты вообще думаешь? Сексуальный? Вот действительно, когда Бог раздавал мозги, ты явно в это время ходила поссать и тебе не досталось ни одной извилины! Подозрительный и опасный мужчина, который почти кинулся на тебя и чуть не выкинул из своего дома за шкирку, кажется тебе сексуальным. Да, с головой у тебя всегда было плохо, все-таки не зря Локвуд с тобой порвал. Вот так вот, занимаясь самобичеванием, и уверением себя в собственной тупости, я и добралась до дома. Придя домой, я позвонила мастеру в автосервис и просто нечеловеческими усилиями, уговорила его подержать мою машину еще одну ночь, соврав, что у меня маленький грудной ребенок и поэтому денег катастрофически не хватает и что я занесу ему их завтра, я начала собираться на очередную встречу со своим Джеком Потрошителем, как я ласково называла его за глаза. Дом Клауса. Ровно в три часа ночи, я подошла к его, уже не такому пугающему, дому и позвонила в звонок. Он моментально открыл дверь, словно караулил меня у двери как собака своего хозяина. Я предусмотрительно не стала вытягивать волосы и оставила свои непослушные кудряшки в целости и сохранности. И могу поклясться, что я в темноте смогла разглядеть, что он улыбается, глядя на них. Зайдя в мастерскую, он протянул мне аккуратно сложенные лифчик и трусики, отчего мое лицо стало просто пунцового цвета. - Держи, ты вчера забыла, кстати, очень красивое белье, - сказал Клаус и игриво улыбнулся. На минуту мне показалось, что он со мной флиртует, но эти мысли тут же улетучились, после того, как он резко схватил меня за руку и, потащив к кушетке, резко сказал: - Так, быстро раздевайся, и начнем работать, я итак вчера потратил много времени на тебя, живее! - Какой ты любезный, прямо обалдеть! - Сказала я, потирая руку. - Я нанимал тебя не любезничать, для этого у меня есть женщины из высшего общества! - Грубо и явно с желанием обидеть, сказал Клаус. Интересно, он меня вообще за человека считает? Или ему противно находиться со мной в одной комнате. Я быстро разделась, оставшись только в туфлях, так как пол был холодным. Стула на том месте уже не было, он валялся сломанным в углу мастерской. Видимо, Клаус вчера очень огорчился, из-за неудавшейся работы. Я стояла перед ним, как обычно прикрывая руками свою наготу, он резко двинулся ко мне, и я тут же убрала руки от груди, не давая ему возможности сделать это по-своему: резко и грубо. Увидев это, он улыбнулся и сказал: - Наконец-то, ты начала соображать! А вообще я шел к кушетке! В один момент он скинул все мои вещи, аккуратно сложенные на ней и слово пушинку поднял ее и поставил по середине комнаты. Честно говоря, его сила впечатлила меня, с виду он не был гигантом, но видимо силенок у него было вполне предостаточно. Вернувшись обратно, он наклонился к моим вещам, собрал их с пола и аккуратно положил на стул, стоящей неподалеку. Задержав в руках только новый комплект нижнего белья, в котором я пришла сегодня, он улыбнулся и сказал: - Очень сексуально, милая!- Но, увидев мое замешательство и то, как мое стеснение перестает в негодование, он сказал, - ах, да, я забыл, ты не разрешаешь мне называть тебя милая! Я стояла как столб, не в состоянии что-либо ответить. Вот как бы вы вели себя, стоя перед посторонним мужиком голышом, в то время как он рассматривает ваши трусы и называет вас милая? - Приляг на кушетку, - спокойно сказал он, аккуратно вешая лифчик на спинку стула, скользнув пальцами по легкому кружеву. Я послушно улеглась, Клаус подошел ко мне. Он слегка коснулся рукой моих непослушных волос и довольно улыбнулся. Затем аккуратно спустился своей мягкой рукой вниз по телу, особое внимание, уделяя моим бедрам. Я тяжело задышала, и из моей груди вырвался легкий стон. - Не бойся, милая, я лишь хочу запомнить линии твоего тела, я не сексуальный маньяк, - спокойно сказал Клаус, хищно рассматривая мое тело взглядом как раз именно сексуального маньяка. Он спустился рукой по моим ногам, мягко поглаживая, и вызывая внизу моего живота, сладкую истому и я почувствовала влагу между ног. Его прикосновения, дарили мне неземное блаженство, и все о чем я могла думать, каков же этот мужчина в постели. Добравшись до моей лодыжки, он легко снял с меня туфельку. Наклонившись вниз, он покрыл поцелуями от лодыжки до пальчиков мою дрожащую ножку. Я закусила губу и почувствовала, как внизу моего живота запорхали бабочки, как называют это изнеженные девчонки. Затем он аккуратно положил мою ногу и с кошачьей грацией стал плавно накрывать меня своим телом. Его возбужденный член уперся в мое бедро, и я застонала еще громче. Он ласково взял меня за подбородок и, повернув мою голову в сторону, открыв для себя мою белоснежную шею, резко впился зубами в нее, прокусывая кожу. Дикая боль пронзила все тело, бабочки в моем животе казалось моментально сдохли, я хотела закричать, но он закрыл мне рот своей ладонью. Вдоволь напившись моей крови, он встал, посмотрел на меня и произнес: - Идеально, дорогая, не двигайся, вот так ты и будешь мне позировать! Лежи тихо, и будешь жить! В этот момент я увидела его лицо, оно было не на что не похоже, он не был человеком, он скорее походил на дикого зверя, страшного и опасного. Его глаза были янтарными, по лицу бежала сетка из вен, а во рту были клыки. Он подошел к столу и, взяв стакан, подошел ко мне, подставив его к моей шее, он стал собирать туда кровь, которая текла из раны оставленной им. Потом он подошел к мольберту, и стал плавно скользить кистью по холсту, иногда отпивая из стакана моей крови. Я лежала и не могла пошевелиться, слезы текли по моим щекам, рана дико болела и, наконец, я провалилась в сон.