Натурщица

РОV КЛАУС Утром мы с Элайджей вернулись в поместье, честно говоря, эта ночь стала для нас отличным способом примирения. Море алкоголя, продажные женщины, спонтанные убийства, последний раз мы так развлекались в ранней юности, когда наш вампирский возраст еще не был столь огромен. Поначалу мы сходили с ума от силы, которая переполняла нас, мы вырезали целые деревеньки и небольшие города, пока это не получило широкой огласки и на нас не началась охота. Со временем мы поумнели и стали лучше скрывать свою сущность притворяясь людьми, хотя, у каждого были свои маленькие слабости. Элайджа например всегда охотился исключительно на аристократов, как он говорил, их кровь намного чище и приятнее на вкус. Я же убивал в основном маргиналов и прочее отребье, мне казалось их кровь пропитана ядом и она делает меня сильнее и злее. Вместе с ней я, словно впитывал все более изощренные способы убийств. Моей мечтой был Джек Потрошитель. Конечно, это псевдоним, которым наградили Лондонские газеты неизвестного серийного убийцу, который орудовал в Уайтчепеле и соседствующих районах Лондона во второй половине тысяча восемьсот восемьдесят восьмого года. Интерес у публики был неимоверный, такого Англия еще не видывала. Я был влюблен в его стиль, основными жертвами Потрошителя были проститутки, которым он перерезал горло, а потом вскрывал брюшину и удалял внутренние органы. Все было крайне профессионально, словно работал хирург и я, как художник, был очарован его "работами". Для меня убийство, то же искусство, брызги крови, словно краска на холсте. Джека Потрошителя так и не поймали и не мудрено, я стал первым и последним, кто застал его на месте преступления последней жертвы. Я исполнил свою мечту - я впитал его талант. Кому-то это может показаться диким, но для меня мои жертвы были учителями. Со временем я стал убивать всех подряд, по началу мне было не просто, чувство вины одолевало меня и я писал письма родственникам своих жертв. Но время делает свое дело и теперь я не испытываю ни боли, ни страха, ни жалости, ни любви, я уничтожил свою человечность, мне больше ничего не сможет навредить. Я повторяю это как мантру, я убеждаю себя в этом, но как только я смотрю в ее глаза, каменная стена внутри меня постепенно покрывается трещинами и теряет устойчивость. Каждый ее взгляд, каждый жест, касание и, Господи Боже, ее улыбка выбивает у меня почву из под ног и мне все тяжелее держаться. Я живу мыслью, что скоро смогу получить от нее все, что хочу и расправлюсь с ней. Я уберу помеху со своего пути, не может самое могущественное существо на планете пасть жертвой какой-то девчонки, которая не прожила даже одну человеческую жизнь. Войдя в гостиную я увидел Стефана, который спал в обнимку с пустой бутылкой бурбона, я клянусь, плохие манеры этого вампира всегда раздражали меня, но я был в хорошем расположении духа, поэтому решил сегодня спустить все ему с рук. Я заглянул в комнату к Кэролайн, она тихонько посапывала в кровати, она выглядела такой умиротворенной и нежной, что мне сразу захотелось запечатлеть это в своем блокноте. Я поднялся к себе в комнату и подошел к кровати, на которой лежал блокнот с набросками. Все вроде было как обычно, но все же что-то заставило меня оглядеться, во-первых блокнот лежал не так как я его оставил, во-вторых, в комнате едва улавливался запах говоривший мне о том, что здесь был кто-то посторонний. Я вдыхал полной грудью, стараясь уловить и распознать его, наконец я угадал знакомый цветочный аромат, он мог принадлежать только одному человеку.

***

Солнечные лучики бегали по моему лицу словно настаивая на моем пробуждении, открыв глаза, я уставилась в потолок. Мне бы так хотелось, чтобы это был кошмарный сон, но, к сожалению, это реальность. Я беременна от предателя, которого считала любовью своей жизни и нахожусь в плену у монстра, которому эта беременность смешает все карты и он просто убьет меня и моего малыша. Теперь мне надо быть умнее, думать не только о себе, но и о ребенке. У меня осталось совсем мало времени, чтобы найти кинжалы, точнее его совсем нет и я вообще сомневаюсь, стоит ли еще этим заниматься. Мне нужно бежать, спасать свое чадо, мне кажется мои инстинкты самосохранения обострились еще больше. Я поднялась с кровати, пошла в ванную и встала под душ: теплые струи воды быстро бежали по телу, словно одевая меня этой мягкой одеждой и принося успокоение. Оперевшись руками о кафель и подставив голову под струи, я стала размышлять о своем дальнейшем поведении в отношении Клауса. Если я буду с ним любезничать, он почует неладное, если буду продолжать так же огрызаться, он может причинить мне вред и я потеряю ребенка, я думаю, что-то среднее, дабы не давать ему поводов для подозрений, будто что-то не так. - О чем думаешь, милая? - услышала я голос. - Убирайся отсюда, я не одета! - резко крикнула я, но Клаус в один момент сорвал шторку и я предстала перед ним обнаженная. - Мы взрослые люди и нам нечего стесняться, тем более, если учесть, что в скором времени нам предстоит ночь любви, - ехидно произнес вампир. Я пыталась прикрыться руками,отворачивалась от него, умоляла уйти, но он жадно рассматривал мое тело. Клаус сделал один быстрый шаг к ванной и схватив меня за руки завел их мне за спину. - Пожалуйста, отпусти меня, умоляю тебя! - мой голос переходил на крик. - Милая, ты забыла, там нет ничего такого, что я у тебя еще не видел раньше, - резко сказал Клаус, явно наслаждаясь процессом. - Я прошу, не делай ничего со мной, я не хочу тебя! - кричала я. Мои слова явно разозлили вампира и он жадно и грубо начал шарить руками по моему телу,сжимая мои ягодицы одной рукой, а другой резко разминая грудь.Видимо не только обычные мужчины, но и вампиры подвержены оскорбленному самолюбию и, если женщина кидает в лицо, что не хочет его, он воспринимает это, как плевок в душу и злится. Клаус стал медленно опускаться к моей промежности, слезы брызнули у меня из глаз, он накрыл своей ладонью половые губы и стал нежно гладить меня там. - Девочка, еще ни с одним мужчиной, ты не испытывала того, что могу дать тебе я! - полушепотом произнес Клаус, целуя меня в плечо. Он начала ласкать мои половые губы, слегка задевая клитор будто случайно. Внутри меня стало нарастать напряжение, я противилась ему, старалась сконцентрировать и сопротивляться, но моя физиология побеждала меня. Вампир стал массировать клитор и я стала оседать, но он не давал мне упасть, нашептывая мне на ухо то комплименты, то осыпая угрозами. Он вплотную прижался ко мне и я почувствовала его эрекцию, член Клауса был просто гигантских размеров и он рвался наружу, желая наполнить меня. Убедившись, что я готова принять его пальцы в себя, он вошел в меня и ритмично задвигал ими внутри. Я сходила с ума, из меня вылетел первый хриплый стон наслаждения и Клаус был доволен этим, он то ускорялся, то плавно и нежно скользил внутри меня. Чувствуя, что я скоро подойду к разрядке, он ввел третий палец и стал творить что-то не мыслимое со мной. Я истекала соками и кричала от наслаждения, уже самостоятельно насаживаясь на его пальцы. - Давай милая, еще чуть-чуть, я хочу чтобы ты стонала громче, - приговаривал древний, выдыхая эти слова прямо мне в ухо и от этого по телу бежали мурашки. - Клаус, я сейчас не выдержу, Клаус... - Милая, ты такая утонченная и нежная там внизу,я хочу попробовать какова ты на вкус там... - сказал Клаус. Я уже подходила к оргазму и тут внутри меня словно взорвались маленькие салюты и дрожь побежала по телу, но Клаус не вышел из меня. - Я хочу чувствовать каждую волну удовольствия, которая сейчас пробегает по твоему телу, это моя награда, милая! - сказал Клаус. Наконец, я села в ванную и уставилась в одну точку. Клаус стоял надо мной и похотливо улыбался, он был явно собой доволен. Нежно коснувшись моего лица и убрав мокрые пряди волос он произнес. - Если ты захочешь зайти в мою комнату, милая, то не делай этого под покровом ночи в мое отсутствие, а заходи когда захочешь получить снова такое удовольствие и поверь, дорогая, это не предел моих возможностей! - сказал Клаус. - Ты омерзителен... - процедила я, сквозь зубы. - Любовь моя, все, что происходит в этом доме не ускользает от моего внимания, а уж твои перемещения в первую очередь! - сказал вампир и исчез.