Send Tweet

В единственный выходной Хазин против своей воли проснулся, когда на улице едва рассвело. Потянулся, без интереса полистал ленту Инстаграма, повернулся к Игорю, который все еще крепко спал на второй половине кровати, и даже попытался снова заснуть, но вернуть обратно ускользающий сон так и не удалось. Позавидовав Грому, Хазин бесшумно выскользнул из-под теплого одеяла и двинулся в сторону кухни. За окном осенний Петербург привычно встречал ветром и тяжелыми темными тучами. Хазин не был противником такой погоды, однако организм все равно требовал кофеина и тепла. Стоя у кофемашины, Петя сыпал зёрна в нужный отсек, и почему-то задумался о том, как в один из таких же пасмурных дней два года назад впервые оказался в игоревой квартире. Тогда перед слегка шокированным Хазиным предстала холостяцкая нора, покрытая внушительным слоем пыли и отчаянно нуждающаяся в ремонте. На полу и других поверхностях горами возвышались рабочие бумаги и материалы дел, а у стены в коридоре сиротливо стояла снятая с петель дверь ванной комнаты. За пару лет здесь многое изменилось: теперь это была их квартира, вековой слой пыли и осыпающаяся штукатурка исчезли, а место старых рабочих бумаг на всех доступных поверхностях нередко занимал сам Петя, устроившийся в ласковых объятиях Игоря. Вечно пустой холодильник стал заполняться вкусной домашней едой, а неприветливую тишину заменил их дружный смех и звуки поцелуев. Погруженный в приятные воспоминания Хазин не сразу почувствовал легкое прикосновение пальцев к пояснице и в реальность вернулся лишь когда тёплый и немного помятый после сна Игорь обнял его со спины, приподнимая домашнюю футболку, и выдохнул прямо в шею, обдав кожу горячим дыханием:       — Чего, Петь, не спится? Сам же хотел поваляться подольше сегодня.       — Проснулся и захотелось завтрак организовать, — кивнул Петя на стоящую неподалеку миску со смесью для омлета, разворачиваясь к Грому лицом. — Для вашего Высочества, кстати. Лицо напротив неожиданно помрачнело.       — Я…забыл про что-то? Сегодня какой-то день? — помнить важные даты действительно не было прерогативой майора.       — Игорь, — Хазин едва сдерживал порыв расхохотаться, — расслабь булки. Нам, чтобы яйца пожарить, какой-то особый повод нужен?       — Ну, нет. Просто не каждое утро тебя возле плиты вижу, тем более, по выходным. Так что, точно ничего важного не забыл?       — Ничего, кроме того, какой я у тебя охуенный, любящий и хозяйственный.       — И скромный, — руки уверенным движением сползли по пояснице вниз и расположились на поджарых ягодицах. Петя комментировать брошенную в свой адрес колкость не стал и лишь прижался теснее, вовлекая Игоря в поцелуй. Ему в этот момент и правда не хотелось ничего, кроме любимого человека рядом и неторопливых, похожих на мёд утренних поцелуев, которые точно входили в короткий список его любимых дел. Но как бы не хотелось, просто отключить голову не получалось, и даже в разгаре поцелуя, пока Игорь жарко прижимал его к себе этим холодным утром, громкие мысли заполняли эфир. Вот только в этот раз они дарили Пете уверенность, в том, что он, как и все, заслуживал быть счастливым и, кажется, наконец мог поверить в любовь.