Натурщица

Почему-то, каждое мое пробуждение последнее время начинается с того, что я с ужасом пытаюсь понять, где я и что со мной произошло. На этот раз я опять лежала на кровати в этой ужасной комнате, моего чемодана в углу уже не было, и даже торшер куда-то пропал. Господи! Да что меня так заело на этом торшере, как говорила моя бабушка: "Да выкини ты это, что ты все никак с говном не расстанешься!" Судя по всему, уже была глубокая ночь, желудок дико просил еды и умоляюще урчал. На прикроватной тумбе стоял стакан воды, который я мигом осушила. Подойдя к зеркалу, я изучающе посмотрела на себя, на голове было просто гнездо из белокурых кудрей, а на лбу красовался уже лиловый синяк, размером с яйцо. Видимо, мое общение с лестницей не прошло бесследно. Покрутив головой, стараясь размять затекшую шею, покрытую укусами этого маньяка, я направилась к креслу, которое стояло у окна. На этот раз, я решила не выходить из комнаты и не испытывать судьбу, да и сил, честно говоря, у меня уже не было. От большой потери крови, я еле передвигалась. Провалившись в мягкое кресло, я поджала под себя ноги и уставилась на дверь, ожидая, когда же кто-то из моих мучителей войдет в нее. И я не ошиблась, через пятнадцать минут дверь тихо отворилась, и вошел Стефан. - О, я смотрю, ты уже оправилась, ну и хорошо, пойдем, Клаус не любит ждать, - спокойно произнес вампир. Стефан уже собрался покинуть комнату, но, поняв, что я не двинулась с места, резко развернулся и сказал: - Слушай, мне меньше всего хочется тут тебя уговаривать или применять силу, но ты меня просто вынуждаешь! - Сказал Стефан, и его лицо исказила жуткая гримаса. - Мне наплевать, что ты сделаешь, я не ваша игрушка, я не двинусь с места! - С вызовом произнесла я. - Кэролайн, ну неужели, ты такая дура? Если бы ты, была моей игрушкой, то была бы уже мертва и все твои страдания закончились, но ты его игрушка, а это значит, что самое страшное только впереди, поверь мне, его жертвы умирали отнюдь не в автомобильных авариях. Так что вставай и будь покорной, это хоть немного продлит твою жалкую жизнь! - Сказал Стефан. - Сколько тебе лет? - Спросила я. - А сколько дашь? - Усмехнулся Стефан, приподнимая меня за локоть. - На вид, лет двадцать, - с легким сомнением ответила я. - Ну, почти, - сказала вампир и слегка усмехнувшись, добавил: - Когда я был обращен, мне было семнадцать лет, а родился я пятого июня тысяча восемьсот сорок седьмого года в Мистик-Фолсс. - Мистик-Фосс? Я тоже оттуда, так ты из рода тех самых Сальваторе? - С интересом спросила я. - Да, я тот самый Стефан Сальваторе, который видел становление нашего городка и присутствовал на первом баллу основателей города, а они еще проводят это дурацкое сборище? - Спросил вампир, и в его глазах появилась какая-то ностальгия. - Да, регулярно, мэр Локвуд не изменяет традициям, - сказала я. - О, Локвуды по-прежнему мэры? Ничего не меняется, а ты случаем не из семьи тех самых Форбс? - Спросил Стефан. - Да, я тоже из семьи основателей города, - гордо подтвердила я. - Твой прапрадед стал моей первой жертвой, когда я обратился в вампира, спасибо старику, не дал мне умереть с голоду, - сказал вампир и громко рассмеялся, словно был сам в восторге от своей жестокой шутки. - Это не смешно! - Сказала я и, встав с кресла, направилась к двери. Стефан в мгновение ока обогнал меня на своей вампирской скорости и пошел впереди. Я, наверное, никогда не привыкну к стремительным перемещениям этих монстров. Весь наш недолгий путь до мастерской Клауса, мы шли в полной тишине, Стефан ступал легко и бесшумно, с какой-то кошачьей грацией. Интересно, а каким он был до того, как стал таким бездушным и черствым зверем? Неужели обращение совершенно меняет человека? - Ну, все, а дальше сама, мне пора, у меня куча планов! - Остановившись у мастерской, сказал Стефан. - Прошу тебя, не оставляй меня с ним одну, он же убьет меня! - Взмолилась я. Стефан улыбнулся, подошел ко мне и, заключив мое лицо в свои холодные ладони, произнес: - Конечно убьет и я бы убил! В ту же секунду, Стефан умчался и только легкий ветерок колыхнул мои непослушные локоны. Я стояла перед дверью в ад, в который мне предстояло войти, понимая, что бежать бесполезно. Клаус нагонит меня если не у дверей дома, то на улице определенно. Глубоко вдохнув, я повернула ручку двери и вошла в мастерскую. В комнате никого не было, окно было открыто, и в него задувал холодный ветер. Поежившись на месте от холода, я уже хотела вернуться назад в комнату, но как только я развернулась, то впечаталась в каменную грудь хозяина дома. Он стоял не шелохнувшись, всматриваясь в мои глаза и надменно улыбаясь. От его взгляда мне стало еще холоднее, во рту пересохло, и даже мой желудок уже больше не хотел есть. Мне казалось, что от страха, все мои внутренние органы сократились до размеров изюма. Я боялась что-либо сказать, и поэтому он заговорил первый: - Ты боишься, я слышу, как стучит твое сердце Кэролайн, я люблю, когда меня боятся, - чуть хриплым голосом произнес Клаус. - Это не страх, это презрение, - сказала я, стараясь унять дрожь в голосе. - Очень храбро, милая! - Сказал Клаус, отдавая мне должное, но, скорее всего, он просто издевался. - Почему именно я? - Твердо спросила я. - Ты мне нравишься, в тебе есть что-то такое, что дико привлекает меня и мне хочется это разрушить, - сказал вампир, хищно смотря мне в глаза и увидев недовольство на моем лице, добавил, - да, я не созидатель, милая! - Отпусти меня, ты итак причинил мне достаточно боли! - Резко сказала я. В этот момент, Клаус быстро схватил меня за шею и сильно впечатал в стену, я с такой силой ударилась об нее, что у меня изо рта пошла кровь. Глаза Клауса заблестели, и он тут же слизал струйку крови с моего подбородка. - Мне нечем дышать… - Прохрипела я. - Ничего, потерпишь! - Сказал Клаус и с силой бросил меня на уже знакомую кушетку, на которой оказалась свежая кровь. Испачкав руки в чужой крови, я в ужасе посмотрела на них, определенно недавно на этой кушетке умерла такая же мученица, как и я. Но ее страданиям уже пришел конец, а мои еще только впереди. Увидев кровь на моих руках, Клаус жадно втянул носом ее запах, который витал в воздухе. Его глаза тут же приобрели янтарный оттенок и он, обнажив острые, как лезвие, зубы, в туже секунду оказался на мне. Разорвав на мне одежду, он стал жадно чередовать укусы с поцелуями на моем теле. Осознавая, что он собирается со мной сделать, я попыталась оттолкнуть его, но вампир мгновенно ударил меня по лицу и сказал: - Если я что-то хочу, я это получаю! - Я не что-то и я не это! - Прокричала я прямо в лицо вампиру. Но это раззадорило его еще больше, и он стал продвигаться к моей промежности, поглаживая внутреннюю сторону бедра. Он стал так сильно сжимать меня в объятиях, что мои хрупкие ребра захрустели в тесках его не человеческой силы. Я громко закричала и увидела, как в его глазах появилось какое-то беспокойство. Он будто сам испугался, того, что сделал и стал медленно наклоняться к моим губам и почти поцеловал меня, но тут же резко отпрянул, и на его лице я увидела брезгливость. Мне было больно и противно, мне казалось, что я уже не управляю своим телом. Меня словно марионетку, дергают за ниточки, царапают, калечат. Схватив меня за волосы, он бросил меня на холодный пол. Не сумев удержаться на руках из-за поломанных ребер, я упала и ударилась лицом об пол. Клаус резко отпрянул от меня, осматривая мое тело. Посмотрев мне в глаза, он глубоко вздохнул и, прокусив себе запястье, аккуратно поднес свою руку к моим губам. Я была слишком слаба, чтобы сопротивляться. Алая жидкость закапала мне в рот, чуть терпкая и теплая. - Пей, милая, это поможет, боли не будет, - сказал вампир, аккуратно убирая прядь волос с моего лба. Спустя пятнадцать минут, все мои раны зажили, и я с удивлением ощупывала свое полностью восстановившееся тело. - Это вампирская регенерация, милая, мы имеем свойство быстро восстанавливаться, - сказал Клаус, наливая себе в стакан бурбон. - Ты чудовище, - сказала я и тихо заплакала. - Иди в свою комнату, тебя еще ждут долгие ночи, проведенные в этой мастерской, на сегодня с тебя хватит, - сказал вампир и слегка усмехнулся. - Я боялась, что ты изнасилуешь меня! - Прохрипела я. Вампир уставился на меня с удивлением и, рассмеявшись, сказал: - Сексом я занимаю только с удивительными и уникальными женщинами, а не с дешевыми натурщицами, ты себе слишком много напридумывала дорогая! Еле поднявшись с пола, я на полусогнутых ногах с трудом добралась до двери, но меня остановил голос Клауса: - И уясни одну вещь, не стоит пытаться заводить дружбу со Стефаном, ваши эти дружеские беседы об отчем доме, не приведут ни к чему хорошему, мы вампиры, а нам не нужны друзья, - с какой-то досадой произнес Клаус и тут же добавил, - Стефан не шутил, когда сказал, что я убью тебя, за тысячу лет, что я живу, я понял одно, нельзя пытаться избежать неизбежного… Спокойной ночи, милая. - Мне очень жаль, что, прожив такую долгую жизнь, ты понял только "одно" и ничего более! - Сказала я, и поплелась, теперь уже в "свою", комнату.